Мировая экономика. Рейтинг стран по их агрессивности на валютных рынках

Валютные войны как волны кризиса – их ожидают и опасаются многие, но за хвост пока еще ни одну никто не поймал.

// Кира Аккерман, Bankir.Ru

Согласно средствам массовой информации, как иностранным, так и российским, в последние несколько лет то «мир находится на пороге новой валютной войны», то «очередная валютная война уже достигла своей кульминации»; одну страну «втягивают в валютную войну», для другой «валютная война уже окончена». Ожидания валютных войн стали очень похожи на ожидания «новых волн кризиса», а ожидающие, очевидно, уже давно сбились со счета этих войн и волн и запутались в своих прогнозах. Bankir.Ru предпринял попытку разобраться, состоялась ли уже валютная война, и стоит ли опасаться ее в ближайшем будущем.

Все жданки съедены

Несмотря на иронию, очевидно, этот разговор возник не на пустом месте. Так, в разжигании валютных войн в последнее время чаще всего обвиняются Китай и Япония. Коснулся этот вопрос и Швейцарии, которая активно боролась с укреплением франка к евро. Страны «большой семерки» и «большой двадцатки» в 2013 году обязались воздерживаться от ведения валютных войн. В 2013 году признавал опасность нового витка валютной войны и Банк России.

В начале 2013 года аналитики банка HSBC составили рейтинг стран по их активности в области манипулирования валютными курсами. По мнению специалистов банка, страны и раньше прибегали к валютным интервенциям с целью повышения собственного экономического роста, однако в благоприятные времена это было не так заметно.

Обычно в валютных войнах используются три основных инструмента: словесные интервенции, снижение процентных ставок, а также прямые интервенции или продажа собственной валюты и покупка иностранной. В последнее время в качестве косвенного инструмента манипуляции валютными курсами можно рассматривать «количественное смягчение». Также используются различные ограничения, например, налоги на финансовые сделки.

Согласно рейтингу HSBC, представленному в таблице, наиболее агрессивны на валютных рынках Япония и Швейцария, а наименее агрессивны Канада, Мексика и ЮАР. Достаточно активными следует признать страны Латинской Америки, а страны Европы в большинстве своем не проявляют агрессии на валютных рынках. Россия, как следует из таблицы, в валютных войнах практически не участвует. Далеки от высокой активности и США.

Рейтинг стран по их агрессивности на валютных рынках

Источник: HSBC.

В России тема валютных курсов интересна еще и по той причине, что 17 июня 2013 года в интервью Bloomberg министр финансов России Антон Силуанов заявил о намерении Минфина начать покупать валюту на внутреннем рынке для пополнения государственных фондов. По оценке Силуанова на тот момент, это могло привести к ослаблению курса национальной валюты по отношению к доллару США на 1–2 рубля. После данной новости курс рубля пошел вниз, некоторые участники рынка и эксперты заговорили о девальвации и ее возможном влиянии на российскую экономику, часть населения задумалась, не пора ли перевести свои сбережения в евро или доллар США, а журналисты стали задавать экспертам вопросы о том, что делать с рублями едва ли не на любой пресс-конференции, касающейся состояния российской экономики.

Правда, эксперты были намного меньше встревожены этой темой и чаще всего советовали не поддаваться панике и не делать резких движений, а желающим большей уверенности в завтрашнем дне они давали классический совет: диверсифицировать портфель личных сбережений и инвестиций.

У многих стран в связи с затянувшимся глобальным кризисом сейчас, конечно, есть особенно сильный соблазн снизить курсы своих валют в надежде на оживление своего экспорта, но при этом все они опасаются глобальной валютной войны, в которой, как известно, выигравших практически не бывает. Даже если исходить из предпосылки, что свой курс понизит только какая-нибудь одна страна, а остальные не пойдут на ответные меры, то все равно это чревато, например, всплеском инфляции и падением уровня жизни, если население страны потребляет много импортных продуктов. Да и сама по себе девальвация не является панацеей от экономических болезней: она не повышает ни производительность труда, ни качество товаров, ни объем инвестиций, а также не диверсифицирует структуру экономики. Кроме того, излишнее ослабление национальной валюты может обернуться политическими конфликтами, так как в первую очередь от этого пострадают основные торговые партнеры «страны-агрессора».

