Азбука финансового суверенитета

Дмитрий Голубовский, Отырба Анатолий

Осуществить модернизацию экономики за счет иностранного капитала невозможно. Мы должны сами научиться «производить» деньги

Рисунок: Игорь Шапошников Заявленное российским руководством намерение осуществить модернизацию не что иное, как постановка весьма амбициозной задачи — повысить конкурентоспособность государства до уровня, позволяющего бороться за чемпионство в высшей мировой межгосударственной лиге. Но конкуренция государств существенно отличается от спортивного соперничества, поскольку, в какой бы форме она ни проходила, это всегда война. И несколько странным выглядит намерение осуществить модернизацию с помощью иностранного капитала, что подобно намерению начать войну с помощью оружия противника, полагая, что по ходу боевых действий он будет поставлять необходимые боеприпасы.

Столь странный подход, на наш взгляд, имеет простое объяснение. Под влиянием внешних сил, курировавших постсоветские реформы, у основной массы российской элиты и экспертного сообщества сформировалось стойкое представление о роли финансовых капиталов исключительно как о благе чуть ли не божественного происхождения. Сегодня многие исходят из того, что инвестиции бывают только иностранными, а в самой России, по какой-то неведомой причине, финансовые капиталы не могут образовываться в принципе. В результате в стране даже на понятийном уровне нет разделения капиталов на внешний и внутренний (национальный), как нет и понимания того, что иностранный финансовый капитал, особенно в отсутствие национального, является не столько источником процветания, сколько опасности. Что он способен скрыто и легко подчинить себе национальные богатства, использовать их в своих интересах и уходить, если к этому его побуждает конъюнктура, оставив страну в экономическом кризисе.

Другими словами, Россия, оставаясь страной, критически зависящей от притока иностранного капитала (что и было главной причиной постсоветских финансово-экономических кризисов), усугубляя эту зависимость в процессе модернизации с опорой на иностранный капитал, экономически не может укрепиться в принципе.

Чтобы оценить уровень присутствия иностранного капитала в России, достаточно привести следующие цифры: более 25% российской банковской системы, более 70% оборачивающихся на российском фондовом рынке инвестиций и 100% синдицированных кредитов — иностранный капитал. И что странно, при отсутствии национального финансового капитала власть, намереваясь осуществить еще одну масштабную приватизацию, помимо акций большинства системообразующих предприятий страны выставляет на открытые торги и акции основных банков, что еще больше усилит финансовую зависимость России.

Объясняется это, во-первых, намерением улучшить эффективность управления этими предприятиями и, во-вторых, необходимостью наполнения бюджета, но оба аргумента не выдерживают никакой критики. Спрашивается — какая польза российскому народу от того, что предприятия окажутся в собственности нерезидентов, которые и будут их основными бенефициарами? И чем правительство будет наполнять бюджет, когда большинство российских активов окажется в иностранной собственности и продавать уже будет нечего?

Справедливости ради следует признать, что причина «наивного» представления о роли финансового капитала и непонимания его как созидательной, так и разрушительной роли уходит корнями во времена СССР, где на исследование природы и функций капитала как атрибута враждебного мира было наложено табу. И если отбросить вариант, что политика, упорно ориентирующаяся на иностранные инвестиции, это происки внутренних врагов, то оправдать ее можно лишь недопониманием нашими «либеральными» идеологами от власти политической роли денег и финансового капитала.

Современная конкурентная борьба — это перманентные войны, протекающие в пространстве мировой финансовой системы, где функцию оружия выполняют национальные валюты и капиталы, а функции оружейных заводов — финансово-банковские системы государств

Валютные и финансовые войны

Со времен возникновения первых государств человечество пребывает в перманентном состоянии конкуренции между ними. До середины XX века исход конкуренций решался с помощью традиционных войн, по завершении которых побежденных обкладывали данью, что и было целью этих войн. Исход определялся традиционным оружием, а финансы играли вспомогательную роль, но с конца первой половины ХХ столетия основная конкурентная борьба преобразовалась в более сложную форму — финансово-экономическую, где оружие и финансы поменялись ролями. Современная конкурентная борьба — это перманентные войны, протекающие в латентной (для обывателя) форме в пространстве мировой финансовой системы, где функцию оружия выполняют национальные валюты и капиталы, а функции оружейных заводов — финансово-банковские системы государств.

