Ронни Липшюц: Доллар - это дефектная валюта

Ронни Липшюц, профессор Калифорнийского университета в Санта-Круз - признанный специалист в сфере глобализации. Изучая внешнюю политику США, финансовые, технологические и политические аспекты глобализации, а также проблемы долларизации мировой экономики, БИЗНЕС не раз писал об исключительной роли, которую играют доллар и Федеральная резервная система США в нынешнем мировом кризисе.

Отказавшись от золотого стандарта в 1970-е годы, Вашингтон "завязал" все мировые финансы на доллар, а следовательно, на веру в добрую волю Госказначейства США. За свое благосостояние американцы расплачивались напечатанными долларами, а когда собственных ресурсов перестало хватать, был создан финансово-экономический симбиоз с Китаем.

Впрочем, деньги нужны не только на поддержку уровня жизни населения: сейчас США содержат 700 военных баз за рубежом - на них тоже нужны средства. Печатный станок особенно активно заработал с началом валютного кризиса: долг растет, и уже нет надежды, что он когда-нибудь будет выплачен.

Существуют самые разные предположения относительно того, как Вашингтон собирается выходить из создавшегося положения, самое правдоподобное из которых - масштабная девальвация доллара. Для украинцев, в очередной раз потерявших все сбережения в национальной валюте и рассчитывающих только на доллар, это может стать сильнейшим ударом.

О том, как на самом деле обстоят дела с мировой валютой, БИЗНЕС говорил с профессором Калифорнийского университета в Санта-Круз Ронни Липшюцем.

- США сейчас проводят эмиссию своей валюты, в связи с чем многие экономисты говорят о риске обвала доллара. Оправданы ли подобные страхи?

- Когда это случится, не может сказать пока никто. В этом-то и проблема. На положение доллара влияют два фактора. Во-первых, люди, которые держат долларовые активы. Ценность этих активов сейчас неизвестна, но если начнется паника, они быстро обесценятся. Паника может привести к глобальной гиперинфляции, и это будет следствием монетизации глобальной экономики. Во-вторых, это уверенность, что в долгосрочной перспективе все крупные долларовые обязательства - особенно облигации Минфина США - никогда не будут погашены.

Все, на что можно сейчас рассчитывать, - это проценты, которые тоже из-за инфляции приобретают отрицательные значения. Следовательно, выгоднее от этих долларовых обязательств поскорее избавиться. Поэтому существуют два лагеря, преследующие разные интересы: одни хотят продлить нынешнее состояние экономики как можно дольше, другие считают, что если уж выходить из сегодняшней системы координат, то как можно быстрее. И сейчас пока никто не знает точно, кто возьмет верх.

- Но даже если будет решено протянуть подольше, не меняя системы, все равно ей, так или иначе, придет конец?

- Да, история показывает, что в таких случаях рано или поздно долги аннулируются. Но я не знаю примеров отказа от долгов в резервной валюте. Великобритания никогда не отказывалась от долга в фунтах стерлингов, хотя и не могла погасить его золотом после Второй мировой войны - именно поэтому она просила деньги в долг у США. Отказы от долгов случались раньше, но еще ни разу - в сегодняшней глобализированной экономике.

Если взять за модель 1930-е годы, мы увидим повсеместное распространение протекционизма, самоизоляцию стран и регионов, но это тоже вряд ли можно считать разумной стратегией.

- Текущий кризис аналогичен Великой депрессии 1929-1940 гг. по масштабу? Он тоже знаменует конец некой эры?

- Я думаю, что это конец неолиберальной эпохи. Безусловно, это еще не конец капитализма. Но окончился период плохо регулируемых рынков. Урок, который мы можем извлечь уже сейчас, - если не обращать внимания, не регулировать спекулятивные инвестиции, они могут привести к непредсказуемым последствиям.

- А что дальше? Сейчас мы видим попытки возрождения кейнсианской политики в новых условиях. Они могут увенчаться успехом?

- По этому пути уже идут китайцы; они выделили $600 млрд на стимулирование национальной экономики - это, в принципе, кейнсианская мера. США по "плану Полсона" выделили $700 млрд, это очень большая сумма, но эти деньги не пойдут на стимуляцию экономики. Банки не будут их ссужать. Стимуляционный пакет ($150 млрд), выделенный в первой половине 2008 г., был недостаточен для экономики размером в $11-12 трлн. Один триллион - это уже что-то. Но этот триллион нужно потратить так, чтобы он стимулировал внутренний спрос в США для оживления экономики.

Достаточно ли для этого триллиона? Я не знаю. Можем ли мы и далее рассчитывать на заграницу? Я не знаю. Может ли Минфин просто печатать деньги, стимулируя инфляцию? Трудно сказать. Вообще, экономист Карл Поланьи в книге "Великая трансформация" (1944 г. - Ред.) говорит: "Свободный рынок был плановым. А вот планирование - нет". То есть когда принимаешь стратегические решения, нельзя воспользоваться каким-то общим правилом, его просто нет. Никто не может сказать, что нужно делать, потому что все практические варианты ответов, включая кейнсианство, неадекватны масштабу проблемы.