О девальвациях речи нет

Представители Международного валютного фонда (МВФ), Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и даже Европейского Центрального Банка (ЕЦБ) не раз заявляли о необоснованности разговоров о валютных войнах, поскольку таковых в последнее время попросту нет. Сам по себе термин «валютная война» в текущей ситуации явно преувеличен. Конкурентные девальвации действительно имеют место вследствие прямых вмешательств стран и вследствие косвенного воздействия «количественных смягчений», однако наблюдаемую ныне волатильность курсов вряд ли можно назвать войной.

В отношении существования валютных войн в настоящее время эксперты придерживаются практически одной и той же позиции: все крупные страны так или иначе «играют» с валютой (страны Еврозоны при этом имеют ограниченные возможности влияния на динамику евро), сопровождая эти действия словесными интервенциями, однако о крупных девальвациях речи нет, равно как и о войнах как таковых.

Как пояснил Валерий Пивень, начальник отдела информационно-аналитического обеспечения компании «Лайф Капитал» (Пробизнесбанк), формально любые изменения монетарной политики отражаются на валютном рынке, что учитывается в выборе этой политики. Понятно, что монетарная политика и Банка Японии, и Федеральной резервной системы (ФРС) США, и ЕЦБ в какой-то мере ведет к девальвации национальных валют, однако, в условиях свободного валютного рынка их действия часто нивелируют друг друга, снижая воздействие принимаемых решений на курс валют.

Вообще цели добиться ускорения роста экономик за счет снижения курсов национальных валют у стран нет. Как напоминает Антон Сороко, аналитик инвестиционного холдинга «Финам», для выхода из финансово-экономического кризиса страны выбрали монетарный метод стимулирования экономики. Согласно их планам, стабилизировать ситуацию на долговом рынке и снизить стоимость денег для реального сектора должен был выкуп активов с открытого рынка и предоставление практически неограниченного объема ликвидности банкам. Эти действия обеспечивают устойчивость облигаций, что, в свою очередь, привлекает капитал с развивающихся рынков, где сейчас слишком много рисков. В результате практически все сырьевые валюты в последнее время падают по отношению к доллару США, что, конечно, поощряется их правительствами, так как это позитивно влияет на объемы экспорта.

Можно констатировать, что по итогам почти 4 лет функционирования программы количественного смягчения в США обратная связь между ставками и объемом инвестиций домохозяйств и корпораций в реальный сектор существенно изменилась. В частности, огромный объем ликвидности так и не поступил в реальный сектор, а остался на финансовых рынках. Не хлынула ликвидность в реальный сектор и в Европе.

При этом выход из программы стимулирования экономики, о котором заявила ФРС, может сильно сказаться на мировом экономическом росте. Во-первых, могут ухудшиться основные макроэкономические индикаторы в США. Во-вторых, есть вероятность роста ставок по американским государственным облигациям, что чревато осложнениями бюджетных проблем страны. Учитывая то, что долговой кризис в Европе еще далек от своего окончания, «сворачивание» программы количественного смягчения в США может дорого обойтись мировой экономике. Все это отразится и на валютных курсах, однако пока сложно сказать, каким образом: многое зависит от сроков выхода из программы, а также от ситуации на валютных рынках и в крупнейших экономиках мира.

В поисках справедливости

Понятие о справедливом валютном курсе является едва ли не настолько же абстрактным и обтекаемым, как и представления о справедливости вообще. Как пояснил Валерий Пивень, существует целый ряд подходов к определению справедливого валютного курса, и различные методы могут давать различные результаты. Например, курс рубля может считаться завышенным с точки зрения паритета покупательной способности, однако, если учитывать уровень сальдо торгового баланса, то он может быть, напротив, заниженным. «В целом, если государство прямо не привязывает курс валюты к какому-либо значению, установленному политической волей, если существует свободный развитый валютный рынок для конкретной денежной единицы, валютный курс может считаться справедливым, – рассказал эксперт. – Среди лидирующих стран «несправедливым» курсом отличается, наверное, только Китай».

Китай довольно давно находится под давлением других государств, стремящих убедить страну отпустить юань в «свободное плавание». Однако до настоящего момента эти попытки не приводили к успеху. Фактически каких-либо рычагов заставить Китай ревальвировать валюту у развитых стран нет. Поэтому мировому сообществу придется ждать момента, когда КНР сама пойдет на такой шаг.

