Инновация - это исторически бесповоротное изменение способа производства вещей.
Й. Шумпетер


М.И. Туган-Барановский

Й.А. Шумпетер

Н.Д. Кондратьев

Галерея выдающихся ученых

UA RU EN

Обращаем внимание на инновацию, созданную на данном сайте. Внизу главной страницы расположены графики,  которые в on line демонстрируют изменения цен на мировых рынках золота  и нефти, а также экономический календарь публикации в Интернете важных мировых экономических индексов 

 
Публикации

Кузьменко В.П.

Политические и экономические закономерности развития государств и их социальная политика улучшения стратификации общества

В статье предпринята попытка найти идейно-хронологическую связь между исследованиями проблемы неравенства доходов населения Нобелевским лауреатом по экономике Семеном Кузнецом, молодым французким экономистом Томасом Пикетти и другими современными учеными и ранними исследованиями выдающегося украинского экономиста Михаила Туган-Барановского и его непосредственных российских учеников Николая Кондратьева и Питирима Сорокина, которые первыми рассматривали проблемы социальной политики государства, направленной на преодоление кризисных явлений. Сорокин первым в мире детально исследовал динамику изменений социальной и культурной стратификации и мобильности общества. Выдвинута гипотеза о шестой эмпирической правильности кондратьевской К-волны, в которой на нисходящей (понижательной) ее составляющей нарастают экономические противоречия общества, которые взрываются социальными катаклизмами и войнами уже на ее повышательной составляющей, что отметил во второй эмпирической правильности Кондратьев. Следует отметить, что в это время увеличивается и разница в неравности доходов между развитыми и развивающимися странами, к которым сегодня относятся и страны СНГ, в которых, прежде всего в Украине и России, сегодня наблюдается взрывоопасная военно-политическая ситуация, которая реально угрожает безопасности не только этих государств, но и всего мира.

Ключевые слова: капитал, неравность доходов, стратификация и мобильность, циклы и кризисы, длинные К-волны, экономические противоречия, социальные катаклизмы

Вступление и постановка проблемы 

Общеизвестно, что еще в средине ХІХ в. выдающийся немецкий экономист Карл Маркс обратил внимание на нищенское состояние подавляющей части населения капиталистических стран, которое постепенно ухудшалось и по его прогнозу должно было привести к социалистической революции, целью которой он видел построение нового общества, под. призывом «свобода – равенство – братство» всех граждан разных государств. Уже в 1848 г., накануне буржуазной революции – «Весны народов» он написал и опубликовал «Манифест коммунистической партии», который заканчивался революционным пророчеством: «С развитием крупной промышленности из-под ног буржуазии вырывается сама основа, на которой она производит и присваивает продукты. Она порождает прежде всего своих собственных могильщиков. Ее гибель и победа пролетариата одинаково неизбежны». Следующую треть столетия Маркс писал свой знаменитый «Капитал», но не успел его завершить, умерши в 1883 г. Довольно символичным является тот факт, что в год его смерти родился создатель инновационной теории – выдающийся австрийский экономист Йозеф Шумпетер. Ведь именно продвинутая инновационная политика сегодня позволяет довольно быстро преодолевать социальное неравенство разных прослоек населения. Маркс же в своих несбывшихся пророчествах, если не учитывать Великую октябрьскую социалистическу революцию 1917 г. в России, по сути, не оценил определяющую роль НТП в росте производительности труда и ускорении экономического развития, что могут обеспечить существенное повышение уровней жизни населения и тем самым отвернуть революцию или, как минимум, избежать ее крайне негативных последствий.

Следует отметить, что в последнее десятилетие жизни Маркса уже наблюдались тенденции некоторой стабилизации неравности доходов разных прослоек населения, но она еще была на очень высоком уровне, а в отдельных случаях – бесконечное увеличение неравности по спирали, которое сопровождалось все более высокой концентрацией имущества. Таким образом, хотя и темпы роста неравности в доходах населения во второй половине ХІХ ст. немного замедлились, структурного ее уменьшения так и не произошло аж до начала Первой мировой войны в 1914 г.

Именно Первую мировую войну много ученых планеты связывают с реальным историческим началом ХХ ст., которое гениальный российский поэт Иосиф Мандельштам довольно точно назвал «век - волкодав». Хронологично в самом его начале, в 1901 г. в России родился выдающийся экономист ХХ ст. Семен Кузнец, который учился в Харьковском университете, а с 1922 г. проживал и работал в США. В 1971 г. он стал четвертым лауреатом Нобелевской премии в области экономических наук, еще до Второй мировой войны впервые в мире разработав методологию расчета национального дохода и ВВП разных стран. А уже через 8 лет после окончания этой войны он опубликовал фундаментальную работу «Участие групп с наиболее высоким доходом в накоплении прибыли» [1], использовав серии данных, которые касаются только одной страны – США за период 35 лет (1913-1948), и огласивши основные выводы этой книги через два года после ее выхода в свет, в публичной лекции 1955 г. «Экономический рост и неравность дохода».

