Когда речь заходит о "китайской модели", люди первым делом вспоминают о тех грандиозных успехах, которые были достигнуты за 30 лет проведения реформ и "политики открытых дверей" ("гайгэ кайфан" – "реформы и политика "открытых дверей"", устойчивая идиома в китайском языке, далее по тексту "политика реформ" – прим. пер.). Для многих понятия "политика "открытых дверей"" и "китайская модель" являются практически взаимозаменяемыми и имеют одинаковый смысл. Однако политика реформ неразрывно связана с теорией Дэн Сяопина: "Переходить реку, нащупывая камни" ("действовать с предельной аккуратностью и осторожностью" – прим. пер.). Многие полагают, что особенности "китайской модели" состоят именно в том, чтобы "переходить реку аккуратно, с камушка на камушек". Всё это похоже на правду, но правдой, как таковой, не является. Китай на самом деле осуществлял реформы чрезвычайно аккуратно и осторожно, но это не отвечает на вопрос, а что такое "китайская модель"? Делать акцент на осторожности и не говорить о направлении – в высшей степени опасно. Попытка понять "китайскую модель" с такой точки зрения не принесёт ничего, кроме сомнений и разочарований.

На микро-уровне люди не совсем понимают подтекст выражения "переходить реку, нащупывая камни", ведь у реформ всегда есть цель - "перейти реку". Совершенно очевидно, что этой целью является построение рыночной экономики. Но как же к ней перейти? А так – "по камушку, по камушку, осторожненько" и перейти. Как и в политике, Дэн Сяопин всегда подчёркивал, что цель реформ – построение социалистической демократии*, а что же это за штука такая? Как её построить? Но и в этом вопросе надо опираться на учение "Перейти реку, нащупывая камни".  

 Понимание "китайской модели" с точки зрения истории

Рассмотрим "китайскую модель" на макро-уровне. Люди, анализирующие её с точки зрения последних 30 лет "политики реформ", видят её нечётко. Говоря о "китайской модели" необходимо также заглянуть, а что было за 30 лет до начала "политики реформ". Но некоторые говорят, что им и 60 лет мало, надо бы глянуть ещё лет на 30 пораньше. И на самом деле, если не смотреть на "китайскую модель" в историческом разрезе, то не разобраться, а существует ли она? И уж тем более не понять, что она из себя представляет. Говоря о "китайской модели", упор делают на слове "китайская", как на воплощении китайской цивилизации и культуры в настоящее время. Если же по-простому смотреть на "китайскую модель", как на новые социальные и общественные институты, появившиеся в Китае после начала реформ, то сути явно не ухватишь. Даже наоборот, познакомиться с "китайской моделью" – это значит изучить, каким образом китайская цивилизация приняла и впитала в себя эти институты.  

Глядя с исторической точки зрения, нетрудно обнаружить, что она существовала и раньше, и также разобраться в чём, главным образом, она заключалась. Несмотря на то, что "китайская модель" чрезвычайно многогранна, однако её основа заключается в особенном китайском политико-экономическом обустройстве, и два этих фактора (политический и экономический) связаны и взаимно усиливают друг друга. Успех "китайской модели" состоит именно в балансе многочисленных факторов, и потеря равновесия приведёт к кризису и последующему за ним упадку. 

В сфере экономики, в Китае действует смешанная модель, для которой характерно присутствие как государственных, так и негосударственных отраслей, правительство и рынок должны сохранять баланс, однажды потеряв который, всё рухнет как карточный домик. Нигде в мире не существует экономической модели, похожей на китайскую, в которой на протяжении такого долгого исторического периода присутствовал бы настолько мощный государственный сектор, где в ключевых экономических областях государство играло бы прямую роль. Госсектор несёт на себе множество функций, связанных с деятельностью государства, таких как строительство общественных инфраструктурных объектов, помощь в преодолении разного рода кризисов, уравновешивание рыночных сил и так далее. Все эти вещи были чётко описаны ещё в эпоху Хань (206 г. до н.э. – 220 г. – прим. ред.) в трактате "Яньтелунь"** и соблюдались на практике во все времена. Такого рода экономические функции государства не встречались на Западе. Некоторые связывают государственный сектор экономики с плановой экономикой времён Мао Цзэдуна, но это не является историческим подходом, Мао Цзэдун просто довёл до абсолюта исторически существующую роль государства. 

