Последний курс: цели Путина в контексте украинского кризиса

Юрий Романенко, "Хвиля"

Сегодня многие сотни аналитиков бьются над причинами, заставившимися Владимира Путина пойти на аннексию Крыма, которая выглядит прологом дальнейшего поглощения Украины. Многие объясняют действия Путина некими психологическими расстройствами, но это только подчеркивает стремление выдать желаемое за действительное. Путин имеет вполне четкие, рациональные мотивации, которые я попытаюсь раскрыть с помощью исторической аналогии.

Мы часто используем исторические аналогии, поскольку они позволяют показывать процессы как некие алгоритмы и модели со своей логикой. Конечно же, всегда нужно делать скидку на различные исторические условия, отличия в экономике, менталитете и так далее. Впрочем, есть обратная сторона медали — человек не очень изменился за последние несколько тысяч лет. Существует ограниченный набор мотиваций, толкающих людей на различные действия, которые приводят к конфликтам. Точно также и во взаимоотношениях между государствами. Именно по этой причине, когда мы сегодня читаем Аристотеля, Сюн Цзы и Макиавелли, то находим в их произведениях ответы на многие мучающие вопросы.

С этой точки зрения, ходы Путина в украинском кризисе имеют вполне рациональную базу и напоминают действия Японии в 1941 году. Как известно, 7 декабря 1941 года японцы нанесли «неожиданный», но на самом деле вполне предсказуемый удар по американской базе в Перл-Харборе. На самом деле, американцы были прекрасно осведомлены о планах японцев, поскольку взломали их военные шифры. Хотя они не знали все детали операции Ямамото, но понимали логику их действий. Более того, они формировали эту логику, поскольку Япония была крайне зависимой страной. Зависимой от поставок нефти для своего огромного торгового и военного флота.

Японцы напали на Перл Харбор, потому что США и Британия объявили весной 1941 года эмбарго на поставки нефти в связи с действиями Токио в войне с Китаем. Японский флот имел стратегический запас нефти на 8 месяцев по окончанию которых Япония была бы вынуждена свернуть операцию в Китае, где она воевала с 1937 года. Война с Китаем была обусловлена огромным демографическим давлением на материнской территории Японии и необходимостью доступа к сырью и рынкам. Иначе бы она неизбежно столкнулась бы с серьезными социальными проблемами на островах.

США имели свои виды на Китай и не хотели допустить усиления Японии. Кроме того, США искали точку входа во Вторую Мировую войну, которая бы позволила загрузить их экономику военными заказами, а это давало шанс выйти из Великой депрессии. Идеальной для США была позиция жертвы, пострадавшей от вероломного нападения.

Нефтяное эмбарго толкало Японию на агрессию в отношении США. При этом японцы прекрасно отдавали отчет, что их экономика приблизительно в 20 раз более слабее, чем американская практически не дает им шансов на победу. Потому японцы напали, не чтобы победить Америку, а чтобы решить две задачи: получить доступ к углеводородам и получить стратегические позиции, которые бы ограничили экспансию США на Тихом океане и позволили бы успешно закончить кампании в Китае и Юго-Восточной Азии.

Однако, Япония так и не смогла конвертировать свои первоначальные победы в устойчивую стратегическую позицию. Поэтому, после сражений у Мидуэя и битве на Гуадалканале в 1942 году, США методично ломали Японию, достигнув потрясающих экономических позиций в мировой экономике. Напомню, что в 1945 году экономика США составляла более 50% мирового ВВП.

Действия Путина сегодня в Украине — это действия слабой стороны, которая пытается занять более сильную позицию в мировом раскладе в условиях, когда в мире стремительно меняется баланс сил в пользу азиатских стран. Россия имея слабую экономику, пытается сыграть роль джокера, который станет застрельщиком альянса крупных игроков против США.

Чтобы более глубоко понять мотивацию России, для начала кратко изложим суть текущего геополитического расклада.