Также искусственное занижение курса китайского юаня отметил и Денис Давыдов, главный аналитик аналитического управления Нордеа Банк. По его словам, регулятор Поднебесной весьма преуспел в проведении прямых интервенций на валютном рынке. При этом в последнее время в информационных лентах все чаще сообщается, что Китай планирует ослабить контроль за курсом юаня и сделать его мировой резервной валютой. Первые шаги подтверждаются статистикой ЕЦБ – в период с 2010 по 2012 годы доля внешнеторговых товарных сделок Китая в юанях выросла с 0% до почти 10%, однако удельный объем операций в юанях во всем мире пока не превышает 1%.

Денис Давыдов считает, что воздействие на политику Китая будет осуществляться путем декларативных заявлений или, иначе говоря, словесных интервенций и, возможно, торговых ограничений. В любом случае рычагов воздействия не так много, и Китай остается одним из ключевых игроков в сфере производства и поставок товаров на мировые рынки. То есть, все будет зависеть от будущего состояния китайской экономики, но все же КНР вряд ли единолично откажется от стимулов.

Россия и девальвация

На тему девальвации в России было много дискуссий. В частности, ряд участников рынка и экспертов полагали, что девальвация могла бы укрепить конкурентоспособность страны – запустить процесс импортозамещения и дать толчок экономическому росту. Однако, по мнению большинства экспертов, для того, чтобы реализовать эти чаяния, курс рубля к доллару США должен упасть в несколько раз, что, во-первых, невозможно в текущих условиях, а во-вторых, подобное вмешательство привело бы сильным негативным потрясениям в экономике. Небольшие снижения курса рубля, к сожалению, практически никак не сказываются на развитии промышленности и всей экономики страны в целом.

Для руководства России всегда будет существовать определенный соблазн девальвировать рубль, чтобы увеличить поступления в бюджет от долларовых статей экспорта. Это выглядит довольно логично, учитывая отсутствие дальнейшего роста нефтяных цен, увеличение социальной нагрузки бюджета, а также слабую способность экономики генерировать новые налоговые поступления в условия низких темпов роста.

Однако, как прокомментировал Валерий Пивень, попытки ослабить рубль будут наталкиваться на сопротивление экономических реалий. Во-первых, все-таки стране с профицитом торгового баланса довольно сложно девальвировать валюту. Во-вторых, чувствительность населения к валютным колебаниям в России достаточно высока. В-третьих, девальвация повлечет за собой неблагоприятные последствия для ряда сегментов финансовой системы.

Наконец, девальвация будет способствовать росту конкурентоспособности только в том случае, если экономика представляет собой здоровый устойчивый механизм. Сейчас основной причиной низкой конкурентоспособности российской экономики является отнюдь не высокий курс рубля. Для укрепления позиций России на мировой экономической арене необходимо решать структурные проблемы, такие как высокий уровень государственного участия в экономических процессах, низкую производительность труда, неразвитость инфраструктуры и т.п. В долгосрочной перспективе это даст гораздо больший положительный эффект, нежели девальвация.

В планах Центрального Банка девальвации пока нет. Так, в конце июня 2013 года Эльвира Набиуллина, глава Центрального Банка России, заявила, что для нее неприемлема идея манипуляции курсом для запуска экономического роста; кроме того, даже в тех секторах, развитие которых может ускориться при ослаблении курса рубля, темп роста все равно будет небольшим.

Вообще Россию сложно причислить к числу активных участников валютных войн. И в нашей экономике, по мнению Дениса Давыдова, ситуация складывается сложнее, чем в других странах, так как мы одновременно имеем проблемы с экономическим ростом и сохраняющимся инфляционным давлением. Скорее всего, российский регулятор сохранит нейтральную позицию и продолжит проводить неагрессивную политику по данному направлению.

В целом, эксперты сошлись во мнении, что России не следует слишком увлекаться игрой с валютным курсом, так как экономике необходимы структурные изменения, повышение производительности труда, развитие инноваций, формирование необходимой инфраструктуры и т.д. – то есть то, что обеспечит ее эффективность в долгосрочном периоде. Также по-прежнему сохраняется необходимость в повышении прозрачности, оптимизации законодательства, повышении качества исполнения законов и последующем возвращении иностранного капитала в страну. И в долгосрочной перспективе денежно-кредитная политика вряд ли может заменить отдачу от решения этих задач.

Кроме того, как отметил Михаил Берулава, ведущий экономист отдела операций на денежном рынке банка «Возрождение», России не нужно участвовать в валютной войне, чтобы ослабить курс рубля – это происходит и так при выводе капитала из страны или ухудшении ситуации на мировых рынках.

bankir.ru

Опубліковано на сайті: 2013-10-31