Что эффективнее для декарбонизации: ракетные атаки или налог на углерод? Уроки Великобритании

Можно ли было модернизировать угольную энергетическую сферу без российских атак? Опыт Великобритании показывает, что да.

Великобритании удалось сократить потребление угля практически до нуля благодаря CPS (carbon price support) - налогу, введенному в 2013 году для стимулирования инвестиций в низкоуглеродные технологии.

До введения CPS в 2012 году 40% электроэнергии в Великобритании производилось из угля. Это даже больше, чем в Украине до полномасштабного вторжения, где на уголь приходилась треть энергомикса. К 2019 году эта доля упала до всего 2%, демонстрируя значительное сокращение использования угля. В целом страна сократила выбросы на 50% в период с 1990 по 2022 год.

Налог на углерод в Великобритании CPS добавляет стабильную и предсказуемую стоимость к энергии, полученной из ископаемого топлива, дополняя Европейскую систему торговли квотами на выбросы (ETS), которая действовала тогда в Великобритании. То есть бизнес и правительство Великобритании подумали: "цена на углерод в европейской СТВ (системе торговли квотами на выбросы выбросами) для нас слишком мала. Давайте ее дополним налогом". Так и сделали.

Ситуация, которую трудно представить в стране, но и результат мы видим соответствующий. Основная идея заключается в том, чтобы стимулировать производителей электроэнергии сокращать выбросы CO2, делая инвестиции в возобновляемые источники энергии более выгодными.

Производители электроэнергии начали больше вкладывать в солнечную, ветровую энергетику и другие низкоуглеродные технологии, а не в ископаемое топливо. Энергетический переход требует инвестиций, но выгода - чистый воздух, энергетическая безопасность и выполнение международных обязательств - того стоит.

Прикладным результатом налога на углерод в Великобритании является переход британской электростанции Drax Power Station от угля к биомассе. Это пример глобального лидерства в сфере зеленой энергетики, который может стать источником вдохновения для украинских энергетических компаний, в частности ПАО "Центрэнерго".

Drax Power Station, которая расположена в Северном Йоркшире, начинала свой путь в 1974 году как крупнейшая угольная электростанция Западной Европы мощностью 3,960 МВт. Ежегодно станция сжигала до 10 миллионов тонн угля, что вызывало огромные выбросы углекислого газа. Но с 2012 года Drax начала амбициозную модернизацию с переходом на биомассу. К 2021 году четыре из шести генерационных блоков были переведены на биомассу, которая включает 7 миллионов тонн древесных гранул ежегодно.

В результате такой трансформации выбросы CO₂ на станции уменьшились на 80%, что эквивалентно сокращению 10 миллионов тонн углекислого газа ежегодно. Сегодня станция генерирует около 2,600 МВт электроэнергии, обеспечивая электричеством более 4 миллионов домохозяйств в Великобритании. К 2020 году Drax обеспечивала около 6% всей электроэнергии в Великобритании, причем1 2% возобновляемой энергии поступало именно от биомассы.

Кроме этого, Drax активно внедряет технологии Bioenergy with Carbon Capture and Storage (BECCS), чтобы к 2030 году стать первой в мире углеродно-отрицательной электростанцией. Планируется, что благодаря BECCS ежегодно будет захватываться до 8 миллионов тонн CO₂.

"Этот пример является прекрасной иллюстрацией того, как переход от угля к возобновляемым источникам энергии может не только сохранить энергетическую стабильность, но и значительно сократить экологическое воздействие генерации. Успех Drax может быть ориентиром для Украины, особенно для таких крупных энергетических игроков, как ПАО "Центрэнерго", которые также могут начать подобный путь трансформации", - говорит Евген Мирошниченко, руководитель группы по большой генерации КДО.

Опыт Drax демонстрирует, что такие изменения требуют стратегического планирования, политической воли, но одновременно являются критически важными для декарбонизации энергетики. В контексте войны и необходимости уменьшения зависимости от ископаемого топлива этот путь трансформации является актуальным и для украинской энергосистемы.

Анализ оценки влияния цели по сокращению выбросов до 2040 года свидетельствует, что достижение цели в 90% может уменьшить количество преждевременных смертей из-за загрязнения воздуха с 466 000 в год в 2015 году до 196 000 в год в 2040 году в ЕС. Система налогообложения углерода в Великобритании отличается от той, которая есть в ЕС и заключается в том, что облагает налогом выбросы по цепочке поставки продукции.

CPS определяет стоимость углерода, исходя из содержания углерода в ископаемом топливе, использованном для производства электроэнергии, а не из прямых выбросов. То есть объем топлива, использованного для генерации электроэнергии, конвертируется в выбросы с помощью коэффициентов выбросов и умножается на ставку CPS (£/тCO2). CPS находится в верхней части цепи поставок и хотя его плательщиков немного, его расходы постепенно передаются вниз по цепи поставок через поставщиков энергии, бизнес и потребителей.

Ставка CPS устанавливается Казначейством Великобритании. Например, с 2016 года ее зафиксировали на уровне £18 за тонну CO2. Это влияло на оптовые цены на э/э, что добавляло около £20-23 в год к среднему счету домохозяйства.