Еще летом 2013 года я говорил, что саммит ЕС в Вильнюсе будет Рубиконом не только для Украины, но и для всего мира.

Повестка Вильнюса возникла в результате продвижения США в Восточную Европу. Закрепление Вашингтона в этом регионе отражает его стратегические интересы направленные на то, чтобы в Евразии не возникла сила, имеющая достаточно ресурсов, чтобы бросить вызов глобальной гегемонии США. Сегодня мы видим, как эта гегемония уменьшается, сжимается из-за просчетов американского руководства и в силу объективных факторов. Однако, стратегические интересы США остаются прежними. Сегодня конкурентом США на глобальном уровне может выступить потенциально две силы — ЕС и Китай.

Китай потенциально самый серьезный конкурент США. Экономически он очень сильно развился и пытается укрепить свои военно-политические позиции. Хотя Китай не оспаривает существующую модель мира де-юре, он подрывает ее де-факто. Его проблема — огромное население, которое потребляет все больше ресурсов. Потребление Китаем этих ресурсов постоянно растет, что сталкивает его с интересами Западного конгломерата. Запад боится, и не без оснований, что КНР заберет все то, что он может использовать сам. Поэтому, мы видим как Вашингтон и Европа начинают отсекать Китай от сырья и рынков сбыта. Это приводит к росту напряженности в конфликтных точках (Африка, Азия, Ближний Восток, Латинская Америка), что влечет за собой дестабилизацию ряда регионов и гонку вооружений. Проблема может быть решена введение в оборот новых технологий, источников энергии. Однако, это невозможно в рамках старой модели мироустройства, поскольку переход к более прогрессивным формам управления, ведения экономики а) затратен б) неочевиден для большинства населения планеты, которое живет в различных укладах. Поэтому хаос и конфликты будут нарастать до того момента, пока кто-либо из противоборствующих сторон не потерпит поражение.

ЕС находится под протекторатом США поскольку после Второй мировой войны, поэтому ее превращение в конкурента Вашингтона выглядит фантастическим. Стратегически их интересы совпадают, хотя часто расходятся тактически. Развал СССР дал возможность США укрепить свои позиции в Европе за счет лояльных режимов ЦВЕ. Сильные позиции Вашингтона в таких странах Центральной и Восточной Европы, как Польша, гарантируют предотвращение появления континентальной связки Германия-Россия — вечного кошмара англо-саксов.

Чем опасна такая связка для США? Сочетание немецких технологий и культуры управления с огромными российскими ресурсами превращает связку Германия-Россия (EuroRussia) в мощного игрока, чьи возможности превышают возможности США.

Не меньшим кошмаром для США выступает появление союза Китая и России по тем же причинам. Однако, его вероятность менее велика из-за огромных культурных, экономических, демографических конфликтов и дисбалансов между Москвой и Пекином. Поэтому Китай несет России гораздо большую угрозу, чем Германия.

Позиции России в этой игре определяются следующими факторами:

Она глубоко вовлечена в мировую экономику поставляя ограниченную номенклатуру продуктов. Ее зависимость от углеводородов делает ее чрезвычайно уязвимой от рыночной конъюнктуры на этот товар. При этом огромные размеры, климат, протяженность границ, этническая и конфессиональная пестрота требуют огромных затрат на поддержку сбалансированной работы государственного аппарата. Эти усилия резко ослабляются неэффективностью государства, которое является такой же сословной олигополией, как Украина, только с большим ресурсным запасом. При этом российская элита глубоко интегрирована в глобальную финансовую систему, что делает ее зависимой и ограниченной в маневре. Российские олигархи по прежнему стремятся жить на Западе, хранить деньги там же и копируют тамошний образ жизни

Из этого вытекает ключевое противоречие во внешней политике РФ — Россия производит впечатление великой державы, а больше ничего не производит. Проще говоря, ее ресурсный потенциал не соответствует масштабу элиты, которая управляет страной, что превратило Россию в региональную державу с деградирующей инфраструктурой, убывающим населением, ослабленной армией, разъедаемую этническими, конфессиональными проблемами.

