Мировая экономика. Это самый опасный за последние 60 лет кризис

Нынешний кризис некоторыми своими чертами походит на те послевоенные кризисы, которые регулярно происходили с интервалами от 4 до 10 лет,  пишет сегодня в Financial Times знаменитый финансист Джордж Сорос.

“Но есть и глубокое отличие: этот кризис означает конец эры кредитной экспансии, базировавшейся на роли доллара как международной резервной валюты. Периодические кризисы были частью общего процесса бум-банкротство. Нынешний кризис это кульминация супербума,  длившегося более 60 лет.

Процессы бум-банкротство обычно вращаются вокруг системы кредитования и всегда включают предубеждения и заблуждения. Обычно это неспособность понять рефлексивную круговую связь между готовностью ссужать деньги и стоимостью гарантий. Облегчение кредитования генерирует спрос, который поднимает стоимость недвижимости, что в свою очередь  увеличивает объем кредитования, размышляет Сорос.

По мнению финансиста, "пузырь начинает надуваться, когда люди покупают дома в ожидании, что смогут оплатить ипотеку и получить прибыль. Недавний бум жилищного строительства в США как раз такой случай. 60-летний супербум это более сложная история".

Каждый раз, когда кредитная экспансия глохла, власти вбрасывали ликвидность и находили и другие способы стимулирования экономики, продолжает Сорос. Это породило "системы асимметричных стимулов под названием моральные риски, которые поощряли дальнейшее увеличение кредитов. Система была столь успешна, что люди поверили в то, что бывший президент США Рональд Рейган назвал магией рынка, а я называю рыночным фундаментализмом".

"Фундаменталисты верят, пишет Сорос, что рынки всегда стремятся к равновесию, а общему интересу лучше всего служит обеспечение  условий для преследования своих эгоистических интересов всеми участниками рынка. Это очевидное заблуждение, так как именно вмешательство властей предотвращало кризисы финансовых рынков".

Тем не менее, утверждает Сорос, "рыночный фундаментализм превратился в господствующую идеологию 1980-х годов, когда началась глобализация финансовых рынков, а США перешли к дефициту счета текущих операций".

Глобализация позволила США вбирать в себя все сбережения остального мира и потреблять больше, чем производить. В 2006 году дефицит американского счета текущих операций достиг 6,2% ВНП. Финансовые рынки поощряли потребителей занимать путем предложения все более сложных инструментов на все более благоприятных условиях. Власти помогали и стимулировали этот процесс, каждый раз, когда возникали риски для мировой финансовой системы.

С 1980 года контроль последовательно ослаблялся до тех пор, пока практически не исчез. Супербум вышел из-под контроля, когда новые продукты стали столь сложными, что власти уже не могли рассчитать риски и стали полагаться на методы управления рисками самими банками. Рейтинговые агентства также стали полагаться на информацию самих продавцов сложных продуктов. Это был шокирующий отказ от ответственности.

Все, что могло пойти не так, случилось. Кризис ипотечных займов с низким кредитным рейтингом распространился на все обязательства по гарантированным долгам, поставил под угрозу компании страхования муниципальных и ипотечных займов и угрожает потрясти мультитриллионный рынок урегулирования дефолтов по кредитам. Обязательства инвестиционных банков по выкупам с использованием заемных средств превратились в пассивы. Нейтральные по отношению к рынку хедж-фонды оказались совсем не нейтральными, и теперь должны быть закрыты.

Рынок коммерческих обязательств, обеспеченных активами застыл, а компании, учрежденные банками для вывода ипотечных займов за баланс (special investment vehicles) оказались неспособны получать внешнее финансирование. Последним ударом оказался кризис сердца финансовой системы - системы межбанковского кредитования, когда банки вынуждены были  наскребать по сусекам ресурсы,  потому что перестали доверять своим партнерам. Центральным банкам пришлось впрыскивать беспрецедентные объемы денег и распространять кредитование на беспрецедентное количество ценных бумаг и институтов. Это привело к самому серьезному кризису после Второй мировой войны.

Теперь за кредитной экспансией должен последовать период сжатия, прогнозирует Сорос. Способность финансовых властей стимулировать экономику ограничена  нежеланием остального мира накапливать дополнительные долларовые резервы. До последнего времени инвесторы надеялись, что ФРС США сделает все необходимое, чтобы избежать рецессии. Теперь им придется понять, что ФРС больше не способна на это.

При стабильности цен на нефть, продукты питания и другие сырьевые товары и более быстром подорожании юаня, ФРС придется беспокоиться об инфляции. Если ставка по федеральным фондам будет опущена ниже определенного уровня, то давление на доллар вновь возрастет и долгосрочные облигации подорожают. Определить, где это уровень, невозможно. Когда он будет достигнут, возможности ФРС по стимулированию экономики будут исчерпаны.

Хотя рецессия  в развитых странах теперь почти неизбежна, в Китае, Индии и некоторых нефтедобывающих странах существует сильная противоположная тенденция. Поэтому текущий финансовый кризис скорее приведет к радикальному разделению глобальной экономики с относительным снижением роли США и увеличением роли Китая и других развивающихся стран, чем к глобальному спаду.

Опасность, по мнению Джорджа Сороса, заключается в том, что возникающая политическая напряженность может привести к нарушениям глобальных экономических связей и повергнуть в рецессию весь мир.

k2k

Опубліковано на сайті: 2008-01-24