Победители в этих войнах предопределены изначально. Это силы, жестко контролирующие все процессы, происходящие в мировой финансовой системе, создающие ее правила игры и следящие за их исполнением. И самое главное — умеющие создавать дешевые, конкурентоспособные и востребованные в мире финансовые капиталы.

Несмотря на кажущуюся гуманность, финансовые войны не менее опасны для государств и наций, чем традиционные. Если объем дани, накладываемой на побежденных в традиционных войнах, четко оговаривался, официально фиксировался и выплачивался, как правило, публично, то репарации в форме финансовых методов эксплуатации, встраиваемые победителями в финансовые системы побежденных, позволяют латентно и практически неограниченно как по срокам, так и по объемам эксплуатировать побежденные народы. К таким методам можно отнести создание национальной валюты на основе принципа currency board — через покупку валюты стран-победителей, обессиливание валюты побежденных, а также принуждение побежденных к открытости финансовых рынков, с которых вытесняются оказывающиеся неконкурентоспособными их национальные валюты и капитал.

Когда-то Архимед объявил: «Дайте мне точку опоры, и я переверну Землю!» Мейеру А. Ротшильду приписывают в чем-то схожую фразу: «Дайте мне возможность выпускать деньги в государстве, и мне не будет дела до того, кто пишет его законы». В 1839 году президент Ассоциации американских банкиров Филлип Бенсон тоже сказал нечто подобное: «Нет более прямого и надежного способа захватить контроль над нацией, чем через ее систему кредитования (ее деньги)». А уже наш современник, автор бестселлера «Исповедь экономического убийцы» Джон Перкинс, сам воплощавший в жизнь политику финансового подчинения государств, охарактеризовал этот принцип следующим образом: «Есть два способа завоевать и поработить нацию. Первый — мечом. Второй — долгами».

Но что интересно: если вопрос обеспечения безопасности в традиционных войнах на повестке дня государств стоял и стоит всегда, то вопрос обеспечения безопасности в финансовых войнах, не говоря уже о совершенствовании применяемого в них оружия, не ставился (во всяком случае публично) ни одним государством.

Финансовый капитал как инструмент овладения ресурсами конкурентов

На мировом финансовом рынке присутствуют две группы игроков-государств. Первая — малоразвитые или развивающиеся страны, импортирующие финансовые капиталы и борющиеся за привлечение иностранных капиталов. Вторая — экспортеры финансового капитала, представляющие исключительно развитые страны, ведущие борьбу за финансовые рынки.

Подобное «разделение труда» обусловлено тем, что развитые страны обладают финансово-банковскими системами, позволяющими создавать дешевые, конкурентоспособные финансовые капиталы, тогда как менее развитые умеют их только зарабатывать на внешних рынках. Прочие страны должны накапливать необходимые для осуществления торговли резервы, размещаемые в валюте и обязательствах этих стран (преимущественно в американском долларе), что существенно снижает их конкурентоспособность.

Преимущества финансовых капиталов в качестве оружия заключаются в их способности легко проникать на территории конкурентов, бескровно овладевать богатствами и скрыто эксплуатировать население. При этом страны-жертвы не только не препятствуют этому, но и прилагают усилия, чтобы их привлечь. Причина столь парадоксального явления кроется в непонимании элитами неразвитых стран принципа монетарной эксплуатации, а также в отсутствии знаний, необходимых для создания своей полноценной, конкурентоспособной валюты и финансовой системы. В результате страны, не умеющие создавать качественные деньги, оказываются без необходимых для развития инвестиционных капиталов.

Секрет процветания стран развитого мира не в особой производительности их народов и не в политической системе, а в масштабном производстве денег и финансовых капиталов, обмениваемых на товары и ресурсы развивающихся государств

«Дешевые — созданные» и «дорогие — заработанные» деньги

Для подавляющего большинства людей деньги лишь инструмент обмена — «купилки». Мало кто знаком с множеством других функций денег, и еще меньше людей задумывалось над их природой — откуда они берутся, кто и как их создает, почему одни деньги обладают преимуществами перед другими. На деле же деньги отличаются друг от друга не только по названию, номиналу и стране происхождения, но и по качественным характеристикам, от которых зависят их функциональные возможности.

