Мировая экономика. Рынки на исторических пиках

Сергей Егишянц

Политических событий на минувшей неделе было немало (как обычно в сентябре) – но на рынки они оказывали минимальное влияние; во всяком случае, напряжённым дискуссиям на политические темы эксперты и трейдеры определённо предпочли обсуждение изгнания Жозе Моуриньо с поста тренера футбольного клуба «Челси». Впрочем, новости вроде бы экономические тоже содержали в себе немалую долю политического подтекста – который иногда даже выходил на первый план.

Неолиберализм, бюрократизм и реализм

Одним из примеров такого политико-экономического синтеза стали жаркие споры вокруг основ политики Банка Англии, разгоревшиеся на прошлой неделе после того, как один из крупнейших ипотечных банков Великобритании, Northern Rock, оказался на грани банкротства и попросил у центробанка экстренной помощи. Дело в том, что пока прочие центральные банки усердно закачивали ликвидность в финансовую систему, терпевшую бедствие вследствие кредитного паралича, а также проводили иные более или менее полезные мероприятия подобного рода, Банк Англии демонстративно самоустранился, строжайше блюдя предписываемый неолиберальной доктриной принцип невмешательства в жизнь рынков – мол, кому надо разориться, нехай разоряется. Только вот столкнувшись с реальностью (как это всегда и бывает в случае неолиберальной доктрины), центробанк провёл нехитрое исследование и выяснил, что если и впрямь быть таким пуристом, то «принцип домино» способен похоронить изрядную часть финансовой системы страны – да и мира в целом, для которого лондонский Сити является важнейшим системообразующим элементом.

Осознав это, Банк Англии срочно оказал требуемую помощь падающему ипотечному банку – однако тут в дело вмешались парламентарии, вызвавшие на ковёр главу центробанка Мервина Кинга и вполне резонно осведомившиеся, а нельзя ли было придти к подобному логичному выводу несколько раньше, а не строить из себя оплот либерализма среди скопища идейных отступников, которых (включая ЕЦБ и ФРС), видимо, следовало считать идиотами. Мистер Кинг не нашёл, что ответить на это, и ограничился лишь невнятным бормотанием; после чего ему пришлось уже реально заняться делом – и он в экстренном порядке изменил свои же правила, позволив коммерческим банкам получать деньги центробанка посредством 3-месячных репо с использованием ипотечных активов (как надёжных, так и сомнительных) в качестве залога. Ровно то же сделал и Фед – только значительно раньше; вследствие чего такие крупные учреждения в Штатах не оказывались на грани банкротства, испуганные вкладчики не выстраивались в длинные очереди (как в Англии), а кредитный рынок успокоился относительно быстро. Очередной пример разницы в подходах: пока англичане блюдут принципы, прагматичные американцы делают то, что полезно и выгодно в данный момент, не заморачиваясь соответствием оных деяний светлым принципам либеральной политики – а на все упрёки в таком постыдном релятивизме отвечают сакраментальным «Get real !»