Главным научным выводом работы стала открытая им тенденция к сближению доходов населения США в этот период, которое сам Кузнец во многом вначале связывал с последствиями великих потрясений Великой депрессии и двух мировых войн, коснувшихся всех его страт (прослоек). Причем, наибольшие потери имели именно собственники обанкротившихся заводов и фабрик, банков и других финансовых институтов, что и привело к сжатию и сближению до этого довольно высоких доходов американского народа и относительному улучшению социальной стратификации населения между 1913 и 1948 годами.

Нерешенные части проблемы

Еще в конце ХІХ столетия выдающимся украинским экономистом Михаилом Туган-Барановским впервые в мире было создано теорию периодичности промышленных кризисов, на основе анализа динамики деловых циклов с начала Промышленной революции в Англии, которая была тогда лидером развития мировой экономики. 8 января 2017 года исполнилось 152 года со дня рождения Туган-Барановского. Но еще в 1894 г. вышла в свет первая его книга «Промышленные кризисы в современной Англии, их причины и ближайшие влияния на народную жизнь», которая была его магистерской диссертацией, где он и описал открытую им теорию периодичности промышленных кризисов и их влияния на народную жизнь на базе анализа огромного по объему материала по истории кризисов в Великобритании на протяжении ХІХ ст.

За 5 лет до смерти, в 1913 г. Туган-Барановский опубликовал в Германии и России работу «Социальная теория распределения» [2], в которой отбросил популярное на то время мнение, что распределение доходов зависит, главным образом, от процесса формирования цен, процесса обмена и особенно от предельных продуктов разных факторов производства. С точки зрения Туган-Барановского, распределение национального дохода зависит, прежде всего, от взаимозависимости между разными социальными классами, от их экономических интересов. Главным в его разъяснении было то, что организованный рабочий класс может добиться болеее высокой зароботной платы. Деловые круги платят за такое повышение заработной платы снижением прибылей в краткосрочном периоде, выигрывая, в конечном счете, в долгосрочном периоде не только за счет повышения стимулов работающих к труду, но и за счет оптимизации соотношения труда и капитала, как основных факторов производства, что было математически обосновано уже в производственной функции Кобба-Дугласа только через десятилетие. Другими словами, именно это открытие Туган-Барановского, при условии, что к нему прислушались правители буржуазного класса, и спасло капитализм от гибели на целое столетие, реально закончившееся в 2013 г., который многими аналитиками, включая и нас, оценивается как переломный год с максимальной синхронизацией кризисных фаз разных циклов, несущей катастрофические угрозы миру, которые просматривались даже в 2011 г. Речь идет о вооруженных конфликтах, начавшихся тогда в арабских странах, и цунами с аварией на АЭС в Японии, не говоря уже о наводнениях, извержениях вулканов, пожарах и землетрясениях, количество которых на планете катастрофически растет. А уже в 2014 г. РФ развязала войну против Украины.

Непосредственный ученик Туган-Барановского выдающийся российский экономист Николай Кондратьев уже в начале 1920-х годов путем обобщения анализа социально-экономической динамики  четырех наиболее развитых стран мира (Великобритании, Германии, Франции и США) почти за полтора столетия, открыл три «длинные волны» - К-волны мировой экономики продолжительностью около 60 лет каждая [3] и указал в своем прогнозе, сделанном на их основе, на окончание третьей К-волны кризисными 1930-ми годами и завершение экономического кризиса в начале 1940-х годов большой войной. Это  подтвердилось во время Великой депрессии и Второй мировой войны, которая реально затянулась на 6 лет. Ведь с учетом второй эмпирической правильности кондратьевской теории, утверждавшей повышение частоты социальных катаклизмов и войн на подъеме очередной К-волны, и вытекала высокая вероятность большой войны в начале очередной четвертой К-волны.

Модель Кондратьева была чуть ли не единственной в мире, позволившей почти за десятилетие предвидеть Великую депрессию 1930-х гг. и начало в1939 г. второй мировой войны, причиной которой стали последствия накопленных в кризис противоречий в экономических и политических интересах разных стран. После окончания этой войны начался экономический бум мировой экономики продолжительностью как раз в повышательную составляющую четвертой К-волны с периодом 1946-1975 гг., названным Славным тридцатилетием, в котором большое влияние имела кейнсианская политика. Кстати, наперекор этому экономическому буму, в 1962 г. надвигалась угроза очередной мировой войны, как следствие Карибского кризиса, который был преодолен благодаря успешным переговорам Джона Кеннеди и Никиты Хрущева, которых в следующие два года «ястребы» обеих стран устранили от власти в США (путем убийства президента) и СССР (путем тайного переворота).

