Украина. Что стоит за объявлениями "работа в Польше"

В Польше сейчас работает 1,3 млн украинцев. Местные работодатели считают, что это очень мало — население стареет и сокращается. Чтобы сохранить темпы развития экономики, нужно привлечь как минимум 5 млн иностранцев трудоспособного возраста. Единственная проблема в том, что для пришельцев из-за Буга практически не работают социальные лифты. Влиться в польское общество смогут разве что дети трудовых мигрантов.

Ваши наши

Польский предприниматель Ян, которому принадлежит небольшой швейный цех под Жешувом, набирает швей исключительно из числа украинок. “Я могу заплатить швее максимум 1,2 тыс. злотых на руки (276 евро), больше не получается. Это меньше, чем официальная минимальная зарплата, поэтому вынужден оформлять людей на частичную занятость. Польки на таких условиях работать не хотят”, — говорит бизнесмен. По его словам, ситуация усугубилась в прошлом году, когда правительство ввело программу “500+” — выплату по 500 злотых в месяц на каждого ребёнка. “Местным женщинам, если учесть оплату садика и проезд до места работы, проще сидеть дома. Для украинок же тысяча злотых и бесплатное жильё — нормальные условия. Когда заканчивается виза, спрашивают меня, понравилось ли, как они работали, и возьму ли я их в следующем году”, — гордится своей кадровой политикой Ян.

И польские власти, и бизнес понимают, что без украинцев им не выжить. Дело в том, что Польша столкнулась с массовым оттоком рабочих в государства “старой Европы” — по данным национальной статистики, с момента вступления в ЕС из страны с населением 38 млн уехали 2,4 млн человек. Отток продолжается и сейчас, ведь средняя зарплата в Польше (980 евро в 2016 году) в 3,2 раза меньше средней зарплаты в Великобритании.

Теоретически около 9% поляков из 23 млн трудоспособных людей сидят без работы. Но более половины из них — это “профессиональные” безработные, которые ничего не делали более 20 лет. Помимо прочего, польское население стареет. По официальным прогнозам, к 2060 году трудоспособное население сократится с нынешних 60% до 48%. На рост рождаемости здесь, как и в прочих странах Европы, надеяться не приходится.

Польские власти уже начали активно привлекать украинцев в страну. С 2017 года вступили в силу изменения в законе “О карте поляка”. Отныне владельцы этого документа, который выдают проживающим на территории бывшего СССР людям с польскими корнями, смогут переселиться в Польшу вместе с семьями (ранее семья обладателя “Карты поляка” не имела права получить долгосрочную визу). А поселившись в Польше, обладатель карты будет получать помощь — по 1 тыс. злотых первые три месяца, и по 600 злотых с четвёртого по девятый месяц пребывания в стране. Каждому несовершеннолетнему ребёнку правительство будет выплачивать половину этой суммы. Кроме того, обладателям “Карты поляка” государство предоставит возможность бесплатно посещать языковую школу и поможет в приобретении востребованной на рынке труда специальности.

Наконец, украинец с польскими корнями, переехав в Польшу, может сразу же получить постоянный вид на жительство. А написав президенту страны просьбу о предоставлении гражданства, в течение года стать обладателем польского паспорта. По официальной версии, власти Польши инициировали эти изменения в законодательстве для того, чтобы помочь украинцам польского происхождения, подвергающимся опасности из-за идущей на востоке Украины войны. Но истинные мотивы поляков несколько иные.

Только этого мало

По словам президента Союза предпринимателей и работодателей Польши Цезария Казьмирчака, 100 тысяч новых работников с польскими корнями, которых поможет привлечь новый закон “О карте поляка”, — это крайне мало. Чтобы Польша смогла сохранить темпы развития экономики, стране нужно принять на постоянное жительство 5 млн украинцев, причём не меньше 1 млн в течение ближайших пяти лет.

Пока это не позволяют сделать правила трудоустройства. Относительно просто, по одному лишь заявлению работодателя, украинцы могут получить разрешение лишь на временную работу — до 6 месяцев в году. “Сейчас украинец в Польше живёт, как аскет, экономит на всём. За полгода он должен накопить средства для содержания своей семьи весь год. Если бы “бумажные” процедуры упростились, работники забирали бы в Польшу семьи и оставались тут насовсем”, — говорит Казьмирчак. Кстати, по его подсчётам, если бы украинские работники окончательно переселились в Польшу, это позволило бы получать бюджету дополнительно 9 млрд злотых в год — за счёт их налогов, социальных платежей и НДС с приобретаемых ими товаров.

Польские власти уже думают над облегчением бюрократических правил. “Мы интересуемся возможностями включения миграционной политики в стратегию экономического развития”, — говорит вице-министр развития Польши Ежи Квечиньски. По его словам, существующая система выдачи разрешений на работу сроком более чем на 6 месяцев может быть смягчена для людей моложе 35 лет с востребованной на польском рынке труда профессией.

