Украина. Финансовые «инновации», углубившие кризис

Новое финансовое руководство страны, которое назначил президент Виктор Янукович, хоть как оно открещивалось от своих предшественников, использует тот же ручной регулирующий аппарат, который те ввели, и исповедует цели, которые те ставили.

Эмиссионное кредитование банков, залоговый способ их рефинансирования, изъятие из обращения денежных средств посредством их обмена на депозитные сертификаты НБУ, искусственное установление и поддержание завышенного значения обменного курса гривны, избыточные валютные экспансии центрального банка на внутреннем рынке, антидолларовая политика властей – все это из арсенала команды Виктора Ющенко «успешно» используют ее преемники. Неудивительно, что и последствия схожи. Отрицательное сальдо текущего счета платежного баланса в 2012-м (14,4 млрд долл) уже превысило уровень 2008-го (12,8 млрд долл). Чистый отток международных кредитов по банковскому сектору за три года достиг 8,8 млрд долл. Не было восстановлено утраченное во время финансового кризиса 2008-го доверие людей к гривне, которые и дальше выкупали у банков наличную инвалюту: сальдо ее купли-продажи в 2010 году равнялось 5,6 млрд долл, 2011-м – 11,4 млрд долл, 2012-м – 8,8 млрд долл.

Эта последовательность политики дает основания утверждать, что и новое финансовое руководство рассматривает денежную систему не как объективную реальность, а как сферу собственных целевых и ресурсных манипуляций. Поэтому и достижения целей монетарного управления, которые они ставили перед собой, – удержание стабильным курса гривны и недопущение высокой инфляции – кажется довольно гротескным. Так, инфляция, характерная для 2010-2011 годов, сменилась в 2012-м падением внутреннего спроса, следствием которого стали сокращения отечественного производства, доходов субъектов экономики и снижение цен на товарных рынках. Была уменьшена ликвидность банковской системы, что подтолкнуло процентные ставки на межбанковском заемном рынке до 40-50% годовых и повлекло перебои в платежах и выплатах зарплат. Стало понятно, что ручными методами регулирования денежных рынков невозможно добиться снижения заемных ставок и возобновить банковское кредитование, без чего сложно поднять производство. Номинальный прирост банковских кредитов субъектам хозяйствования и семьям был таким малым (в 2010 году – 1,3%, 2011-м – 9,4%, 2012-м – 1,3%), что в реальном исчислении имел минимальное влияние на экономику.

Однако старая административно-манипуляционная методология не препятствовала некоторым нововведениям. Из них можно выделить пять, которые имели самые негативные последствия для финансово-банковской системы Украины.

Первым определяющим новшеством после 2009 года была колоссальная централизация банковских кредитных потоков, которую начала осуществлять новая власть. Практически все кредитные средства, полученные как естественным путем – через прирост депозитов и межбанковские кредиты, так и искусственным – в результате эмиссионного рефинансирования банков, направляются на государственные нужды: финансирование дефицита государственного бюджета, который в 2010-2012 годах составил соответственно 64 млрд грн, 24 млрд грн и 53 млрд грн погашение и обслуживание внутреннего госдолга (соответственно 30,7 млрд грн, 47,6 млрд грн и 55,5 млрд грн) и внешнего – 1-3 млрд долл ежегодно; кредитование государственными банками централизованных заказов и подрядных работ (соответственно на 5,2 млрд грн, 19,8 млрд грн и 14,4 млрд грн); финансирование дефицитов балансов государственных корпораций, прежде всего НАК «Нафтогаз Украины», путем передачи им гособлигаций (соответственно на 30,3 млрд грн, 11,0 млрд грн и 7,0 млрд грн). То есть в течение указанного периода ежегодно в руках правительства и государственных предприятий, которые получили правительственные облигации, аккумулировалось 120-150 млрд грн внутренних кредитных средств. Эти суммы превосходят весь прирост банковских кредитов в несколько раз – ежегодные приросты займов в 2010-2012-м составили соответственно 9,5 млрд грн, 69 млрд грн и 13,3 млрд грн. То есть централизованные заемные ресурсы превышали рыночные в 2-15 раз. Обеспечение части затрат на правительственные нужды, в частности банковские займы компаниям, которые выполняют госзаказ, а также кредитование убытков госкорпораций осуществлялось вне парламентского контроля, а потому не является общественно признанными.

Гиперцентрализация денежно-кредитных ресурсов обеспечивала узкие государственно-бюрократические приоритеты, например, возведение инфраструктурных объектов или выполнение программы подготовки к Евро-2012. В большинстве случаев средства были потрачены неэффективно, что подтвердила недавно Счетная палата. Но при этом остались без тех ресурсов предприятия частного и других секторов экономики. Можно сказать, что правительство профинансировало 40 или 50 приоритетных для себя проектов, но лишило финансирования сотни тысяч других, крайне необходимых национальному хозяйству. Вместо горизонтального движения финансов через денежные рынки осуществляется вертикальное административное их перемещение, как следствие – остаются лишь крохи для частного неолигархического бизнеса. Инвестиции направляются на отдельные, обычно гигантоманские олигархически-правительственные проекты, например в строительную отрасль. Эта гиперцентрализация – хомут на шее страны. И общество обречено на деградацию из-за отсутствия денег на развитие, что приводит к консервации старых производств, неконкурентоспособности и убыточности национального хозяйства. Нет ничего удивительного в том, что без нужного финансирования украинская экономика в 2012 году впала в рецессию.