Глобальная экономика долларизована, но это не значит, что доллар просто является резервной валютой. Это значит, что активы, особенно - спекулятивные, финансовые активы, тоже долларизованы. И даже активы, номинированные в евро, не могут быть независимыми от доллара. Таким образом, доллар - это не просто резервная валюта, используемая для обмена, но это и номинация, в которой проводятся транзакции, не привязанные четко к какой-либо валютной зоне. Это уже дефектная валюта.

В Украине национальная валюта - гривня, но в объявлениях о продаже автомобилей фигурируют только доллары. Изначально, возможно, перевод всех международных расчетов в долларовый эквивалент делался просто для удобства ведения бухгалтерского учета. Но в результате учитывать приходится уровни инфляции и девальвации: что бы ни случилось с валютой, но за машину уже придется платить долларами.

- Как будет выглядеть капитализм после кризиса?

- Как в США, так и в Европе, Японии и других странах мы наблюдаем слияние государства и капитала. Раньше государство приватизировало функции - чтобы сэкономить и заодно перенаправить капиталы в частные руки. Например, приватизация военных и других функций государства в Ираке служила не для экономии, а для перенаправления прибыли в карман корпораций.

Сейчас, когда эта стратегия провалилась, государство начинает входить в структуры капитала, рассчитывая, что вместе они смогут выработать стратегический курс на поддержание системы. Это изменяет властные отношения, и возникает вопрос: куда государство направит капитал, чтобы поддержать систему? Пока деньги выделяют корпорациям, да так интенсивно, что уже и автопроизводители начали записываться в финансовые учреждения, чтобы и им перепала какая-то доля.

Но можно эти же деньги направить на помощь людям, пострадавшим от ипотечного кризиса. Это не стимулирование экономики: ведь люди не будут тратить эти деньги на покупки, а погасят ими кредит. Но это поможет сократить объем обязательств, и банки избавятся от какой-то части плохих активов. Выдать людям деньги - это не стремление обеспечить будущий рост, а попытка спасти капитализм от надвигающейся катастрофы. Расчет идет на то, что система стабилизируется, доверие восстановится, банки опять начнут выдавать кредиты.

Ведь после того как в 2001 г. лопнул "пузырь доткомов", начал надуваться пузырь на рынке недвижимости, поддерживавший на плаву всю американскую экономику, а также Азию и другие регионы. Вместе с ценами на недвижимость рос и фиктивный капитал, которым располагало население, благодаря чему оно могло поддерживать потребление на прежнем уровне. Это было как раз эквивалентом кейнсианского стимулирования.

- Вы слышали о проектах по запуску новой валюты США - амеро, которая заменит доллар?

- Да, слышал. Но замена одной американской валюты на другую не решит основной проблемы. Можно представить, что США вводят новую валюту и пересчитывают по определенному курсу старые долларовые долги. Но непонятно, что позволит считать эти новые долги более надежными, чем нынешние? Нет ответа на главный вопрос: на чем основывается ценность валюты, если не просто на вере?

- Можно попытаться выйти из этой системы. Например, Иран недавно обещал перевести свои нефтяные расчеты из доллара в евро…

- Я слышал об этом. Не думаю, что эти заявления имеют хоть какой-то вес.

- А, в принципе, может ли помочь замена доллара в качестве мировой валюты какой-то другой денежной единицей - евро, рублем, юанем?

- Как вам сказать... Ну вот Иран выставляет цены на свою нефть в евро. Если он хочет участвовать в международных транзакциях, но намерен вести расчеты только в евро, он сам себя ограничивает. На рынках могут оказаться страны, которые не готовы принимать евро, но все участники рынков могут торговать за доллар.

Что касается Китая, я не знаю (да и никто не знает) размеров валютных резервов этой страны. Известно, что там прорва долларов, возможно, есть немного евро. Но зачем тратить свои евро, если ты не уверен в будущем доллара?

Планы отказа от доллара не новы - есть даже версия, что вторжение в Ирак было спровоцировано аналогичными планами Саддама Хусейна. Но какова их реалистичность?

- Можно ли преодолеть нынешний финансовый кризис с помощью налога Тобина?

- Налогом Тобина предполагается облагать валютные транзакции. Но проблема не в них. Идея этого налога возникла вследствие простого наблюдения: оборот валютных операций в мире составлял $1 трлн в день, тогда как торговый оборот - всего несколько десятков миллиардов в день. Поэтому, мол, даже такой небольшой налог должен принести много денег. Сегодня оборот валютных операций - уже $2 трлн или даже $3 трлн в день, кроме того, появился рынок деривативов, совокупная стоимость которого может составлять $60-600 трлн. Но сейчас эти потоки остановились, и непонятно, что на самом деле сколько стоит, а следовательно, с чего какой налог взымать.