Многие оценивают китайскую экономическую модель через призму западной модели, полагая, что западная экономическая модель является целью реформ. Однако если бы Китай превратился в Запад, то не стало бы и "китайской модели". По общему мнению, в Китае, в настоящий момент, действует переходная экономика: от плановой – к рыночной, от государственной – к частной. Однако те, кто так считает, не видят самой сути "китайской модели". В Китае не произойдёт приватизации на западный манер именно благодаря тому, что существует сильный госсектор. Исторически, частная или "народная" экономика, экономика мелкого предпринимателя, существовала в Китае всегда, однако Китай никогда не пойдёт по западному пути абсолютной приватизации. Многие экономисты утверждают, что приватизация – это путь, решающий все проблемы, но эти утверждения далеки от китайских реальностей. В Китае приватизирована только часть экономики, для которой нехарактерна ни полностью частная, ни полностью государственная форма собственности. Только смешанная экономика нормальна для Китая. Решая вопросы, стоящие перед китайской экономикой, можно исходить только из этих предпосылок. 

Однако для смешанной экономики характерны перекосы. Часто можно наблюдать, как в периоды, когда госсектор и власть берут на себя абсолютное лидерство, негосударственный сектор и рынок испытывают сильное давление и не могут играть свою обычную роль, что способно привести к кризису. По сравнению с Китаем, западный экономический кризис, как правило, возникает, когда "невидимая рука" ("невидимая рука" рынка – прим. пер.) полностью берёт управление на себя, а "видимая рука" правительства не может эффективно справиться с ситуацией при помощи инструкций и законов. 

Что касается экономических дискуссий о "китайской модели", то это всё цветочки, а вот ягодки начинаются, когда дело переходит в сферу политики, что является чрезвычайно трудным и чувствительным вопросом. Фактически же, трудно понять китайскую экономическую модель, если не знать о китайской политической модели. Можно даже сказать, что китайская экономическая модель является производной от китайской политической модели, но что касается последней – то все дискуссии о ней являются "табу". Многие на Западе сосредотачиваются на критике китайской политики, да и китайские учёные постоянно выражают своё неверие в политическую систему страны. 

Китайская политика имеет свои традиции 

В политическом плане на Западе действует демократическая модель, с её многопартийностью и разделением трёх ветвей власти. В настоящий момент в китайской политике происходят перемены, она находится в переходном состоянии, в разных сферах и в разной степени принимая и впитывая в себя элементы демократии, выгоду от плюрализма и системы делегирования полномочий. Однако, несмотря на все эти перемены, Китай никогда не был и не станет государством, соответствующим западной модели.

Таким образом, в чём же заключаются особенности китайской политической модели? На этот вопрос также можно ответить с точки зрения истории. В новейшее время, после своих контактов с Западом, Китай уже пробовал построить политическую систему по западному образцу, но потерпел фиаско. Впоследствии, на протяжении более чем полувекового периода войн и революций, традиционная власть, принадлежащая императору, постепенно трансформировалась в более современную власть Партии. Нетрудно заметить, что традиционная власть императора имеет очень много схожего с властью Партии в наши дни. Например, как император, так и Партия являются тем, что объединяет силы китайского общества, тем, что воплощает в себе политику "великого культурного единения", опорой меритократической*** системы. Однако во власти Партии присутствуют также и элементы современности, которых не было при власти императора. Власть императора могла идти всего лишь в одну сторону, против течения, и не могла демократизироваться, партийная же власть не является таковой. Она покоится на базе системы современной централизации****, однако она может осуществить также и демократические преобразования.