Второе параллельное направление финансовой политики, которое начала проводить власть, – форсированное наращивание государственного долга, без которого централизация была бы невозможной. В 2010-2012 годах правительство разместило государственных облигаций внутренних и внешних займов соответственно на 125 млрд грн, 84 млрд грн и 98 млрд грн, что в 5-10 раз больше, чем в докризисный период. Особенно тяжелой ношей стала международная составляющая долга. Новый Кабмин потребовал получить и получил необоснованно большие объемы инвалютных заимствований: соответственно на 8,4 млрд долл, 6,2 млрд долл и 10,4 млрд долл. Все они непродолжительны. Фактически эти заимствования использовали для финансирования дефицита платежного баланса страны. Без них последний остался бы непокрытым. Именно поэтому следует признать, что правительство своими действиями способствовало росту импорта и дефицитности внешнеторгового баланса Украины и таким образом загоняло ее в тупик валютной несбалансированности. Кроме того, краткосрочность заимствований обострила проблему обслуживания и погашения внешнего долга, объемы которого росли неконтролируемыми темпами. Уже в 2013 году потребность в соответствующих валютных ресурсах превышает имеющиеся запасы в государстве. После интенсивной продажи инвалюты из резервов НБУ в 2012-м резко ухудшился показатель покрытия ими внешнего государственного долга. Если в 2009-м он составлял 263%, то в начале 2010-го – 158%, 2011-го – 155%, 2012-го – 132%, 2013-го – 94%. Итак, за четыре года ухудшился почти втрое.

Еще быстрее ухудшался другой специальный показатель валютной обеспеченности – процент покрытия ликвидными резервами НБУ (наличной и безналичной свободно конвертируемой валютой и монетарным золотом) краткосрочных (менее года) международных долговых обязательств правительства и долгосрочных, возврат которых приходится на ближайшие полгода. На начало 2013-го показатель покрытия ликвидными резервами внешних долговых обязательств государства, следующих в ближайший год, равен 114% (на конец 2010-го – 387%, 2011-го – 203%). То есть ликвидные резервы на 15%, или на 1,1 млрд долл, превышают международные долговые обязательства правительства, которые наступают в первой половине этого года. Учитывая, что кроме погашения государственных долгов нужна валюта для удовлетворения дополнительного спроса на доллары на внутреннем рынке (учитывая опыт предыдущих лет, говорим о 8-10 млрд долл  каждый год), ситуацию надо признать критической.

Приведенные цифры свидетельствуют о быстром ухудшении обеспечения валютными запасами долговых платежей правительства. Фактически страна оказалась на краю валютной устойчивости – в чрезвычайном, преддефолтном положении. Такая долговая политика не только обесценивает гривну, но и создает угрозу для суверенитета государства.

Третье направление – форсированное увеличение внутренней государственной задолженности, что наносит огромный ущерб экономике.

Известно, что основными кредиторами власти стали государственные и национализированные коммерческие банки. Интересно, каким образом они находили необходимые денежные средства для этих операций, и что побудило их к этому. Т.е. как происходила деформация распределения ресурсов национальной денежной системы?

Как можно увидеть на рис. 1, среди источников получения банковских кредитных ресурсов из года в год уменьшалась доля депозитов населения и предприятий – с 82,8 млрд грн в 2010-м до 79,5 млрд грн в 2012-м. Зато росла доля другого источника – нацбанковских эмиссионных кредитов рефинансирования и операций прямого РЕПО. Между направлениями заемных вложений банков в эти годы доминировали операции по первичной покупке гособлигаций и облигаций государственных корпораций, гарантированных правительством: 2010 – 101 млрд грн (91% всех выданных кредитов), 2011 – 75 млрд грн (52%) и 2012 – 74 млрд грн (85%). В 2011 году поступлений от размещения облигаций стало не хватать для гигантоманских планов власти. Пришло, в частности, время погашения ранее полученных займов. Дополнительным способом стало прямое кредитование регулятором под гарантии государства банков, национализированных в 2008-м и административно подчиненных правительству. В 2012 году ситуация значительно ухудшилась: свежополученных правительством внутренних облигационных заимствований (на 67 млрд грн) было недостаточно для его финансовых планов (покрытия дефицита бюджета, погашения предыдущих займов и т.п.). Прироста же хозяйственных кредитов почти не было. Объемы банковско-кредитных ресурсов искусственно административного происхождения значительно превышали заемные средства из природных рыночных источников. Итак, с начала кризиса 2008 года главными трендами движения искусственных банковских средств были: в 2008-2009-м они были административно наполнены эмиссионными займами НБУ правительству и коммерческим банкам на почти 140 млрд грн (их «стерилизация» с сентября 2008-го осуществлялась за счет продажи на межбанковском рынке валюты из золотовалютных резервов центробанка – к концу 2009-го их продали на 22,4 млрд долл); в 2010-2011 годах происходило изъятие из обращения денежных средств путем их обмена на депозитные сертификаты НБУ на общую сумму соответственно 248 млрд грн и 167 млрд грн; в 2012-м власть вернулась к эмиссионному рефинансированию банков – на 40,4 млрд грн, выданных на срок от нескольких дней до года, и почти прекратила выпускать депозитные сертификаты (вынужденная «стерилизация» лишних денег происходила в результате продажи на межбанке резервной валюты НБУ).