В народном сознании качественные характеристики валют нашли отражение в конце 1980-х — начале 1990-х, когда утвердились представления о «твердом» долларе и «деревянном» рубле. Многие еще помнят, как в начале 1990-х, когда Россия распахнула двери своего валютного рынка, американский доллар, хлынув и быстро вытеснив рубль, стал доминирующей валютой. Причиной поражения рубля на его же поле было его низкое качество. Но от чего зависит качество денег? Как качественные характеристики влияют на функции денег? Отражаются ли на процессе образования капиталов, номинированных в данной валюте? Если да, то как, и влияет ли это на конкурентоспособность капиталов? Ну и самое главное — влияет ли качество денег на конкурентоспособность экономики и самого государства, эмитирующего их?

Как известно, первичными эмитентами денег являются центральные банки государств. Множество факторов влияет на деньги как качество банковской продукции, но основной — себестоимость, зависящая от методов их создания. Развитые страны значительную часть денег создают с помощью финансовых технологий на базе своих финансово-банковских систем. Речь идет не о банальном печатном станке, а о комплексе институтов, как государственных, так и частно-корпоративных, деятельность которых регулируется развитым законодательством и координируется одним центром. Архитектура развитой системы сложна и многофункциональна, и вот лишь небольшой перечень решаемых с ее помощью задач: создание и поддержание в стабильном состоянии национальной валюты; создание условий для образования национальных финансовых капиталов; формирование, поддержание в функциональном состоянии и обеспечение развития рынка финансовых активов; обеспечение оборота различных имущественных прав и основанных на них вторичных финансовых инструментов.

Система позволяет формализовать и вовлечь в процесс экономических отношений максимально возможный объем ресурсов, которыми обладает страна, — интеллектуальных, трудовых, информационных, сырьевых, земельных и т. д. — и формировать на их основе активы, питающие мощь национальной финансовой системы, дающих ей способность аккумулировать в себе еще больше стоимости. При правильной организации этого процесса он становится процессом с положительной обратной связью: чем больше национальных богатств преобразовано в товарную массу в виде ценных бумаг и вовлечено в экономический оборот, тем больше денежной массы требуется для их обслуживания, что открывает дополнительные возможности для увеличения национальной денежной базы. Увеличение денежной базы интенсифицирует процесс образования финансовых капиталов, что, в свою очередь, стимулирует инвестиционную деятельность и экономический рост, укрепляет финансовый рынок. Чем сильнее финансовый рынок, тем больше реальных ресурсов он подчиняет себе, становясь еще сильнее. Так, развитые финансовые системы могут подчинить страны, обладающие значительными реальными богатствами, но не обладающие финансовыми ресурсами, при этом их богатства становятся дополнительным обеспечением эмитируемых финансово сильными странами валют, а сами эти валюты становятся средствами международных расчетов.

Самое важное при этом, что деньги развитых стран в буквальном смысле слова создаются, и их себестоимостьс точки зрения трудозатрат и расходов создателей практически нулевая.

Деньги финансово неразвитых стран (в том числе и России) и большинства развивающихся создаются преимущественно на основе принципа, заложенного в политику currency board, — через покупку центральными банками валют развитых стран. Созданные с помощью подобного метода деньги оказываются весьма дорогими — «заработанными», поскольку на их себестоимость, помимо затрат на производство и обслуживание оборота, ложится еще и себестоимость продукции, за которую была получена выкупаемая при их вбросе в рынок валюта развитых стран. Данное обстоятельство делает неконкурентоспособными как сами создаваемые таким образом валюты, так и номинированные в них капиталы.

Известно, что самый доходный бизнес государства — создание денег, при котором оно получает эмиссионный доход, сеньораж, — разницу между стоимостью их производства и номиналом, возникающую при первой транзакции, когда деньги, наличные или безналичные, только выпускаются в обращение. В развитых странах, где центральные банки создают деньги через покупку национальных долговых обязательств или прямое кредитование национальной банковской системы, первая транзакция, если она касается долговых обязательств, осуществляется исключительно с контрагентами-резидентами, с тем чтобы «сеньораж» остался внутри страны. Если же она осуществляется с нерезидентами, то лишь в обмен на реальные ресурсы. Понимая, что создание денег — главный фактор, обеспечивающий эффективность национальных экономик, и что важнейшая фаза создания денег — первая транзакция, власти финансово развитых стран ревностно следят за тем, чтобы она обеспечивала сохранение эмиссионного дохода внутри страны.