Если обложить налогом Тобина рынок деривативов, можно получать огромные суммы, которые очень помогут бедным странам, - наверное, около $5 млрд в год. Но для масштабов глобальной экономики (60 трлн в год) $5 млрд - это просто копейки.

- Насколько оправданы условия МВФ, под которые он выдал кредит Украине?

- МВФ все еще оперирует старыми неолиберальными формулами "структурного приспособления". Единственное, чем они озабочены, - тем, чтобы Украина расплатилась по долгам. Для этого им нужно, чтобы государство урезало все внутренние расходы, избавилось от социальных программ и выплатило кредит.

- Но сами западные правительства делают противоположное…

- Да, там экономику стимулируют, а у вас никаких стимулов не предполагается. Обычно, когда валютные резервы государства истощаются, национальная валюта девальвирует - так произошло и в Украине. В результате становится сложнее расплатиться с кредиторами, если кредит начислялся в долларах. Здесь ни о каком стимулировании речь не идет. Кроме того, украинский рынок настолько мал, что на Западе никого особо не интересует, что с ним случится.

- Экономические потрясения, большая часть которых еще впереди, обязательно приведут к потрясениям социальным. Допускаете ли вы возможность массового возрождения фашистских режимов, как это было в межвоенной Европе?

- Я бы не стал делать такие предположения. Может появиться некий вариант корпоративистского фашизма, но это необязательно приведет к установлению ксенофобских режимов. Кроме того, этнические лидеры обычно разжигают рознь там, где это может принести им прибыль. В данной ситуации вряд ли они смогут где-либо извлечь для себя большую выгоду. Но что-либо предсказать просто невозможно. Есть исторические примеры, от которых можно отталкиваться, но история не обязана повторяться. Действительно, сейчас можно вновь услышать отголоски дискуссий, звучавших в Европе в 1930-е годы, но было бы преувеличением говорить, что и дальше все пойдет так же, как тогда.

ДОСЬЕ

Ронни Липшюц, профессор Калифорнийского университета в Санта-Круз

Родился: 1 июля 1952 г.

Образование:
Техасский университет, бакалавр физики и бакалавр гуманитарных наук (г.Остин, штат Техас; 1975 г.);
Массачусетский технологический институт, магистр физики (1978 г.);
Калифорнийский университет в Беркли, доктор наук в области энергетики и ресурсов (1987 г.).

Карьера:
1978-1980 гг. - научный сотрудник Союза объединенных ученых (г.Кембридж, штат Массачусетс, США); 1980 г. - исследователь Массачусетского общества Одюбона (г.Линкольн, штат Массачусетс);
1981-1982 гг. - научный сотрудник группы по энергоэффективности зданий Лаборатории Лоуренса Беркли (г.Беркли, штат Калифорния);
1987-1993 гг. - президент Тихоокеанского института исследований развития, окружающей среды и безопасности (г.Беркли, штат Калифорния);
2002 г. - профессор Центра глобальной политической экономии (группа международных отношений и политики) при Суссекском университете (г.Брайтон, Великобритания);
с 1990 г. - профессор кафедры политологии Калифорнийскогоуниверситета в Санта-Круз.

Библиография:
"Радиоактивные отходы: политика, технологии и риски" (1980 г.);
"Пособие по энергосбережению для населения городов" (1982 г.);
"Когда сталкиваются нации: сырье, идеология и внешняя политика" (1989 г.);
"Государство и социальная власть в глобальной экологической политике" (1993 г.);
"О безопасности" (1995 г.);
"Глобальное гражданское общество и глобальное экологическое управление" (1996 г.);
"Миф "этнического конфликта": политика, экономика и "культурное" насилие" (1998 г.);
"По ту сторону неолиберального мира: от решения конфликтов к социальному примирению" (1998 г.);
"После власти: война, мир и глобальная политика в XXI веке" (2000 г.);
"Фантазии холодной войны: кино, вымысел и внешняя политика" (2001 г.);
"Глобальная экологическая политика: власть, перспективы и практика" (2003 г.);
"Глобальная политика от планетарного до личного масштаба: потому что люди имеют значение" (2005 г.);
"Регуляция для всех остальных? Глобализация, государственничество и глобальная политика" (2005 г.);
"Гражданское общество и общественные движения" (2006 г.).
Сейчас работает над книгой "Война, дисциплина, империум: американский абсолютизм и глобальная классовая борьба".

владение Иностранными языками: французский, иврит.

Беседовал Денис Горбач

По материалам Бизнес

Опубліковано на сайті: 2009-04-29