В континентальной Европе такие страсти отнюдь не бушуют – однако и там отмечается замедленность реакции на те или иные события; только в данном случае причиной является отнюдь не гордое ощущение «Не могу поступиться принципами» (за отсутствием таковых), но банальная неповоротливость громоздкой бюрократической машины Евросоюза. Глава ЕЦБ Жан-Клод Трише продолжает, словно попугай, упрямо повторять излюбленную мантру о сохраняющейся инфляционной опасности в регионе – причём сама по себе фраза эта более чем очевидна, однако употребление её везде и всегда, к месту и не к месту, вызывает изрядное раздражение у слушателей, всякий раз надеющихся услышать нечто более свежее и актуальное. Впрочем, в последнее время (в том числе после очередного обвала в сентябре индекса экономических настроений в Германии по версии исследовательского центра ZEW) у дотоле непрошибаемых чиновников центробанка уверенности поубавилось – посему, к примеру, член правления ЕЦБ Мигель Анхель Фернандес Ордоньес вяло констатировал принципиальное наличие шансов у инфляции ускориться (о, как свежо и оригинально!): и хотя с точки зрения здравого смысла это лишь минимальное изменение исходной фразы Трише, в донельзя забюрократизированном ЕС подобная модификация является выражением едва ли не радикального свободомыслия. Кстати, у Трише есть и иная мантра – про Японию, где, мол, имеется хороший экономический рост, который должен бы адекватно отразиться на курсе йены; тут даже такие мастаки изрекать ничего не значащие заученные фразы, как японцы, немного растерялись и не рискнули вступить в публичную дискуссию с предъявлением весьма печальных макроэкономических показателей своей страны – они поняли, что при такой запущенности бюрократического маразма это бесполезно, ибо в ответ на любые самые разумные аргументы можно получить лишь нечто вроде ильфо-петровского более чем неспешного «Я Фунт, Фунт», причём такого рода «обмен мнениями» вполне способен растянуться до бесконечности.

Рынки на исторических пиках

В Штатах бушевали совсем иные страсти – в основном касавшиеся судьбоносного заседания ФРС. Пока участники рынка радовались, что упрямого Бернанке, кажется, удалось продавить на снижение ставки на 0.25%, Фед подкинул сюрприз: снизив ставки (по федеральным фондам и дисконтную) сразу на 0.50%, он дал понять, что при нужде может снова пойти на такого рода шаг (участники рынка сейчас ждут нового снижения ставок на 0.25% в конце октября с вероятностью 2/3), а вдобавок ещё и заметно смягчил свою антиинфляционную риторику. Шокированный таким развитием событий рынок стал летать вверх-вниз: облигации обвалились, акции вертикально взлетели, а доллар рухнул. И покуда секретарь Казначейства Генри Полсен выдавал респекты мужественному Бернанке, а последний с видом не то мученика за баксы, не то входящего во вкус мазохиста бодро заверял Конгресс «Усё под контролем!» - все товарные рынки поняли, что партия сказала «надо!» про инфляцию временно забыть: как следствие, нефть сорта WTI мощным ударом улетела выше 83 долларов за баррель, золото подскочило к 740 долларам за унцию (тем самым пройдя максимум прошлого года), а индекс доллара рухнул до исторического минимума около 75. Впрочем, среднесрочно наиболее впечатляюще выглядит вертикальный взлёт сельскохозяйственных товаров: особенно удвоение за 1.5 года цен на молоко и утроение за 2 года цен на пшеницу – последние в сентябре и вовсе показали исторический максимум 886 центов за бушель (примерно 326 долларов за тонну); правда, если учитывать покупательную способность бакса, то пик 1995 года будет всё же повыше нынешнего.

Источник: Barchart.com

Многие экономисты сейчас опасаются рецессии – реальная экономика, похоже, и впрямь балансирует на грани роста и снижения. Строительный сектор, за состояние которого сейчас больше всего боятся власти, продолжает валиться: в августе объём нового строительства упал на 2.6% по сравнению с июлем, а число выданных на такое строительство разрешений снизилось на 5.9%. При этом уже в сентябре индекс рынка жилищного строительства по версии Национальной ассоциации домостроителей США упал до уровня 20, равного историческому минимуму января 1991 года – кстати, если объём нового строительства считать не в абсолютных числах, а на душу населения, то и там означенный минимум весьма недалёк. Августовский индекс опережающих индикаторов упал сразу на 0.6%; индикатор деловой активности в Нью-Йорке также изрядно снизился, но уже в сентябре; аналогичный ему показатель Среднеатлантического региона вдруг вырос – но и в нём компонент «условия ведения бизнеса» упал. Ценовые индексы в августе снизились благодаря сезонному подешевению продовольствия – без учёта оного (а также и топлива) отпускные цены производителей выросли за последние 5 лет на величину, максимальную с мая 1993 года. Первые отчёты финансовых корпораций вышли смешанными: если Goldman Sachs весьма порадовал, то Bear Stearns немало разочаровал рынки; ещё мрачнее они стали, узнав о масштабных убытках продавца электроники Circuit City Stores. Короче, общая ситуация хуже не придумаешь: и экономика с трудом удерживается от падения, и инфляция не отступает. А тут ещё и сателлиты брыкаются: Daily Telegraph сообщает, что власти Саудовской Аравии начинают рассматривать возможность продать часть своего пакета штатовских казначейских облигаций – хотя пока и продолжают сохранять привязку своей валюты к доллару. В то время как не привязанные валюты (кроме йены) летят вверх по отношению к баксу – так что канадский доллар, к примеру, достиг паритета против своего американского собрата впервые аж с ноября 1976 года.