В странах, создающих деньги через покупку иностранной валюты, складывается принципиально иная ситуация. Поскольку первой транзакцией при выпуске денег является покупка центральными банками иностранной валюты, то возникающий при этом сеньораж уходит в пользу стран, валюта которых выкупается.

Из сказанного можно сделать вывод, что один из ключевых факторов, определяющих успех в межгосударственной конкуренции, — качество денег и что ключевые слова, определяющие разницу между ними, — созданные и заработанные.

Чтобы было ясно, о чем идет речь, можно привести грубую, но наглядную аналогию. Есть такое понятие — «отмывать деньги». Суть этого криминального процесса в том, что под реальные, нелегально полученные деньги создается некий фиктивный объем труда, который существует только в бухгалтерии и который, по бухгалтерии, является причиной их появления. Процесс денежной эмиссии, осуществляемый развитыми странами, похож на отмывание, но как бы в зеркальном отражении. Дело в том, что созданные развитыми странами изначально фиктивные, фиатные, не обеспеченные ничем деньги «отрабатываются» развивающимися странами, куда они попадают, и, наполняясь ресурсами и трудом народов, становятся реальными. Секрет процветания стран развитого мира не в особой производительности их народов и не в политической системе, которая не причина процветания, а следствие. Секрет — в масштабном производстве денег и финансовых капиталов, обмениваемых на товары и ресурсы развивающихся стран.

Протекционистские войны

Ужесточение конкуренции между национальными экономиками спровоцировало ужесточение еще одной, давно известной формы противостояния государств — протекционистских войн, которые каждая из участвующих в них стран ведет по-своему. Развивающиеся страны способны лишь защищаться, создавая дополнительные таможенные барьеры на пути доступа к своим рынкам и сдерживая рост уровня жизни граждан с целью снижения себестоимости своей продукции и повышения ее конкурентоспособности на мировом рынке.

Развитые страны решают эту задачу масштабным субсидированием экономики, осуществляемым на разных уровнях и в разных формах, зачастую скрытых. Это гораздо эффективнее. Но для государств, активно субсидирующих свою экономику, первостепенное значение имеет происхождение денег. Преимущество имеют страны, дотирующие свои экономики дешевыми, созданными деньгами. Попытка конкурировать с ними с помощью заработанных денег бессмысленна и опасна, поскольку обрекает страны, осуществляющие такую попытку, на поражение от экономической перегрузки. Примером может служить ситуация в Белоруссии, а также печальная судьба, постигшая СССР.

В силу объективных причин на любую продукцию, произведенную в странах, похожих на Россию географическими и природно-климатическими условиями, дополнительным бременем ложатся большие, чем у конкурентов, транспортные и энергетические расходы. В результате при всех прочих равных экономика таких стран (а со временем и сами страны) оказывается неконкурентоспособной. И в этой ситуации единственным выходом для них остается системное, масштабное субсидирование, которое имеет смысл осуществлять лишь дешевыми, созданными деньгами. Чем ниже себестоимость денег, тем выше конкурентоспособность национальных экономик и, соответственно, самих государств. При субсидировании же экономик деньгами, созданными на основе currency board, когда чем больше создается денежной массы, тем больше «дани» в форме эмиссионного дохода приходится платить конкурентам, дотирование оказывается не только бессмысленным, но и самоубийственным.

В речи на Петербургском экономическом форуме президент Дмитрий Медведев отметил, что угрозы конкурентоспособности российской экономики в целом существуют. Но к общеизвестным угрозам, на наш взгляд, следует добавить еще одну, самую важную с экономической точки зрения, — неразвитость финансово-банковской системы. Ее следствие — отсутствие российского национального финансового капитала, критическая зависимость российской экономики от внешних кредитов и инвестиций, а также эксплуатация народа с помощью финансовых методов типа currency board, неуклонно снижающих конкурентоспособность государства. Поэтому нам представляется необходимым пересмотр принципа функционирования национальной финансово-банковской системы и создание принципиально новой финансовой политики государства. Первым шагом на этом пути, на наш взгляд, должно быть создание «Финансовой доктрины России».

expert.ru

Опубліковано на сайті: 2011-10-14