Азия. Борьба за энергетические ресурсы

Джон Робертс, Эксперт по энергетической безопасности, консалтинговая фирма Platts

Центральная Азия играет важнейшую роль в системе глобальной энергетической безопасности, поскольку она обладает огромными запасами нефти и газа, а также потому, что большая часть ее ресурсов доступна для разработки иностранными компаниями.

В регионе есть гигантские месторождения, такие как Кашаган на каспийском шельфе Казахстана - крупнейшее в мире прибрежное месторождение - или Южный Ёлотен в Туркмении, входящий в число трех крупнейших газовых месторождений на планете.

Трубопроводы расходятся из Центральной Азии во всех направлениях, и, несмотря на усилия Китая перенаправить основной поток на восток, в настоящее время он течет на запад.

При том что Китай предоставляет новые возможности для центральноазиатских стран, не имеющих выхода к морю, они продолжат играть огромную роль и в европейской энергетике - по крайней мере, в ближайшие десятилетия.

Удаленные рынки

Крупнейшая проблема, с которой сталкивается Центральная Азия в этой сфере (то же, впрочем, относится и к Азербайджану, расположенному на противоположной стороне Каспия), - это реализация ресурсов, то есть превращение их из потенциального в реальный источник дохода.

В целом эта работа возложена на иностранные компании, которые обеспечивают экспортные маршруты и доступ центральноазиатских ресурсов на международный рынок; альтернатива этому - платить более высокую цену за использование построенной еще в советское время транзитной системы, проходящей по территории России. Но иностранным компаниям далеко не всегда легко иметь дело с правительствами центральноазиатских стран.

К примеру, Туркмения, которая хочет сохранить полный контроль над своими крупнейшими шельфовыми проектами, до сих пор не позволяет иностранным компаниям заниматься чем бы то ни было, что выходит за рамки обслуживания месторождений, хотя и поощряет их на заключение соглашений о разделе продукции.

В Казахстане правительство, похоже, проводит политику некоего национализма в области освоения ресурсов: порой власти принимают в этой сфере законы, имеющие обратную силу. Это угрожает репутации страны в качестве надежного инвестиционного партнера.

Стремление на запад

Главная цель работ, ведущихся в Казахстане, - добиться того, чтобы после 2012-2013 годов, когда заработает Кашаган, из страны на мировой рынок поступало бы около 1,5 млн баррелей нефти в день.

Этот объем - в пересчете на массу это более 210 тысяч тонн - представляет собой около 3% всей транснациональной нефтяной торговли мира. Большая часть этого потока отправится на запад - либо через существующий нефтепровод КТК, идущий к российскому черноморскому порту Новороссийск, либо - через Каспий - к существующей нитке БТД, заканчивающейся в порту Джейхан на турецком Средиземноморье.

Три каспийские республики - Азербайджан, Казахстан и Туркмения - располагают до 50 млрд баррелей (7 млрд тонн) сырой нефти; это около 3,5% всех мировых разведанных запасов. Кроме того, у них имеется около 12,5 трлн кубометров газа - около 6,8% мировых запасов.

Какое-то количество казахстанской сырой нефти уже направляется в Китай, но даже через три-четыре года, когда этот трубопровод будет выведен на плановую мощность - около 400 тысяч баррелей в день, - этот поток все равно будет втрое меньшим, чем тот, что отправится на запад.

Китаю нужен газ

Где Китай добивается серьезных успехов, так это в Туркмении.

Всего за 2,5 года Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) построила Центральноазиатский газопровод от своей концессии в Багтыярлыке на севере Туркмении - через Узбекистан и Казахстан - в Синьцзян-Уйгурский автономный район на северо-западе Китая. Протяженность нитки - 2,2 тысячи километров.

Сейчас по этому трубопроводу течет лишь тонкий газовый ручеек, но к 2014 году, если все пойдет по плану, поток должен возрасти до 40 млрд кубометров в год.