Сегодня Россия очень напоминает Османскую империю конца 19-начала 20 века, чьи ресурсы привлекали более мощных игроков, а элита не смогла вовремя обеспечить модернизацию, которая позволила бы избежать упадка.

Таким образом, сегодня Россию можно назвать «больным человеком Евразии», который выполняет функцию прокладки между Западным конгломератом и растущей Азией, привлекая обеих своими ресурсами.

Однако, это не означает, что Россия ни на что не способна. Отнюдь. У нее достаточно ресурсов, чтобы вести активную политику, как минимум, относительно тех позиций, которые имеют для нее стратегическое значение. Украина является такой позицией.

Глава России понимал, что экономический кризис неизбежно будет ухудшать положение страны в средне и долгосрочной перспективе.

Место любой страны в мировой системе формируется ее зависимостями от различных акторов и факторов.

Россия зависит от:

а) Мировых финансовых институтов, которые кредитуют ее неэффективную экономику

б) Доступа к рынкам покупателей ограниченного ассортимента ее продукции, где львиную долю занимает продажа углеводородов, далее металла, аграрного сырья и экспорт оружия.

в) Отставания в военной области, где доминируют США, которые достигли критического превосходства по ряду направлений. Это превосходство несет для России ряд военно-политических рисков в районе 2016-2017 годов.

г) Демографических рисков, которые создали угрозу потери ряд регионов РФ, прежде всего, Дальнего Востока из неспособности остановить миграцию из этих регионов славянского населения и укрепления там мигрантов из Китая. Здесь же мощные проблемы конфессионального характера и исламизирующийся Кавказ и Поволжье.

Эти факторы делают позиции России неустойчивой в условиях усиления турбулентности мировой системы.

Поэтому, сегодня Москва пытается изменить баланс сил в свою сторону, чтобы через переформатирование геополитической конфигурации укрепить свои позиции (стратегические и экономические) в Восточной Европе, где Украина играет ключевую роль ворот из Евразии в Европу и наоборот.

Относительно Украины стратегия России определяется двумя ключевыми мотивами:

Первая позиция — экономическая. России необходима экономические активы юго-востока Украины, чтобы успеть закончить модернизацию армии. Это невозможно без ряда высокотехнологичных предприятий Украины. Кроме того, в условиях ужесточения борьбы за рынки, контроль над Украиной укрепляет устойчивость экономики России. Например, попытка Украины закрыть свои потребности в энергообеспечении сланцевым газом несет России потенциальные убытки в сотни миллиардов долларов, поскольку она в этом случае автоматически теряет крупнейший для себя рынок.

Вторая позиция — стратегическая. И она сегодня ключевая. Понимая, что после победы Майдана-2 Украина может войти в НАТО и закрепиться на орбите ЕС, Путин спешит взять под контроль те куски Украины, которые позволяют усилить позиции России накануне новой волны кризиса. Точнее говоря, накануне крушения мировой системы. Своими действиями Путин ее фактически добивает, чтобы получить такие конкурентные преимущества.

Контроль над Украиной позволяет ему создать угрозу европейским союзникам США. Зачем? Потому что только таким образом можно будет предотвратить США от удара по России высокоточным оружием. Как признавался вице-премьер России Дмитрий Рогозин, с помощью крылатых ракет США могут вывести из строя 85-90% Стратегических ядерных сил России. А развертывание системы ПРО может нивелировать ответный удар и свести его последствия до приемлемого минимума.

В этих условиях, России ничего не остается как пойти на максимальное сближение с вероятным противником, чтобы угрозой вторжения в Европу, либо нанесения ударов по ней с помощью ЯО иметь гарантию, что США не попытаются уничтожить Россию.

Отсюда вытекает логика действий Путина в Украине.

Он понимает, что в среднесрочной перспективе его позиции будут ухудшаться, поскольку Россия очень зависима от внешней конъюнктуры на сырьевых рынках, а сырье, как известно, составляет львиную долю ее экспорта.

