Не было времени лучше, чтобы начать бизнес

Шесть вопросов управляющему партнеру венчурного фонда Mangrove Capital Марку Тлущу
В 2004 году один из крупнейших венчурных фондов Европы Mangrove Capital вложил в малоизвестный эстонский стартап Skype $  2 млн. Через год компанию приобрел eBay за $  3,1 млрд, а Mangrove получил 100‑кратный возврат инвестиций. Forbes узнал у управляющего партнера фонда Марка Тлуща о том, когда стоит начинать собственное дело и что станет следующим хитом IT‑бизнеса.

– Вы часто говорите, что любите инвестировать в чудаковатые (англ. – weird) стартапы. Что это значит?

– Чудаковатые компании  – это те, которые ставят перед собой невыполнимые, на первый взгляд, цели. Например, Skype. Когда мы вкладывали в компанию первые деньги, все говорили мне: «Да кто вообще захочет звонить по компьютеру?» Но я был уверен, что возможность бесплатно связываться с друзьями и близкими перевесит первоначальное неприятие идеи. И оказался прав. Это как раз пример того, как чудаковатые компании создали идеи, кажущиеся теперь очевидными. Разумеется, они чудаковаты лишь тем, что никому раньше не приходили в голову и потому кажутся большинству невозможными. Конечно, мы вкладываем и в прогнозируемые вещи, например электронную коммерцию. Но как инвестор, как человек со страстью, я предпочитаю идти непроторенными тропами. Только там можно найти самые лучшие идеи, которые принесут многократный возврат инвестиций. К тому же в этом намного больше драйва. А в нашей сфере драйв  – половина дела.

– Как распознать компанию, которая «выстрелит»?

– Это простой вопрос. Как минимум 50% успеха зависит от основателя компании. И неважно, это компания, продающая средство для полировки обуви, или Skype. Личность лидера  – самое важное. А сработает ли его идея  – это как гадать на хрустальном шаре. Ведь мы пытаемся предсказать, что будет круто через 5–10 лет, а это очень трудно. Перенеситесь на 10 лет назад и спросите себя  – вы бы поверили в Instagram? В то время все писали длинные тексты в блоги и вряд ли кто‑то мог предположить, что мы так обленимся, что захотим самовыражаться, не прикладывая усилий, с помощью картинок. Но в этом и кайф, что ты можешь найти людей, способных придумывать решения, о которых никто не думал. Но повторюсь: главное  – люди. Кладбища полны гениальных идей.

– Вы утверждаете, что сейчас лучший момент для начала собственного бизнеса. Чем нынешнее время особенное?

– Факторов сразу несколько. Во‑первых, лояльность корпораций к сотрудникам низка как никогда. Так что причина номер один  – возможность контролировать свою жизнь. Если ты тяжело работаешь в собственном бизнесе, то получаешь результат. Если не стараешься  – не получаешь ничего. Вторая причина  – есть понятие инновационных циклов, перио­дов, когда появляется много инноваций. Кризис 2008 года «срезал» много возможностей, и, очевидно, в ближайшие несколько лет мы войдем в новый инновационный цикл. Его будут определять нанотехнологии и другие революционные вещи. Еще одной причиной можно считать нынешнюю степень развития интернета  – 3 млрд пользователей в сети! Экосистема моих родителей ограничивалась родным городом, а у меня сегодня есть доступ ко всему миру. Так что независимо от того, хочу ли я продать телефон, создать веб‑сайт или выращивать органические продукты, с самого первого дня у меня есть широчайший доступ к огромному количеству людей. Еще никогда не было лучшего времени для начала своего бизнеса. И вам потом будет стыдно, если вы не воспользуетесь этой возможностью.

– Вы полагаете, что успешные стартапы должны быть направлены на решение проблем человечества. Какие проблемы, по вашему мнению, наиболее актуальны?

– Я действительно рассматриваю «решабельность» глобальной проблемы как один из критериев при выборе стартапа. Это не обязательно уменьшение размеров озоновой дыры. Вот, например, у меня есть персональная проблема: я хочу, чтобы человечеству вернули слово «друг». Ведь Facebook украл у мира истинное значение этого слова. Очень хочу найти того, кто поможет мне решить эту задачу. У ваших детей есть тысячи «друзей» в Facebook, и они больше не понимают, что значит друг.

– А кроме этого?

– Еще одна проблема  – практически невозможно удалить то, что уже попало в интернет. И это всех пугает. Допустим, я вам не понравлюсь, и вы в своей статье, к примеру, напишете: «Этот проклятый высокомерный мужик…», и я уже не смогу это никогда изменить. Интернет превращается в гигантское хранилище всяческой информации, и, вбив мое имя в поиск, люди увидят не то, какая у меня семья и какой я замечательный парень, а то, что я не нравлюсь Forbes.

Необратимость того, что попало в сеть,  – одна из самых больших проблем интернета сегодня. Google выдает результаты поиска вне зависимости от их качества. Конечно, говорят, что потребитель сам должен решать, но вопрос в том, что он не может решить! Он читает и думает, что написанное  – правда. Я считаю, что нам нужно вернуться к вопросу качества редактуры. В истории интернета так было всегда  – «свобода, свобода, свобода для всех», но главная причина, по которой мы доверяли периодическим изданиям, это качество редактуры. Когда вы читаете статью, то знаете, что автор потратил какое‑то время на размышления. В блогах же люди обычно пишут сразу, особо не раздумывая, а индексируется написанное ими так же, как и ваша статья.

– Мы живем в эру социальных сетей. Как вы думаете, что станет следующей вехой в технологическом бизнесе?

– Ну, во‑первых, я очень надеюсь, что кнопка Delete для интернета все‑таки будет изобретена. Думаю, она станет следующим хитом. Еще одна непонятная для меня вещь в современном мире  – это огромные расходы на мобильный интернет. Уверен, что они чрезмерны. Мы сейчас инвестируем в одну компанию, идея которой состоит в том, чтобы предоставить пользователям бесплатный мобильный интернет. Достаточно оформить подписку у них на сайте, и вы получите мобильный интернет бесплатно. Конечно, индустрия давит на нас, телеком‑компании делали так всегда. Но жадностью корпораций можно пользоваться, создавая при этом очень успешные стартапы.

Еще мне нравится идея, что с помощью интернета можно объединить группы людей и дать им возможность больше зарабатывать. Есть стартап Farmigo, который позволяет фермерам консолидироваться и заключать более выгодные сделки. Это простая и очень правильная идея  – вернуть прибыль людям, которые действительно тяжело работают, ведь сегодня 80% прибыли достается цепочке посредников и дистрибьюторов. Теперь фермеры могут им сказать: ребята, вам пора исчезнуть.

forbes.ua/

Опубликовано на сайте: 2014-01-11