Следует подчеркнуть, что прогнозная стабильность продолжительности “К-волн” подтверждается и очередной Великой депрессией - современным мировым общеэкономическим кризисом, который в соответствии с теорией промышленных кризисов Туган-Барановского начался с финансовых кризисов 1990-х годов в странах Латинской Америки, Юго-Восточной Азии и, особенно, в новых государствах постсоветского пространства.

Последствия кризиса для последних общеизвестны. Во всех странах СНГ уже в начале 90-х годов началась системная деградация их хозяйств. В Украине в полном соответствии с классическим кейнсианством – по кривой Филлипса – резкое снижение гиперинфляции спроса 1993 г. (10200%) привело к резкому росту безработицы и обвалу ВВП на 24% в следующем 1994 г. Уже на пиковом дне трансформационного социально-экономического кризиса 1999 г. профессор технических и экономических наук Михаил Павловский писал, что экономические потери Украины за время проведения нынешнего курса реформ превышают экономические потери за период Великой Отечественно  войны, а человеческие составляют около двух миллионов человек. При этом больше чем 80% населения проживает за чертой бедности, и лишь 1 % живет багато. А в следующие 15 лет «реформ» население Украины сократилось еще на шесть миллионов человек, а его социально-экономическая стратификация практически не улучшилась, несмотря на макроэкономический подъем страны у 2000-2008 гг. среднегодовыми темпами прироста ВВП в 7%, которые для кризисной экономики были довольно высокими, но которые все же не позволили национальной экономике выйти хотя бы на докризисный уровень 1990 г.

Анализ последних исследований и публикаций 

В 2013 г. во Франции и весной 2014 г. в английском переводе (синхронно с украинской Революцией достоинства) в свет вышла фундаментальная работа молодого французкого экономиста – директора Парижской школы экономики Томаса Пикетти «Капитал в ХХІ веке» [4]. Уже во время гибридной войны России с Украиной в 2015 г. эту книгу перевели и опубликовали в РФ на русском языке, а через год ее перевели и издали в Украине на украинском языке. Состоянием на июнь 2015 г. книгу издано суммарным тиражем более 2 миллионов экземпляров на французком, английском, испанском, немецком, китайском и других языках. Авторитетный журнал TheEconomistсделал вывод: «Томас Пикетти – современный Карл Маркс <…>Эта книга об экономике покоряет мир», а нобелевский лауреат по экономике 2008 г. американский ученый Пол Кругман написал: «Пикетти изменил наше понимание экономики. Мы никогда не сможем рассуждать о богатстве и неравенстве так, как прежде».

В то же время в фундаментальной работе Томаса Пикетти мы практически не находим ссылок на специальную работу Михаила Туган-Барановского “Социальная теория распределения”, которая вышла в свет в России и Германии  накануне первой мировой войны, в 1913 г. Нет в книге Пикетти и анализа работ учеников Туган-Барановского: Николая Кондратьева и его друга - выдающегося российско-американского ученого Питирима Сорокина,  первого среди социологов мира поднявшего проблему социальной стратификации и мобильности общества [5]. Кстати, с Сорокиным много общался в США и Семен Кузнец, который имел  переписку с Кондратьевым в 30-е годы через жену последнего, которая встречалась со своим мужем во время его заключения вначале в Бутырской тюрьме, а потом в Суздальском политизоляторе Спасо-Ефимовского монастыря, вплоть до его расстрела по повторному приговору в конце 1938 года.

Цель и задания статьи

В данной работе поставлена цель найти идейно-хронологическую связь между исследованиями проблемы неравенства доходов населения Кузнецом, Пикетти и другими современными учеными, которые касались и проблемы социальной политики государства, направленной на преодоление кризисных явлений, с ранними  исследованиями выдающегося украинского экономиста Туган-Барановского и его российских учеников Кондратьева и Сорокина, который первым в мире детально исследовал динамику изменений социальной и культурной стратификации и мобильности общества. Главным заданием стал поиск цикличных закономерностей изменений во времени в стратификации общества в отдельных странах и в пространстве между странами.

Изложение основного материала

Уже в 1922 г. выдающийся российский социолог Питирим Сорокин «благодаря настойчивой помощи» Владимира Ленина и Феликса Дзержинского вынужден был эмигрировать в США и сегодня широко известен как ученый системного мышления, который заложил новые направления американской социологии, утверждающие себя в мировоій науке и практике в начале ХХІ столетия, в первую очередь, в Украине во время Оранжевой революции и Революции достоинства. Но еще в 1927 году вышел в свет его фундаментальный труд «Социиальная мобильность», где была определена и сущность социальной стратификации, под которой Сорокин понимал «дифференциацию  некой данной совокупности людей на иерархически соподчиненные классы. Она проявляется в наличии высших и низших слоев. Ее основа и сама сущность состоит в неравномерном распределении прав и привилегий, обязанности и ответственности, наличии или отсутствии социальных ценностей, власти и влияния среди членов того или иного сообщества. Конкретные формы социальной стратификации разнообразны и многочисленны» [5, с. 9]. Среди основных ее форм он детально рассмотрел экономическую, политическую и профессиональную стратификацию общества. Причем, уже через 30 лет в последней публикации этой книги, доработанной в направлении не только социальной, но и культурной мобильности, Сорокин писал, что социальная стратификация - «это постоянная характеристика любого организованного общества. “Изменяясь по форме, социальная стратификация существовала во всех обществах, провозглашавших равенство людей” (В. Парето). Феодализм и олигархия продолжают существовать в науке и искусстве, политике и менеджменте, банде преступников и демократиях уравнителей, – словом повсюду» [6, с. 307].