Следовательно, можно сделать вывод о доминировании субъективных, искусственных, административных методов формирования гривневых ресурсов банковской сферы, замещающих реальные финансовые накопления. Регулирование объемов денежной массы осуществляется путем изъятия свободных средств банков с помощью ручных, бюрократических процедур. Эти деньги централизованно перераспределяются на бюрократические и олигархические потребности через механизмы внутренних государственных облигационных заимствований и прямое кредитование субправительственнымы банками приоритетных для власти проектов. Как следствие – дефицит ликвидности финучреждений и свободных заемных средств, деквалификация кредитных учреждений, превращение большинства из них в платежно-растовщические и валютно-спекулятивные конторы, лишение реального сектора экономики необходимых финансовых фондов .

Четвертое направление финансовой политики, которое выбрали новые финансовые руководители, – усиление ограничения оборота иностранной валюты на территории Украины. В частности, был пролонгирован запрет на валютные кредиты населению. Обязательной стала продажа валютной выручки от экспорта товаров и услуг. В то же время введены инвалютные облигации внутреннего государственного займа. Так, рост теневого оборота валюты, что является закономерным в условиях запретов, не позволяет власти получить необходимые долларовые ресурсы с внутреннего рынка. Для борьбы с теневым внебанковским обращением валюты в 2011 году были введены дополнительные формальности при ее розничном обмене на гривны в банковских учреждениях: обменные операции только при наличии паспорта. Эти ограничения вводятся для уменьшения покупки долларов иностранцами, чтобы уменьшить вывоз твердой валюты из страны. Обычно таким образом действуют лишь те государства, которые административно занижают курс иностранной валюты и в которых не функционируют рыночные системы (как правило, тоталитарные режимы). Это приводит к торможению обращения платежей, а, следовательно, и снижению темпов оборота товаров и всей активности в экономике, уменьшению продуктивности работы и объемов услуг банков, росту недоверия украинских граждан к гривне. Никакие искусственные преграды в рыночной экономике не дают пользы.

К сожалению, власть не сделала логических выводов из предыдущих просчетов и пытается усилить давление на обращение валют. Об этом свидетельствуют хотя бы инициативы ввести налог на ее наличный обмен, вместо того чтобы вводить свободную валютную конвертацию.

Очевидным следствием антидолларовой политики является ухудшение платежного баланса Украины, уменьшение валютных ресурсов банковской системы и золотовалютных резервов НБУ (с 38,4 млрд долл в апреле 2011-го до 25,4 млрд долл на конец декабря 2012-го).

И, наконец, пятое ключевое направление, которое избрала нынешняя власть, – финансовая закрытость и отграничение нашей экономики от европейской и мировой. В частности, международные валютные транзакции (переводы, инвестиции, кредиты, платежи и т.д.) требуют специального рассмотрения Нацбанка и лицензируются по каждой операции. Регулятор запретил трансграничные операции, например торговлю ценными бумагами на фондовых рынках других стран, что закрывает для наших субъектов международные инвестиционные центры. Без получения специальных лицензий НБУ на территории Украины невозможна также банковская инвалютная деятельность. Финансовые корпорации, зарегистрированные в какой-либо стране Евросоюза, не требуют регистрации своих филиалов в других странах континента. Однако не в Украине. Здесь нужны и регистрации, и лицензии. Другое административное сдерживание – владельцам иностранной валюты-резидентам не позволяют вывозить ее больше определенных объемов. Перевод украинцами, работающими за границей, валюты в крупных размерах (более 150 тыс. долл) сопровождается правовым требованием ее обязательного обмена на гривню. Для ввоза наличной валюты (если сумма превышает 50 тыс. долл) нужно получить специальное разрешение НБУ.

Действующая система препятствий транснациональному движению капиталов не является действенной, она может помешать формально незаконным транзакциям, но создает непреодолимые барьеры легальным международным операциям. Это фактически политические ограничения для международного бизнеса, для украинцев и для иностранцев, ведь они незаконно лишаются права собственности. Такая финансовая отчужденность Украины не позволяет ей привлекать иностранные капиталы и интегрироваться в европейскую и мировую финансовые системы. Украинская финансово-денежная система, которая была создана в условиях отсутствия опыта и необходимой квалификации чиновников и при явном вреде, причиненном нам субъектами бывшего СССР, остается несовершенной, не модернизируется и деструктивно влияет на реальный сектор экономики. Если учесть, что в 2013 году сформировались критические дефициты и объемы выплат по долгам, уже скоро можно ожидать финансовых потрясений для экономики и страны в целом.

Владимир Лановой

Опубликовано на сайте: 2013-05-09