И о том, что налог на углерод выполняет свою фискальную функцию, свидетельствует то, что в 2023-24 годах CPS принес в бюджет £600 млн. Но с сокращением базы налогообложения, то есть углеродных выбросов эти доходы постепенно будут уменьшаться, что свидетельствует об эффективности налога в достижении своих поведенческих целей. При этом, конечно, существуют исключения и льготы для промышленности.

Как работает CPS:

• Поставка ископаемого топлива (например, угля) на электростанции.
• Электростанция платит CPS за топливо, которое используется для производства электроэнергии.
• Сгенерированная электроэнергия передается через национальную сеть поставщикам.

На этом этапе добавляется CCL(Climate Change Levy): поставщики платят CCL и включают эти расходы в счета бизнеса. Climate Change Levy (CCL) - это налог на поставку электроэнергии бизнесу и государственному сектору, чтобы стимулировать энергоэффективность, то есть по сути облагает налогом косвенные выбросы или Scope 2 по GHG протоколу.

<Именно поэтому важно в Украине рассчитать влияние углеродного налога на конечную стоимость продукции. Этот вопрос всегда был сманипулирован лоббистами, которые выступали против платежей в бюджет и модернизации. Как следствие, многие отрасли в Украине были декарбонизированы не через эффективные институциональные политики, а через удары России, в то время, как пророссийские влияния часто финансировались людьми касательными к угольному лобби.

Привилегии

Отрасли, которые сильно зависят от высокого потребления энергии (например, сталелитейная промышленность, производство бумаги, химическая промышленность), получают компенсацию за "углеродные затраты" (CPS и ETS). Это необходимо для сохранения конкурентоспособности и уменьшения риска утечки углерода, особенно для компаний, работающих на международных рынках.

Теплоэлектростанции с комбинированным производством тепла и электроэнергии (CHPs): Установки, которые эффективно используют как электроэнергию, так и тепло, освобождаются от налога. Ведь они могут обеспечить экономию средств и уменьшение выбросов в долгосрочной перспективе, но требуют высоких начальных затрат и имеют долгий период окупаемости. Другие правительственные программы также направлены на поддержку развития таких установок.

CPS вместе с UK ETS формируют общую стоимость углерода для производителей электроэнергии. В 2022-2023 году средняя цена составляла £74 (или $  95) за тонну CO2 и сгенерировала сгенерировал £5.8 млрд дохода. В 2024-2025 прогнозируется £3.6 млрд, но как и с CPS, доход будет уменьшаться со временем.

Опыт ЕС

ETS является важной политикой декарбонизации и охватывает значительно больше секторов, поэтому масштабы его действия гораздо шире.

Продажа квот через ETS Система торговли выбросами ЕС (ETS) приносит значительные доходы в бюджеты государств-членов и, в определенных пределах, каждая страна сама решает, как перераспределять прибыль. Например, Греция выделила 1,1 миллиарда евро в греческий фонд энергетического перехода. Эти средства используются для поддержки энергетических субсидий для малообеспеченных домохозяйств.

Благодаря в том числе углеродным рынкам в ЕС мы можем наблюдать явление декаплинга - экономического роста, когда выбросы парниковых газов уменьшаются. В частности, за последние три десятилетия экономика ЕС выросла на 68%, тогда как выбросы углекислого газа уменьшились на 37%, что демонстрирует эффективную реализацию концепции декаплинга.

В 2023 году ЕС достиг чистого сокращения выбросов парниковых газов на 8% по сравнению с предыдущим годом. Это самое большое ежегодное сокращение за последние десятилетия (за исключением исключительного, временного падения из-за пандемии в 2020 году), сокращение в значительной степени обусловлено ростом производства возобновляемой энергии и падением использования угля и газа.

В рамках Модернизационного фонда ETS регионы, зависимые от углеродной экономики, получают поддержку для справедливого перехода. Например, в Хорватии одна из схем поддерживает создание 80 МВт новых источников возобновляемой энергии и 20 МВт мощностей для хранения энергии.

Это позволит ежегодно экономить 140 000 МВт-ч, что соответствует потреблению 31 тысячи домохозяйств. Подготовка квалифицированных работников: ЕС также инвестирует в обучение для перехода к возобновляемой энергетике. Программа "Пакт ради навыков" в 2022-2023 годах обеспечила обучение для более 3,5 миллиона работников через 2 500 организаций. Для установки новых ветровых турбин и солнечных панелей ЕС понадобится дополнительно 130-145 тысяч квалифицированных работников и от 1,1 до 1,4 миллиарда евро инвестиций до 2030 года.

Почему это важно для Украины?

На пути к ЕС Украина должна показать путь повышения налога на углерод до европейского уровня до 2050 года для достижения углеродной нейтральности. Это не только позволит наполнить недавно созданный Фонд Декарбонизации и провести больше декарбонизационных мероприятий для экономики, но и в процессе переговоров стать частью Фондов Инноваций и Модернизации, которые финансируются из ЕС именно из платежей СТВ (ETS).

Опыт Великобритании с CPS/CCL и ЕС с ETS демонстрирует, как налоги на углерод и торговля квотами могут эффективно способствовать декарбонизации энергетического сектора. Введение аналогичной системы в Украине, адаптированной к нашим реалиям, может стать важным шагом в борьбе с изменением климата и создании устойчивой экономики.

epravda

Опубліковано на сайті: 2025-01-29