Еще до российских революций 1917 года Питирим Сорокин выделил социальную политику государства как специальный раздел социологии. Так в своей лекции во время первой мировой войны он  выделил в ней четыре раздела, назвав их отделами. Первый отдел социологии был назван общим учением об обществе, второй - социальной механикой, третий - социальной генетикой, и только последний, четвертый - социальной политикой.

«Этот отдел по своему характеру и целям, - писал Сорокин, - является чисто практическим, прикладной дисциплиной. Его задачей служит формулировка рецептов, указание средств, пользуясь которыми можно и должно достигать цели улучшения общественной жизни человека. Иначе социальную политику можно назвать социальной медициной или учением о счастье. Подобно тому как с ростом физико-химических и биологических наук появились чисто прикладные дисциплины (технология металлов, агрономия, медицина и т. д.), которые теоретически данные этих наук обращают на служение человеческим целям, так и социальная политика, пользуясь данными теоретической социологии, может и должна использовать их для практического применения в сфере общественной жизни и целях ее улучшения, короче — в целях роста человеческого счастья, увеличения культурных ценностей и ускорения общечеловеческого прогресса» [7].

Но место социальной политики в системе социологии, определенное Сорокиным, и сегодня является вполне современным. Прикладной характер социальной политики органично объединяется с необходимостью ее теоретического обоснования и практического использования в экономике, направленной на решение социальных проблем в обществе. Сегодня экономический анализ включает в себя не только традиционные сферы просвещения, охраны здоровья, социальной помощи бедным и пенсионного обеспечения, но и преодоления негативных последствий роста безработицы и преступности, техногенной нагрузки и других факторов изменений климата с усилением природных и техногенных катастроф. Именно такой системный экономический анализ социальных проблем присущ учебнику по социальной политике британских ученых Юлианы Ле Гранд, Керол Проппер и Сары Смит [8].

Что касается активизации современной социальной политики, то первой, после Туган-Барановского, ее необходимость учла уже в средине ХХ века стокгольмская школа экономической мысли, которая детально исследовала циклы социально-экономического развития и благодаря которой были открыты пути самосохранения и развития капитализма через его шведскую модель. Она наиболее успешно реализована сегодня именно в скандинавских государствах, которые по уровням жизни и обобщающих индексов человеческого развития в последние годы устойчиво занимают первые места среди наиболее развитых стран мира.

Питирим Сорокин еще в конце Великой депрессии детально исследовал циклы социальной и культурной динамики в своем фундаментальном четырехтомнике «Социальная и культурная динамика» [9]. Циклы социально-экономической динамики обобщил Йозеф Шумпетер в своем фундаментальном двухтомнике «Деловые циклы» [10]. Будучи основателем инновационной теории в экономической науке, Шумпетер объяснил причины Великой депрессии синхронизацией кризисных фаз разных экономических циклов, которые были открыты на то время, а пути выхода из кризиса связывал именно с активизацией инновационной и социальной политики.

Сегодня социальная структура современного общества не является гармоничной, а его стратификация как в целом в мире, так и в отдельных странах, к сожалению, как отмечает Пикетти, имет тенденцию к ухудшению в направлении максимального сближения минимального процента наиболее богатых страт населения и предельного обнищания огромного количества населения наибеднейших его страт. Тем самым, наблюдается существенное отклонение от закона (гипотезы) Вильфредо Парето, выдающегося итальянского экономиста, политолога и социолога, согласно которому, как писал Сорокин:

«Профиль экономической стратификации или частота распределения дохода в любом обществе (первоначальное утверждение ученого) или, по крайней мере, во многих обществах (более позднее ограничение Парето) представляет собой нечто постоянное и единообразное и может быть выражено определенной математической формулой. Она выглядит приблизительно так: пусть Х представляет данный доход, а Y – количество людей с доходом, превышающим Х. Если мы проведем кривую, ординатой которой будет логарифм Х, а абсциссой - логарифм Y, то кривая для всех изученных Парето стран будет представлять собой почти прямую линию. Более того, во всех исследованных странах эта прямая линия по отношению к оси Х находится приблизительно под одним и тем же углом, составляющим приблизительно 56 градусов. Отклонения не превышают трех-четырех градусов. Так как тангенс 56 градусов равен 1,5, то <…> форма кривой частотности распределения доходов на двойной логарифмической шкале одна и та же для всех стран и во все времена» [5, с. 27-28].