Источник: Национальная ассоциация домостроителей США

Официальные лица стремятся успокоить страхи публики и не допустить нового жёсткого витка паники на кредитных рынках – однако, как показала прошлая неделя, среди сильных мира сего находятся и весьма своеобразные персонажи. В центре внимания наблюдателей оказался бывший глава ФРС Алан Гринспен, щедро сыпавший своими мудрыми мыслями – которые повергали экспертов в состояние глубочайшего шока и давали основания злым языкам отнести «великого и ужасного» к ведомству психиатров. И было с чего! Ещё в прошлые выходные Гринспен дал интервью Financial Times, где заявил, что его не удивит, если падение цен на дома достигнет двузначных чисел процентов; в то же время он предостерёг Фед от чересчур агрессивного снижения ставок, способного спровоцировать всплеск инфляции. Самолюбование могучего деда не знает границ: он ядовито заметил, что нынешние инфляционные опасности усилились по сравнению с временем его правления – и заодно добавил, что неблагоприятное сочетание экономических факторов требует большого умения для преодоления кризиса, явно намекая, что у нынешних ФРСовцев такого умения не достаёт, в отличие от него самого, гениального. Дальше – больше: в интервью Sunday Times Гринспен неожиданно разоткровенничался, назвав нефть единственной подлинной причиной войны в Ираке – и пока администрация Буша приходила в себя от столь подлого удара, разбушевавшийся Алан обвинил её ещё и в бюджетном дефиците, причём его риторика сильно смахивала на религиозный экстаз (чего стоит фраза «Республиканцы… сошли с пути истинного»). Публика была в шоке – но самое сладкое Гринспен оставил на десерт: он заявил, что его последователи плохо управляют финансовой системой, так что она разбалансировалась и теперь после окончания операции спасения кредитного рынка ФРС придётся поднимать ставки до… двузначных величин процента! Поскольку всем понятно, что подобный акт привёл бы к немедленному обрушению всей финансовой системы мира, тут-то публика и стала активно говорить о психиатрах – ну а разъярённый всеми этими наскоками Бернанке на вопрос конгрессмена о главной причине нынешних проблем с кредитным рынком и инфляцией ответил: «основной фактор» - необычно низкие процентные ставки, достаточно долго сохранявшиеся в США и других странах одновременно; поскольку снижением этих ставок и чересчур долгим их сохранением на низком уровне занимался никто иной, как мистер Гринспен, все поняли, кому предназначается эта шпилька. Ну а злые языки не без ехидства отметили, что Алан Гринспен, оказывается, не заработал себе на старость в бытность главой ФРС – и теперь, видимо, навёрстывает упущенное посредством публичных выступлений (далеко не бесплатных) и написания книг: именно на презентации своей книги неистовый пенсионер и сделал часть своих скандальных откровений. Вот какие высокие отношения царят нынче в финансовых кругах США!

© 1997-2007 ЗАО «Инвестиционная компания «Ай Ти Инвест» 

Опубліковано на сайті: 2007-09-26