Падение экспорта будет ухудшать состояние экономики, а это повлечет социальную напряженность, а это может поколебать настроения олигархической верхушки, что чревато падением режима Путина. Рецессия в российской экономике, проявившаяся в прошлом году, будет углубляться, поскольку мировая экономика по прежнему серьезно больна.

Поэтому президент России пошел ва-банк, разыгрывая украинскую карту.

Оккупировав Крым он сфокусировал внимание народа и получил огромный рейтинг. Санкции Запада бьют по олигархам, ослабляя их и, тем самым, нивелируя их как угрозу в среднесрочной перспективе. Путин, как и Япония в 1941 году, пытается достигнуть такой стратегической позиции, которая позволит ему обезопаситься от любой контригры США. При этом уже можно говорить определенно, что Путин стремится выйти на суперпозицию, где интересы России будут обеспечены союзом с Германией или с Китаем. А оптимально и с Китаем, и с Германией. Путин идет в направлении формирования континентального союза, который был кошмаром всех англо-саксонских стратегов, начиная от Мэхена и Маккиндера. В пользу этой версии говорит осторожная позиция Меркель, которая после Вильнюса молчаливо согласилась на включение Украины в экономическое пространство Таможенного союза. И только обострение ситуации в Украине после 19 января заставило Меркель выйти из тени и начать активную игру. При этом Меркель ведет именно свою игру, поскольку вынуждена маневрировать между США и Россией, учитывая их интерес. Меркель скорее тяготеет к Обаме, чем к Путину, но она не может не учитывать восточные интересы немецкого бизнеса. Как она заявила вчера, в немецкой экономике 300 000 человек обеспечены работой из-за связей с Россией. Зависимости от российского газа и сырья формируют пределы маневра Германии.

При этом можно определенно говорить, что Путина в этой игре прямо или опосредованно поддерживают Ротшильды. Это видно по позиции Китая, где они имеют серьезнейшие позиции, Аргентины, где они скупили значительные земельные активы, и той же Германии, через которую кредитуются российские госкорпорации и олигархи.

Еще один интересный факт это попытка Китая через банк HСBS в Сингапуре запустить тему с новой резервной мировой валютой. Это тоже игра Ротшильдов, цель которой заключается в том, чтобы при любом исходе глобального кризиса сохранить влияние на мировую систему.

Эта игра де-факто входит в конфликт с интересами национальной элиты США и других глобальных ФПГ.

Запад в лице наиболее активного игрока — США, защищает свои текущие позиции пытаясь предотвратить рост Китая и либо другого конкурента посредством давления на них с помощью финансовых, экономических, геополитических инструментов.

США играют на десятках площадках и Украина является одной из таких площадок. Влияя на Киев Вашингтон влияет на Россию, чтобы обеспечить такое положение, когда Россия не будет представлять угрозы как субъект или как объект, чьи ресурсы может получить такой конкурент Китай каким-либо путем.

Функционально Украина сегодня заняла в Европе место межвоенной Польши 1919-1939 годов. Наша страна является буферной зоной, которая отделяет два геополитических игрока (США и Россию) от прямого соприкосновения друг друга в Восточной Европе. За 22 года США последовательно создавали условия, которые бы позволили им решить задачу укрепления своих в Восточной Европы, что позволило бы нивелировать любую контригру России.

Падение Януковича 21 февраля создало условия для резкого усиления США в Восточной Европе. Американцы увидели в уходе Януковича шанс, который позволит им решить свои стратегические интересы. Это нарушило договоренности между Россией и США, которые были до Вильнюса, проявившиеся в виде ряда крупных сделок по Сирии, Ирану, Ливии (РФ получила там около 20% нефти). Еще одна сделка должна была состояться в апреле этого года по Египту, которому Россия должна была предоставить долгосрочный кредит в 15 млрд. долларов. Тем самым должен был произойти новый масштабный поворот во внешней политике Египта со времен Садата.