Другими словами, он вывел уравнения:

logY = logA – с logX,

где А и с – константы, рассчитанные статистически.

Согласно Парето, константа с равняется приблизительно 1,5 для всех стран и представляет собой измерение неравенства в распределении доходов. Чем больше величина с, тем слабее неравность в доходах между разными слоями населения. Понятно, в нашей стране этот параметр будет намного меньше константы, рассчитанной Парето. Но и сам выдающийся итальянский экономист, политолог и социолог Вильфредо Парето указывал, что при радикальных трансформационных изменениях, например, при вытеснении коллективной собственности частной, что и наблюдается в постсоветских странах, форма кривой трансформируется. Более того, Сорокин, комментируя социальную мобильность, ее формы и флуктуации, подчеркивал:

«Под вертикальной социальной мобильностью подразумевается отношения, связанные с перемещением индивида (или социального объекта) из одного социального слоя в другой. В зависимости от направления перемещения могут быть два типа вертикальной социальной мобильности: восходящая и нисходящая, или социальный подъем и социальный спуск. В зависимости от характера стратификации, существуют восходящие и нисходящие потоки экономической, политической и профессиональной мобильности, не говоря уже о других менее важных типах... Нисходящий поток…имеет две основные формы. Первая - это падение индивида с более высокой социальной позиции на существующую более низкую,  сопровождающееся или не сопровождающееся распадом той более высокой  группы, к которой он принадлежал. Вторая состоит в деградации социальной группы как целого, в понижении ее ранга по сравнению с другими группами или в ее распаде как социального целого. Первый вариант чем-то напоминает тот случай, когда человек падает за борт корабля и тонет; второй – напоминает кораблекрушение, когда тонет или, налетев на скалу, разбивается вдребезги сам корабль, после чего он гибнет со всеми находящимися на нем людьми» [5, с. 120].

И именно на таком корабле, который назывался Советский Союз, мы еще плыли четверть века тому назад. Социальная мобильность в переходной период довольно высокая. Напомним, как одновременно в 1991 г. пропали многочисленные уволенные партийные и комсомольские функционеры, большинство из которых довольно быстро оказались во главе разнообразных партий и фракций парламента. Если приводить примеры в Украине, то достаточно вспомнить последнего первого секретаря ЛКСМУ Анатолия Матвиенко, который за годы независимости успел побывать губернатором Винницкой области, лидером партии власти НДП, главой партии «Собор» и т. п. Особенно показательным тут является пример последнего первого секретаря комсомола Днепропетровской области – кузницы властных кадров еще советских времен – Сергея Тигипко, который успел побывать вице-премьером, министром экономики, председателем НБУ, лидером партии «Трудовая Украина», которая тогда во главе с главой Администрацией Президента и Премьер-министром вошла во властный блок партий «За єдину Україну», с определенным юмором прозванною украинским  народом, с прозрачным подтекстом «За єду». После неудачного руководства предвыборным штабом экс-президента Украины Виктора Януковича, после Помаранчевой революции он на несколько лет убежал за границу, выплывши оттуда на политическую «панель» во времена президентства Януковича и снова пропал с бегством последнего в Россию. Так что так называемая «политическая элита» в Украине не такая, которая должна была бы быть, особенно, после Революции достоинства и войны за независимость украинского народа.

Выводы и предложения дальнейших исследований

Таким образом, прогнозная стабильность длительности “К-волн” подтверждается очередной Великой депрессией - современным глобальным финансово-экономическим кризисом, под влиянием которого мировая экономика упала за 2009 год больше чем на 2%, американская – на 3%, европейская – на 4%, японская – на 5%.В том же 2009 г. под влиянием мирового финансово-экономического кризиса ВВП Украины снизился на 15%, а после двух лет незначительного роста и двух лет стагнации с началом войны с РФ в 2014-2017 гг. национальная экономика оказались в очередной Великой депрессии, которая к тому же сопровождается гибридной войной. В итоге, снова подтвердились закономерности, открытые почти сто лет тому назад с помощью кондратьевской модели.

Еще 20 лет тому назад о пророческом открытии Кондратьева прекрасно написал известный еврейский экономист -практик менеджмента Шломо Майталь, родители которого вначале ХХ ст. переехали с Украины в Канаду. В своем учебнике Майталь дал ему очень высокую оценку и одновременно сделал практические выводы:

«В 1920 г. российский экономист Николай Кондратьев отметил, что такие долговременные циклы, скорее всего, наблюдаются каждые 60 лет. Он обратил внимание на предыдущие депрессии, начинавшиеся в 1814 г. (в конце наполеоновских войн) и в 1873 г. По его расчетам, новый длинноволновой спад должен был начаться около 1930 г. Так и случилось, о чем возвестил крах Уоллт-стрита в 1929 г.  

