Украина. Равенство неравных. Как изменения в е-декларировании повлияют на борьбу с коррупцией

Президент Украины Пётр Порошенко внёс на рассмотрение Верховной Рады законопроект №6172 о внесении изменений в Закон “О предотвращении коррупции”. Суть законопроекта в том, чтобы освободить от заполнения е-деклараций военных-контрактников и мобилизованных бойцов. Есть, правда, одно “но”: в законопроект с голоса были внесены некоторые правки, в том числе от депутата “Народного фронта” Татьяны Черновол. Причем ранее они были отклонены антикоррупционным комитетом ВР.

По этим поправкам заполнять е-декларации теперь должны будут активисты, которые “принимают участие, приобщаются к осуществлению мероприятий, связанных с предотвращением, противодействием коррупции”. Другими словами — общественные активисты, члены некоммерческих организаций, журналисты-расследователи и т. д. Кроме этого, сюда входят также их контрагенты — предприятия и организации, предоставляющие им услуги. Тем, кто не подаст декларации, грозит уголовная ответственность. Такая норма должна вступить в силу с 2018 года.

Электронные декларации существенно отличаются от стандартных налоговых, они состоят из 40 страниц и содержат значительно больше информации. Кроме данных о доходах, в них следует указывать объекты недвижимости, объекты незавершенного строительства, транспортные средства, ценные бумаги, корпоративные права, нематериальные активы, доходы членов семьи и многое другое. Эти декларации есть в открытом доступе.

Верховная Рада изменение к закону приняла. Через несколько дней его подписал Порошенко.

Перед законом все равны

Если борешься за честность и прозрачность, в первую очередь сам должен быть таким. Приблизительно так звучит основной аргумент сторонников электронного декларирования для антикоррупционеров.

Татьяна Черновол на своей странице в Facebook написала: “А зачем нашим “антикоррупционерам” антикоррупционный предохранитель? Надо. Потому что наша секта грантоедов связалась даже с мегакоррупцией, когда выступила широким фронтом и заблокировала “спецконфискацию” украденных Януковичем средств в госбюджет. Поэтому для наших “антикоррупционеров” очень нужен предохранитель”.

Судя по всему, Черновол имеет в виду критику законопроекта о “спецконфискации”, с которой выступил Реанимационный пакет реформ. Её поддержал депутат от БПП Олег Барна, также голосовавший за изменения в законодательство. “Если у так называемого общественного активиста-антикоррупционера, местного депутата… или “независимого” журналиста “случайно” появляется джип, квартира, отдых в Дубае, должен ли он объяснять обществу, которое представляет и мнение которого формирует, происхождение своего имущества и средств для жизни?”

В числе других аргументов, которыми, в частности, руководствуется Пётр Порошенко, — защита военнослужащих. Если бы гарант не подписал закон, уже 1 апреля тысячи участников АТО могли бы быть привлечены к ответственности за неподачу электронных деклараций.

Контрнаступление

Контраргумент противников изменений к закону состоит в том, что госслужащие получают зарплату из бюджета, то есть из кармана налогоплательщиков. Активисты антикоррупционных НГО, как правило, получают гранты и доступа к государственным деньгам не имеют. То есть если декларации чиновников необходимы для контроля и предотвращения хищения бюджетных средств, то в ситуации с активистами об этом априори не может идти и речи.

Здесь всё просто: чьи деньги получаешь, тому и отчитываешься о расходах. Госслужащие должны предоставлять отчеты народу, активисты — своим грантодателям. И они это делают — международные доноры, как правило, выставляют жесткие требования к прозрачности и точности отчётов.

Апелляция сторонников изменений к международному опыту тоже весьма сомнительна. Исполнительный директор Transparency International Ukraine Ярослав Юрчишин утверждает, что желание обязать активистов заполнять e-декларации беспрецедентно. “Таких норм нет нигде в мире. На самом деле в некоторых странах существуют дополнительные условия отчётности для представителей НГО, которые входят в разного рода комиссии. Например, они подписывают документ о неразглашении информации или другие обязательства. Также отдельно существует регулирование лоббистской деятельности в США и ЕС, но это другие вещи”, — рассказал Юрчишин.

Реанимационный пакет реформ обнародовал заявление, в котором также осуждает принятие этого закона.

“Мы не уклоняемся от отчётности в отношении собственного имущества и состояния: каждый из нас ежегодно представляет в налоговые органы декларации об имуществе и доходах… Наши организации публикуют ежегодные финансовые отчёты, которые доступны на сайтах. Однако суть закона не в этом. Электронное декларирование “антикоррупционных активистов” наравне с чиновниками — лишь популистская ширма, за которой стоят прописанные законом механизмы, призванные парализовать деятельность общественных организаций и оттолкнуть граждан от участия в любой антикоррупционной деятельности”, — говорится в заявлении.

Тем не менее, закон подписан, а значит, игра переходит на новый уровень.

Что дальше?

Как именно новый закон может “парализовать” активистов? Ведь речь идёт лишь о заполнении деклараций. И да, и нет. Очень важный пункт законопроекта касается контрагентов — то есть тех, кто сотрудничает с антикоррупционными НГО, от частных предпринимателей, печатающих брошюры, до крупных международных доноров. Напомним, что согласно закону они тоже должны заполнять электронные декларации. Для них это новые обязательства, а также дополнительные риски, ведь за неправильное или несвоевременное заполнение декларации грозит уголовная ответственность. Следовательно, новые нормы могут повлечь нежелание и отказ работать с НГО.

Ярослав Юрчишин убеждён, что изменения к закону будут иметь негативные последствия не только для активистов, но и для гражданского общества в целом.

“Вчера мне звонили коллеги из Харьковского центра противодействия коррупции. У них должно состояться мероприятие 8 апреля, и уже сейчас им трудно найти аренду. Предприниматели понимают, что закон вступил в действие, что им нужно будет декларироваться, поэтому, скорее всего, откажутся от сотрудничества или поднимут цену. То есть за те же деньги можно будет провести меньше мероприятий либо вообще не найти партнёров для их проведения”.

Кроме того, новый закон может отпугнуть международных партнёров. USAID, один из крупнейших американских доноров, уже заявил об отказе сотрудничать с НАЗК. Может ли это быть связано с последними изменениями к декларированию — теоретически да, ведь они касаются USAID как донора. Проекты Европейского союза в Украине теперь тоже должны декларироваться. Словом, международные гранты также остаются под вопросом.

Есть ли выход из этой ситуации, который бы не навредил ни военнослужащим, ни общественным активистам? Ярослав Юрчишин утверждает, что есть, его обсуждали на встрече активистов с Порошенко и договорились, что в ближайшие две недели общественность подготовит правки, которые впоследствии будут рассмотрены.

“Прежде всего мы настаиваем на том, чтобы снять необходимость декларирования контрагентов всех антикоррупционных организаций, чтобы предприниматели не заполняли дополнительные декларации. Также следует убрать непонятные трактовки того, что следует понимать под участием в мероприятиях антикоррупционных организаций. Фактически сейчас участие в митингах может быть расценено как основание для подачи декларации”, — сказал Юрчишин.

Остап Ярыш

Опубліковано на сайті: 2017-04-06