Кроме того, польские чиновники собираются отменить нынешние правила, согласно которым иностранец может работать лишь у того работодателя, по инициативе которого ему выдали визу. По словам Квечиньского, такая практика породила масштабный рынок торговли разрешениями на работу. Обещает польское правительство позаботиться и о детях мигрантов — они получат доступ к бесплатному образованию, включая высшее, наравне с поляками.

Что дадите?

Польский рынок труда весьма привлекателен для украинцев. Средняя зарплата в Украине в 5,4 тыс. грн (180 евро) почти вдвое меньше даже по сравнению с минимальными 1500 злотыми (345 евро), которые польский работодатель обязан выдать на руки работнику. Неудивительно, что количество украинских работников в Польше стремительно растёт с 2014-го, когда началась девальвация гривны. Если в 2014 году украинцы получили 373 тысячи разрешений на работу, то в 2015-м — уже 517 тысяч, а за 2016 год на работу в Польшу въехало 1,3 млн соотечественников.

Однако несмотря на нехватку кадров, найти достойную работу украинцам не так просто. Главная проблема, с которой сталкиваются мигранты, — оплата труда ниже установленной законом минимальной зарплаты и отсутствие гарантий со стороны работодателя.

Польское законодательство надёжно защищает права работников — досрочно расторгнуть трудовой договор по инициативе работодателя практически невозможно. Поэтому компании предпочитают не вступать с рядовыми сотрудниками в трудовые отношения, а нанимать их по гражданско-правовым договорам, так называемой “умове злеценя”. Такой документ формально предполагает лишь выполнение эпизодической, почасовой работы и не защищает работника. В реальности трудиться приходится и более 200 часов в месяц, а почасовая ставка составляет менее 8 злотых в час на руки, гарантированных законом. Но доказать нарушение своих прав практически нереально. По бумагам работник отработал лишь несколько часов в день, а после первой же жалобы его просто не допустят на производство.

За примерами далеко ходить не нужно. В декабре прошлого года на одном из крупнейших колбасных производств Польши, в компании Animex под Щецином, разразился скандал. Украинские работники пожаловались польской прессе, что работают по 350 часов в месяц, но получают в итоге лишь 1 тыс. злотых. После вмешательства украинских дипломатов компанию проверила трудовая инспекция. Но нарушений не нашла — инспекторы по труду не занимаются гражданско-правовыми договорами. Чиновники только порекомендовали украинцам подать на работодателя в суд.

Подобные нарушения повсеместны — по официальной статистике, лишь 14% украинских работников имеют трудовой договор, который защищает их права.

Отдельный разговор о многочисленных “агентствах временного трудоустройства”, которые поставляют работодателям сотрудников, формально трудоустроенных в агентской структуре. Их услугами чаще всего пользуются международные компании, которым нужна дешёвая рабсила, но которые не хотят пятнать свою репутацию сомнительными схемами трудоустройства. При этом зачастую оказывается, что необходимые для работы вещи такому сотруднику нужно покупать на свои деньги — помимо того, что агент удерживает в качестве комиссии часть его зарплаты.

“Через польскую фирму-посредника я устроился работать на склад. Поначалу казалось, что условия хорошие — 10 злотых в час, при переработке больше 8 часов в день и в выходные выплачивают дополнительные 20%. Фирма предоставляет бесплатное жильё и транспорт к месту работы. Денег с меня не требовали, помогли сделать визу”, — рассказывает Василь Ратич из Львовской области.

Но после приезда в Польшу выяснилось, что всё не так радужно. Жильё оказалось комнатой на шесть человек в доме, расположенном в селе за 20 км от места работы. А транспорт — месячным проездным на пригородный автобус, который ему купил работодатель. Смена начиналась в 7 утра, а автобус отъезжал от села, в котором жил Василь, в 5:15, приходилось вставать ни свет ни заря и приезжать на работу на час раньше. Иначе добраться в срок было нереально — автобус ходил раз в два часа, а в случае опоздания рабочих просто не пускали на склад. Кроме того, выяснилось, что работникам, нанятым через агентство, работодатель не выдаёт спецодежду и расходные материалы — их обязан предоставить посредник. А в договоре с ним мелкими буквами было прописано, что спец­одежду работник должен арендовать у работодателя. “Заставляли покупать даже ножи для разрезания упаковок и скотч. При этом стоили они в фирме в несколько раз дороже, чем в магазине”, — вспоминает Ратич.

В итоге сумма, которую он получал, была почти на треть меньше обещанной.

Твоё дело маленькое

Хоть польские работодатели и говорят о необходимости привлекать украинских работников на ПМЖ, но создавать им условия для комфортной работы и предоставлять социальные гарантии не спешат.

Непросто и с ведением малого бизнеса. Особенно если он связан со сферой услуг. У Вячеслава Беликова до 2014 года в Донецке был небольшой, но прибыльный бизнес по ремонту бытовой техники. Работал он “семейным подрядом”: жена размещала объявления и вела бухгалтерскую отчётность, а он с сыном ездил по вызовам и чинил стиральные машины и холодильники.