 Прошло приблизительно 60 лет после окончания третьего длинного цикла  -  Великой депрессией 30-х годов. Находимся ли мы снова накануне другого векового спада? Ответ неизвестен. Но что, однако, ясно, так это то, что основные продукты мировой экономики – автомобили, компьютеры, потребительская электроника – являются «перезрелыми» продуктами…» [11]. В следующие 20 лет они стали еще более перезрелыми, учитывая экологические и психологические перегрузки и “пробки” автодорог, а также “компьютерные болезни”. Пик падения мировая экономика пережила уже в конце первого десятилетия ХХІ ст. в 2008-2009 гг., а в 2014-2016 гг. имела уже вторую волну кризиса, как это было и в 1937-1939 гг. Великой депрессии, противоречия которой прорвались в конце 1939 г. Второй мировой войной, которая бурлила ровно 6 лет (с 1 сентября 1939 г. до сентября 1945 г., закончившись после зловещих атомных бомб, сброшенных самолетами США 6 і 9 сентября 1945 г. на японские города Хиросиму и Нагасаки). 

Если проанализировать динамику изменеий неравности в доходах за 1946-2016 гг. в наиболее развитой стране мира - США, то она держалась на минимальном уровне Славное послевоенное тридцатилетие, а в следующее тридцатилетие 1976-2006 гг. ускорено увеличивалась, преодолевши в начале пика современного глобального кризиса в 2008-2009 гг. даже рубеж начала Великой депрессии 1929 г. Определенным образом тут можно говорить о шестой эмпирической правильности кондратьевской К-волны, в которой на нисходящей (понижательной) ее составляющей нарастают экономические противоречия общества, взрывающиеся социальными катаклизмами и войнами уже на ее повышательной составляющей, что отметил во второй эмпирической правильности сам Кондратьев. Следует отметить, что в это время увеличивается разница в неравности в доходах между развитыми и развивающимися странами, к которым сегодня принадлежат и страны СНГ, в которых, прежде всего в Украине и России наблюдается взрывная военно-политическая ситуация, что реально угрожает безопасности не только этих стран, но и всего мира.

Масштабы и интенсивность социальных перемещений в странах СНГ, формирования в них «среднего класса», который является основой социальной стабильности в развитом обществе, еще не описаны необходимым образом экономистами, социологами и политологами постсоветских государств, поскольку в этом не очень заинтересована и существующая в них власть, а деньги на такие трудоемкие исследования почти никто не выделял. Куда большие деньги специалисты зарабатывают в процессах борьбы за существующую власть, то есть в перманентных предвыборных баталиях, расчете различных рейтингов функционирующих партий и политиков и т. п. Что касается предтечи формирования «среднего класса» в Украине и других странах СНГ, то его почти не было в СССР, если не считать таким так называемую «демократическую оппозицию», которая возникла после хрущевской «оттепели». Как известно, до «перестройки» в СССР, по официальной точке зрения идеологов КПСС, общество сложилось из трех групп: рабочего класса, колхозного селянства и «прослойки» между ними – трудовой интеллигенции, к которой относили и властную номенклатуру,  по сути и составлявшей правящий класс. Про это еще в 1980 г. написал и выдал в ФРГ фундаментальную книгу «Номенклатура» известный советский диссидент Михаил Восленский. 

В конце 1990-х известный российский социолог Розалина Рывкина писала, что понятие «средний класс» в советские времена не использовалось. Но еще за 22 года до развала СССР вопрос «среднего класса» в этой стране поднял известный советский диссидент Андрей Амальрик в своей знаменитой работе «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?», где связал это понятие именно с творческой интеллигенцией, которая отличалась самостоятельностью мышления и именно критического мышления по отношению к окружающему его обществу. Амальрик уже тогда писал, что в более широком плане основную часть Движения составляет интеллигенция. Но поскольку это слово имеет очень неопределенный характер, свидетельствует не столько о месте человека в обществе и определяет не столько какую-то общественную группу, сколько способность отдельных представителей этой группы к интеллектуальной работы, он предложил использовать термин «средний класс».

Действительно, мы знаем, что во всех странах группа лиц со средними доходами, владеющая профессиями, которые требуют значительной подготовки, вызывает необходимость в своей деятельности известных прагматических и интеллектуальных свобод и, как всякая высокообеспеченная група, правопорядка. Тем самым она представляет основную прослойку общества, на которую опирается любой демократический режим. В СССР  происходило постепенное формирование такого класса, который можно еще  назвать «классом специалистов» Но чтобы существовать и играть активную роль, режим должен был бы в послевоенное время развивать экономику страны за счет науки, которая в современном обществе принимает все более массовый характер, что и породило этот многочисленный класс. К нему принадлежали люди, которые обеспечили себе и своим семьям сравнительно высокий, по советским меркам, уровень жизни, владея профессией, дававшей им престижное место в обществе, с определенной культурой и способностью оценивать свое состояние и состояние общества в целом. Сюда относятся лица свободных профессий (писатели и артисты) лица, занятые управленческой работой в экономической сфере, и т. п.