Что же касается западной политической модели, то для неё характерно решение вопросов через вынесение их на поверхность, что и объясняет существование оппозиционных сил и оппозиционных партий. В Китае всё по-другому. И для традиционной власти императора, и для современной власти Партии характерна "сакрализация", перенесение внутрь решения внешних вопросов через свободный политический процесс. Партийная власть – костяк китайской политики. Не уяснив первое, чрезвычайно трудно понять второе.

С исторической точки зрения у каждой из этих двух моделей есть свои достоинства и недостатки. На Западе многопартийность – сердце демократии, но только по прошествии столетий она стала выглядеть так, как выглядит сегодня. В стране со стабильным и сбалансированным социально-экономическим ростом демократия может работать достаточно хорошо. Пусть даже эти партии и сменяют друг друга раз за разом, однако с политической точки зрения все они обладают признаками одной партии. Это происходит потому, что на Западе существует мощная прослойка среднего класса и независимо от того, какая партия будет у власти – все они будут заботиться об интересах этой прослойки. Часто говорят, что западные партии объединяют в себе силы общества, однако в большой степени средний класс объединяет в себе эти партии, не давая им радикализовываться. В общественном развитии также хорошо заметна и поляризационная функция многопартийности. В те периоды, когда экономика идёт на спад, общество сильно фрагментируется, средний класс слабеет и сокращается, вплоть до полного его исчезновения. В таких условиях многопартийность превращается в силу, которая раскалывает общество. Мы можем найти массу тому примеров в африканских, южноамериканских и азиатских странах.

В традиционном Китае политические процессы также протекали достаточно открыто. Несмотря на то, что вся центральная власть принадлежала императору, однако на местах управляли административные структуры (сложный термин времён китайского феодального общества: "власть по взаимной любви", "ты – мне, я – тебе", "власть, кормящая сама себя за счёт народа" - прим. пер.). Хотя они и были в высшей степени бюрократизированы, но вполне открыты для общества. История свидетельствует, что чем больше администрация открыта для общества, тем более эффективным становится управление государством. И наоборот, если администрация недостаточно открыта, и возникают трения между властью императора и местной администрацией (авторитет императора падает), то это ведёт к возникновению кризиса. У партийной власти существует та же особенность. Эффективность управления зависит от того, насколько Партия открыта по отношению ко всем социальным прослойкам и всеобщей выгоде. Одновременно с этим, эффективность администрации зависит от её структурированности и специализированости.

Как и всякая другая модель, "китайская модель" постоянно прогрессирует и эволюционирует. В эпоху глобализации энергия преобразований, действующая на "китайскую модель", особенно велика. Став частью мировой системы, "китайская модель" многократно взаимодействует с другими моделями и либо активно у них учится, либо пассивно поддаётся их влиянию. С этой точки зрения, это общая для всех моделей тенденция. Однако одинаковые тенденции не ведут к идентичным преобразованиям. Подвергаясь внешнему влиянию, "китайская модель" сохраняет присущие ей особенности, и, несмотря на изменения, сохраняет свою изначальную сущность. Как и другие. 

* Социалистическая демократия - форма политической организации общества, возникшая в результате социалистической революции под руководством коммунистической партии на основе обобществления средств производства. Социалистическая демократия провозглашает фактическое равенство граждан и их участие в управлении государством – прим. пер. 

** "Яньтелунь" ("Дискуссия о соли и железе") история правления императоров У-ди (140–87 гг. до н.э.) и Чжао-ди (87–74 гг. до н.э.), трактат об управлении государством, политике и экономике – прим. пер.

*** Меритократия (букв. "власть достойных") – принцип управления, согласно которому руководящие посты должны занимать наиболее способные люди, независимо от их социального и экономического происхождения – прим. пер. 

**** Централизация – сосредоточивание доли государственной власти в некоем центре (например, "федерализация" — часть государственной власти делегируется от регионов центральному правительству) – прим. пер.