Когда в Донецке появились первые адепты “русского мира” с автоматами, Вячеслав, отставной офицер, сразу понял, чем это закончится, и решил переехать с семьёй в более спокойное место. Бабушка его жены была полькой, и супруга недавно сделала “Карту поляка”. Перебраться решили во Вроцлав.

Поначалу казалось, что жизнь на новом месте складывается хорошо. На свои сбережения семья Беликовых купила во Вроцлаве двухкомнатную квартиру. А на средства, полученные в Украине от продажи авто, в Польше удалось приобрести машину получше. Спустя три месяца после переезда жена Вячеслава получила разрешение на постоянное жительство, а он с сыном как члены семьи оформили временный вид на жительство с правом работы. За три месяца ожидания документов Беликовы подтянули свой польский, и с трудоустройством проблем не возникло.

Вячеслав нанялся в фирму, занимающуюся ремонтом техники на дому, а его сын Александр — в крупную компанию, которая обслуживала холодильники и кондиционеры в супермаркетах. Единственная проблема — им обоим предложили весьма скромную зарплату: по 1800 злотых. Денег впритык хватало на текущие расходы, о путешествиях и мелких радостях жизни вроде посещения ресторана в выходной можно было забыть.

Беликовы отнеслись к этому с пониманием — их на новом месте никто не знал, и было ясно, что придётся начинать всё сначала. Вячеслав согласился работать за деньги, на порядок меньшие, чем он зарабатывал в Донецке, и доказать свою пользу для бизнеса. Это ему удалось. “Владелец фирмы уже через пару недель стал называть меня лучшим другом и каждую пятницу тянул в бар “пропустить по рюмке”, — рассказывает Вячеслав. — Польские мастера учились в официальных сервисных центрах и умеют менять только забарахливший блок целиком. Мы же ремонтировали технику, от которой отказывались конкуренты. Напарник, с которым я ездил на вызовы, на то, что я делаю, смотрел с открытым ртом”.

Поток заказов вырос, благодаря рационализаторству Вячеслава снизилась себестоимость услуг, доходы фирмы увеличились. Вячеслав решил, что доказал свою незаменимость, и предложил шефу дальше работать на партнёрских началах — за процент от прибыли. Тот отказал. Конкуренты, к которым решил перейти Вячеслав, тоже не хотели платить ему большую ставку. Похожая ситуация сложилась и у сына. Тогда Беликов решил, что достаточно освоил местный рынок и может начать собственный бизнес. Он зарегистрировал фирму и собрался работать, как и раньше, — семьёй. И тут Беликовых ждало разочарование: клиенты отказывались вызывать мастера, услышав в трубке голос с восточным акцентом. “Стало понятно, что работать в Польше возможно, лишь наняв двух человек из местных — диспетчера и мастера-напарника, который будет общаться с клиентом. В этом я смысла не видел”. В итоге после года в Польше Беликовы вернулись на родину и обосновались в Трускавце. Там дела у Вячеслава пошли неплохо. По крайней мере на ежегодную поездку в Европу деньги есть.

История Беликова не уникальна. “Польша — это не Израиль, где даже если у тебя всего четверть еврейской крови, тебя поблагодарят за алию (возвращение на родину. — ред.) и помогут как можно скорее влиться в социум. Ты можешь иметь польские корни, получить гражданство, но навсегда останешься при этом чужаком. Даже если ты вращаешься в кругу образованных людей, где ксенофобия не так сильна, как среди низов польского общества, с тобой будут общаться подчёркнуто корректно, но внутренне никогда не признают соотечественником. Украинский акцент — это своего рода приговор”, — жалуется биохимик Евгений Сосновский из Черновцов, который прожил в Польше несколько лет, сумел устроиться на высокооплачиваемую работу в одной из фармкомпаний, но в итоге вернулся домой по причине всё той же социальной изоляции.

Причины настороженного отношения к украинцам — вопрос отдельный. Справедливости ради стоит отметить, что во многом истоки этого объяснимы — свою роль сыграл и низкий культурный уровень большинства украинских мигрантов, и большое число украинских проституток в Польше, и увлечение наших соотечественников контрабандой алкоголя и сигарет. И даже готовность браться за самую грязную и низкооплачиваемую работу — трудно относиться как к равному к человеку, который считает за счастье получить место, на которое твоя родня и соседи смотрят с отвращением. Но самое смешное, что бытующие в Польше стереотипы отношения к украинцам в точности такие же, какие сложились у коренных британцев в отношении эмигрировавших на острова поляков. Им тоже не доверяют и крайне неохотно берут на должности выше мойщика посуды в ресторане. И точно так же, если поляку в Англии удаётся перейти с работы через “агентство временного труда” на прямой контракт с работодателем, он считает это неслыханной удачей.

О причинах этого явления пусть рассуждают психологи. Но надо принять как данность, что украинцу, который решил не просто подзаработать денег в Польше, а начать новую жизнь, будет непросто подняться хотя бы до уровня среднего класса. Скорее всего, это получится лишь у его детей. И лучше, если они родятся от смешанного брака.

Евгений Гордейчик

По материалам Фокус

finance

Опубліковано на сайті: 2017-02-24