Таким образом, уже в СССР сформировался  влиятельный класс, или прослойка, на который могло опереться демократическое движение. И как показали времена «перестройки» именно этот класс был движущей силой превращений в стране. Но кризис распада СССР, который усилили как внутренние, так и внешние, по сути, вражеские для народов постсоветских стран силы, обусловили обнищание как самих народов, так и «среднего класса» в их составе. Результаты же «революционных» изменений пожинают совсем не те люди, которые их проводили. По сути, второй-третий слой самой партийной властной номенклатуры в соответствии со своими экономическими интересами мгновенно «перестроился» в новую элитную прослойку, за счет которой и произошло катастрофическое обнищание подавляющего большинства народа.

Именно такого катастрофического развития необходимо было максимально избежать всем постсоветским странам, на пути их трансформации к требованиям рыночной экономики и гражданского общества. Тем более, что еще до распада СССР, после экономического бума Славного тридцатилетия 1946-1975 гг. уже в конце его произошел так называемый нефтяной кризис, после которой резко замедлились темпы экономического роста в наиболее развитых странах мира, а в некоторых с них наблюдались даже техническая рецессия, например в США в 1982 г. Соответственно, начиная с 1980-х годов заметно выросло социальное неравенство в этих богатых странах, особенно в США, где в 2000-2010 гг. концентрация доходов вернулась к рекордным показателям Первой мировой войны и даже немного превысила их. Сегодня общеизвестно, что современный глобальный финансово-экономический кризис начался именно в этот период с рынка недвижимости США и в конце его перекинулся в другие части мира. Cледует подчеркнуть, что указанный период соответствует именно понижательной составляющей четвертой Кондратьевской К-волны. В его конце мы наблюдали еще и войны стран НАТО с исламскими государствами. А Россия отличилась развязкой на пике первой волны кризиса второй половины 2008-2009 гг. войны с Грузией и на пике второй его волны – войны с Украиной.

Результатом же усиления социальной стратификации в нашей стране сегодня стает не «ожидаемое» сближение экономических интересов капиталистов и трудящихся масс, почти половина из которых стала в Украине уже 1990-х годов безработными или эмигрантами, а противоположный тренд, который возвращает к этим показателям. С обострением конфликта между разными странами и даже цивилизациями, первые признаки которого появились снова же на рубеже тысячелетий, выплывает чрезвычайная актуальность пересмотра системы экономических интересов с учетом их противоречий в современном мире и оценки влияния последних на конфликтную ситуацию в Украине. В разнообразности интересов страт общества в разных странах земного шара отражаются и общие проблемы глобализации мировой экономики. Ее противоречия особенно усилились на рубеже тысячелетий и породили уже массовое движение против глобализации, страшным отголоском которого стали знаковые катастрофические события 11 сентебря 2001 г. в США и локальные военные конфликты в исламских странах (сначала в Афганистане и Ираке, а начиная с 2011 г. так называемой Арабской весны - в Сирии и многих других азиатских и африканских странах, массовая миграция с которых сейчас захлестнула Европу).

Выдающийся российско-американский ученый-социолог Питирим Сорокин  вначале 1960-х годов, то есть пол века тому назад, на Международных конгрессах по социологии сделал несколько пророческих прогнозов в докладах, объединенных потом в книге “Главные тенденции нашего времени”. Заключает эту книгу последняя его работа «Мистическая энергия любви», которая стала своего рода его завещанием и призывом человечества двигаться от эгоистичной к альтруистичной любви. Именно новую духовную энергетику, в том числе новые социально-политические подходы к консолидации всех интеллектуально способных сил добра, двигателем которой является мистическая энергия неэгоистичной любви, мы наблюдали в Украине во времена революций 2004 и 2013-2014 гг., учитывая и современную борьбу украинцев против российского агрессора. Значительное повышение ее роли в будущем пророчески спрогнозировал больше чем 50 лет тому назад Питирим Сорокин: 

“Незабываемый урок катастрофы ХХ столетия убедительно свидетельствует, что без увеличения «производства, накопления и распространения» энергии неэгоистичной любви, никакие другие средства не смогут не предовратить будущие самоубийственные войны, не установить гармоничное устройство человеческого универсума. Тайные силы истории, кажется, поставили человеку ультиматум: погибни от своих собственных рук или поднимись на более высокий моральный уровень путем благодати творческой любви. Эта ситуация объясняет, почему сейчас начато серьезное изучение этой энергии и почему она, вероятно, станет наиболее важной отраслью исследований в будущем ” [12].