Однако, украинский кризис разрушил или разрушает эти договоренности на наших глазах. Мировая система вернулась к ситуации концерта Великих держав накануне 1914 года.

Чем это чревато для Украины? Ничем хорошим в ближнесрочной перспективе. Как и Польша в 1939 году Украина будет либо оккупирована, либо разделена. При этом существует вероятность, что ее западная часть может сохранить какую то субъектность под зонтиком западного блока.

Однако, в долгосрочной перспективе Россия скорее всего проиграет эту борьбу, потому что , как я уже говорил выше, ее перспективы формируют ее зависимости. Россия подготовлена к новому переделу мира еще в меньшей мере, чем СССР или царская Россия в 1914 году. Она не имеет ни диверсифицированной экономики, ни современной военной мощи, ни человеческих ресурсов.

Все похоже на то, что США дали Путину возможность поглотить Крым, а, возможно, и Украину, ровно с такими же мотивациями, как в 1941 году дали Япония нанести удар по Перл-Харбору, чтобы потопить четыре старых линкора, а еще четыре повредить. Вашингтону, как это ни цинично звучит, выгоден украинский кризис. Ибо сегодня США вновь объединяют мир против агрессора. Это большая геополитика, детки. Привыкайте смотреть на мир без розовых очков.

И все же этом раскладе Украина может получить огромные выгоды от победы западного блока, точно также, как в 1916 году Румыния получила выгодны от союза с Антантой. Напомню, что после Первой Мировой войны по Трианонскому мирному договору Бухарест в два раза расширил свои территории, потерпев череду поражений от Австро-Венгрии, Болгарии и Германии.

Отсюда вытекает наша стратегия:

1. Мы должны иметь легитимное правительство, которое будет выступать в качестве субъекта международных отношений даже в случае оккупации страны.
2. Важно сохранить хотя бы часть территории, чтобы иметь базу для реванша. Неважно какого размера будет такая территория, но важно само ее наличие. Именно там можно будет отстроить модель Третьей республику. Успех новой Республики будет определять перспективу успешного реванша, также как и вообще какую-либо перспективу.
3. Важно, чтобы эта территория была как можно больше, чтобы иметь хорошую ресурсную базу для нового старта.
4. Величина территории будет зависеть от двух факторов: а) способности оказывать сопротивление; б) способности идти на компромиссы между элитами и различными социальными группами.
5. Сегодня все силы должны быть брошены на укрепление безопасности Украины. Все остальное вторично, пока не будет решен вопрос ее принципиального выживания.
6. Отсюда нам необходим полноценный военный союз с США, как реальным актором, способным быстро реагировать на ситуацию в Украине. Увы, Европа слаба и половинчата. Этот союз не обязательно может быть интеграции Украины в НАТО, но он должен иметь конкретно очерченную договорную базу с конкретными обязанностями сторон. Идеально иметь отношения с Вашингтоном, как в паре США — Южная Корея, США — Израиль.
7. Необходимо быстро обеспечить покупку нового вооружения, чтобы повысить боеспособность армии. В идеале необходимы такая же программы поддержки украинской армии со стороны США, как существовала в отношении Египта
8. Необходимо срочно формировать и вооружать ополчение, чтобы увеличить издержки любого агрессора. Вообще, от нашей способности оказывать сопротивление зависит будут нам в принципе оказывать помощь.

Ужасно обидно одно — реально мы, конечно же, должны играть в континентальную игру с Германией и Россией. К этому нас толкают наши экономические интересы, но сегодня обстоятельства развели нас по разные стороны глобальных баррикад. Украина сегодня вынуждена сделать чудовищный выбор, когда те, кто вчера были нашими братьями, сегодня стали нашими врагами. Повторяю, это чудовищный и страшный выбор, за который мы заплатим чудовищную цену. Однако, наверное это и есть цена свободы, которую платят все народы, которые стремятся жить без бандитов во власти, диктаторов и воров всех мастей.

Опубліковано на сайті: 2014-04-04