Кроме того, CNPC сотрудничает в разработке месторождения Южный Ёлотен, которое, по оценкам британской независимой консалтинговой фирмы Gaffney, Cline & Associates, располагает минимум 4 трлн кубометров газа, хотя этот объем может достигать и 14 трлн кубометров. Таким образом, это одно из крупнейших на планете месторождений и, теоретически, оно может стать залогом исполнения устремлений Туркмении и заполнить трубопроводы, идущие не только в Китай, но и в Россию, в Иран и даже в Европейский союз.

При этом у Туркмении останется достаточно газа для того, чтобы поставлять его и в Индию, и в Пакистан - в том случае, если Афганистан станет достаточно стабильным, чтобы на его территории можно было начать строительство газопровода.

Проблема же состоит в том, что у Туркмении нет денег на реализацию этих планов и на доведение добычи до 40 млрд кубометров в 2009 году и до 250 млрд - к 2030-му. Кроме того, власти страны по-прежнему весьма нервно относятся к возможности прямого приобретения иностранцами долей в таком гигантском месторождении как Южный Ёлотен.

Политическое соперничество

Сегодня туркменский газ в относительно ограниченных объемах идет в Россию, Китай и Иран; ограничения эти не в последнюю очередь связаны с прошлыми спорами Ашхабада с Москвой и Тегераном, так что даже существующие трубопроводы заполняются далеко не целиком.

Это одна из причин того, что Туркмения хотела бы экспортировать свой газ через открытые рынки - такой как европейский. Здесь его судьба завязана с азербайджанской, что лишь добавляет проблем, поскольку Баку и Ашхабад до сих пор не могут договориться о разделе Каспия.

В Азербайджане британская компания BP играет ведущую роль в освоении гигантского комплекса шельфовых нефтяных месторождений Азери-Чират-Гюнешли объемом в 1 млрд баррелей в день и расположенного по соседству газового месторождения Шах-Дениз объемом в 1,2 трлн кубометров.

Сейчас концентрация - на газе. У Азербайджана значительные запасы газа, и Баку хочет предложить его на открытом рынке.

В то же время - при том что в Европе сегодня наблюдается избыток газа - можно полагать, что через 5-6 лет ей понадобится больше газа - и в качестве топлива для строящихся сейчас электростанций нового поколения, и в качестве переходных или резервных запасов для разрабатывающихся сейчас методов получения энергии из возобновляемых источников.

Сланцевый газ - относительно новый и очень заметный в Северной Америке источник - вряд ли окажет существенное влияние на европейскую добычу до 2020-х годов, хотя и он, вероятно, уже в ближайшем будущем начнет менять общие представления об энергетике.

Кавказские связи

Азербайджан только что завершил работу над ключевой составляющей договоренности, которая позволит ему продавать газ через Турцию в Европу. Это - результат второй, весьма дорогостоящей (20 млрд евро) стадии проекта развития месторождения Шах-Дениз.

Соглашение открывает дорогу для соперничества трубопроводов. Фаворитом в этой гонке на сегодняшний день является "Набукко", который соединит Турцию, Грецию и Италию.

Евросоюз играет заметную роль во всем этом. Его дипломаты предпринимают активные политические усилия, пытаясь обеспечить безопасность трех южнокавказских государств - Азербайджана, Армении и Грузии - не в последнюю очередь потому, что для ЕС очень важны трубопроводы "южного коридора", и потому что Европа не хочет повторения российско-грузинской войны 2008 года.

Кроме того, Европа хочет понять, возможно ли использовать газ из Туркмении, Азербайджана и северного Ирака для заполнения "Набукко" и его соперников, и изучить возможность получения энергоносителей после 2016 года сразу по нескольким трубопроводам.

2016-й - очень важный год: именно в это время должен быть запущен второй этап проекта Шах-Дениз, и в это же время Европе, по всей видимости, понадобятся дополнительные энергетические импортные поставки.

Добыча нефти: 2008 год

bbc

Опубліковано на сайті: 2011-08-25