То есть украинцам да и другим гражданам стран так называемого СНГ, необходимо научиться чувствовать себя свободными людьми и мужественно воспринимать как будущие катаклизмы, так и другие качественные изменения в жизни человечества. При этом важно быть к ним готовым как психологично, так и технико-экономично, предовращая кризисные процессы и минимизируя их негативные последствия, используя парадигму коэволюционного цикличного развития природы и общества с кризисами, как закономерными фазами циклов.

Литература:

1.    Kuznets S. Shares of Upper Income Groups in Income and Savings.– N. Y.: NBER, 1953. (Kузнец С. Участие групп с наиболее высоким доходом в накоплении прибыли.– Нью-Йорк: НБЭР, 1953.)

2.    Tugan-Baranowsky M. Social Theorleder Verteilung. – Berlin, 1913 (Tуган-Бaрaновский M. Социальная теория распределения. – Берлин, 1913).

3.    Koндратьев Н.Д. Статический и динамический обзор экономики // Ежеквaртальный обзор экономики. 1925. Февраль. Т. 39. № 2. – С. 575-583; Koндратьев Н.Д.  1925/1979, “Длинные волны в экономической жизни ” // Ревю, 2 –  С. 519-562. 

4.    Piketty T. LecapitalauXXIsiècle. – Paris: Editionsdu Seuil, 2013. (Пикетти T. Капитал в XXI веке. – Париж: Видавництво Сеулу, 2013.) – Русск. перевод.: М.: Aд Maргинем Пресс, 2015.

5.    SorokinP. Social Мobility. – NewYork – London: HarperBros., 1927. (СoкинП.Сoциaльнаямобильность. – Нью-Йорк – Лoндoн: ХaрпeрБрoс., 1927.) –  Русск. перевод.: М.:Изд-во «Acadеmia», 2005.

6.    Sorokin P. Socialand Cultural Mobility. – N. Y., 1959. (СoкинП.Сoциaльнаяикультурнаямобильность. – Нью-Йорк, 1959.) – Русск. перевод.: Сoкин П. Человек. Цивилизация. Общество. – М.: Политиздат, 1992. – С. 297-424.

7.    Сoрoкин П. Сoциoлoгия № 1 - СПб, 1914. – С. 30-31.

8.    Legrand J., Propper C., Smith S. The Economics Analysis of Social Problems. – L.: Macmillan Pablishers Limited, 2008. – (Ле Грaнд Ю., Прoппeр К., Смит С. Экoнoмический анализ сoциaльных прoблем. – Лондон: Maкмилaн Пaблишeрс Лимитeд, 2008.) – Русск. перевод.: М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2013.

9.    Sorokin P. Social and Cultural Dynamics. Vol. I-IV. – N.Y., 1937-1941. (Сoрoкин П. Сoциaльная и культурная динамика; Исследование изменений в больших системах искусства, истины, этики, права и общества. Т. I-IV.– Нью-Йорк, 1937-1941.) – Русск. перевод.: СПб.: Изд-во РХГИ, 2000.

10.  Scumpeter J. Business Cycles: A Theoretical, Historical and Statistical Analysis of the Capitalist Process. – N.Y. - L., 1939. (Шумпетер Й. Деловые циклы: Теоретический, истoрический и стaтиcтический анализ кaпитaлистических прoцeссов. – N.Y. - L., 1939.).

11. Маitаl S. Executive Economics: Ten Essential Tools for Managers. – The Free Press: N.Y.: A Division of Macmillan, Inc. - Toronto: Maxwell Macmillan Canada. - N.Y. Oxford Singapore Sidney: Maxwell Macmillan International, 1995. (Майталь С. Экoнoмика для менеджеров: Десять важных инструментов для руководителей. – ДзеФри Прeсс: Нью-Йорк: Дивизиoн oф Maкмиллaн, Инк. - Toрoнтo: Maксвeлл Maкмиллaн Кaнaдa. – Нью-Йорк. Oксфoрд Сингaпур Сидней: Maксвeлл Maкмиллaн  Інтернешенел, 1995.) –  Русск. перевод.: М.: Дело, 1996. – С. 203.

12. Sorokin P. The Ways and Power of Love. – Boston: Beacon Press, 1954. – (Сoкин П.Мистическа яэнергия любви. – Бoстoн: Биaкoн Прeсс, 1954.) – Русск. перевод.: Сoкин П. Главные тенденции нашего времени. – М.: Наука, 1997. – С. 243-321.

Опубликовано на сайте: 2017-08-06

Комментарии к этой статье:

Добавить новый комментарий!

* – Поля обязательны для заполнения!

Ваше имя *:
Ваш e-mail адрес:
Ваше сообщение *:
Введите число *: