Украина. Задолжали по-крупному: банковскую систему ослабляют 500 млрд гривен проблемных долгов

Просроченные долги украинцев и государства перед банками к началу второго квартала превысили 270 млрд гривен, сообщил Национальный банк.

Почти такая же сумма проблемных долгов находится в банках, которые переданы под управление Фонда гарантирования вкладов. Получается, что общая сумма просроченной задолженности по стране составляет более 500 млрд гривен или четверть ВВП страны, который в 2015 году составил 1,9 трлн гривен.

Под гнетом долгов

Долги перед банковской системой можно поделить на несколько типов. Первая группа задолженности проблемного проблемного портфеля – это кредиты, которые стали просроченными еще в период экономического кризиса 2008 – 2009 годов. Основной причиной неплатежей тогда стал мировой экономический кризис. Именно он сделал невозможным расчет по этому виду займов, основная часть которых выдавалась в иностранной валюте. В зависимости от банка, кредиты, выданные до осени 2008 года, могут составлять до двух третей всего проблемного портфеля.

“Наш портфель просроченных долгов – это в значительной мере валютные кредиты, ипотека и проектное финансирование, выданные еще до 2008 года. И, во избежание необходимости постоянной переоценки, начисления процентов и формирования резервов, а также дополнительной налоговой нагрузки, оптимальным решением в текущих условиях было бы списание этого портфеля, – рассказывает глава правления “ОТП Банк” Тамаш Хак-Ковач. – В отсутствие же такой законодательной возможности этот портфель продолжает числиться на балансе банка мертвым грузом, не позволяя окончательно забыть о нем. Это является одним из существенных препятствий для возобновления кредитования”.

Речь идет о совсем безнадежном долге, реструктуризировать который невозможно, так как должники не в состоянии погасить кредит. Но списать такие безнадежные долги банки просто так тоже не могут: налоговая рассматривает списание долга как получение прибыли должником, и требует оплатить налог на прибыль с суммы списанного долга. Исключение составляют случаи, когда должник физлицо – умер, а должник юрлицо прошел процедуру ликвидации.

Вторая группа плохих кредитов – долги, выданные на территории Донбасса и Крыма. Часть их переведена на обслуживание в другие области Украины, а еще часть – осталась в зоне АТО и полуострова. Например, на 1 октября 2015 года, кредитный портфель всех украинских банков по Крыму составлял около 13 млрд гривен; по Донецкой области – 31,1 млрд гривен, по Луганской – 6,5 млрд гривен. К 1 мая 2016 года эти показатели увеличились для Крыма до 15,1 млрд гривен, для Донецкой области – уменьшились до 21,9 млрд гривен, по Луганской – сократились до 5,4 млрд гривен.

Заместитель председателя правления ПУМБ Артур Загородников считает, что этот тренд по восточному региону может объясняться списанием части долгов на убытки. “Часть банков ведут активную работу по таким долгам, но не всегда государство и должники слышат нас. Например, у ПУМБ есть крупный должник – Донецкая железная дорога. Этот долг не обслуживается. В связи с чем ПУМБ сформировал полный резерв и по самому кредиту, и по процентам, которые не выплачиваются уже два года. Увы, Укрзализниця не признает себя правопреемником этого долга”, – рассказал Загородников.

Бывший финансовый директор компании Hypo Adre Adria Leasing Дмитрий Тарасенко считает, что по долгам в Крыму и на Востоке страны банки должны подавать иски в международные суды, и через международные правовые инстанции возмещать и рефинансировать эти задолженности.

Третья часть долгового портфеля – все остальные долги экономики перед банками. Начальник управления отчётности процессов и поддержки возврата проблемной задолженности клиентов розничного бизнеса UniCredit Bank Елена Супрун отмечает, что НБУ оценивает уровень проблемной задолженности по системе где-то на уровне 20%. “Реальная цифра, по мнению ряда аналитиков, может быть вдвое выше. Логично предположить, что эта цифра будет только расти. Объясняется всё это банальными финансовыми трудностями во всех секторах”, – говорит Супрун.

“Более всего уязвимы портфели залоговых кредитов, и на фоне отсутствия залогового кредитования с одной стороны и погашения существующего портфеля с другой, это сгущает негатив”, – уточнил директор залогового взыскания Альфа-Банка Украина Юрий Грачев.

Банк плохих активов

Так как пока что предпосылок для улучшения ситуации с просрочкой по кредитам нет, логично говорить о комплексных решениях по этим долгам. Наиболее активно обсуждаемый банкирами сценарий – создание структуры, которая аккумулирует плохие активы. Называться такая структура может “переходной банк” или “банк плохих активов”.

Попытка по развитию банка плохих активов уже предпринималась – через РодовидБанк, но неуспешно. Хотя необходимость функционирования такого банка была оговорена МВФ, само учреждение плохих активов “не вписалось” в украинский рынок. “Так и не был проработан механизм передачи плохих активов в переходной банк, а сами банки не хотели передавать проблемные активы в другое учреждение. Могу допустить, что не хватило политической воли для полноценной работы такого банка”, – пояснил экс-член Совета НБУ Василий Горбаль.

Но от самой идеи аккумуляции проблемных долгов в одном месте пока что рынок не отказался. “Было озвучено предложение Министерства финансов, которое я поддерживаю, о необходимости создания в стране компании, на баланс которой нужно будет передавать проблемные активы. Создание такой структуры позволит банкам снизить нагрузку на капитал, сократить затраты бюджета на капитализацию, и поможет банкирам сосредоточится на нашей профильной деятельности, чтобы мы не занимались collection”, – говорит председатель правления Укргазбанка Кирилл Шевченко.

Подобных структур может быть несколько, и они могут быть сегментированы по отраслям происхождения долгов. “Я остаюсь сторонником отраслевой классификации и отраслевого анализа. Например, совместно с НБУ и Минэкономики изучить структуру этих проблемных долгов. И в зависимости от типа долгов применять к тому или иному банку разные сценарии управления долгами. Вплоть до перевода отраслевых активов в один банк, и дальнейшей работы с этими активами, в зависимости от состояния отрасли. Исходить не от банка, а от экономики”, – считает Василий Горбаль.

“Большинство банков успешно реструктуризируют долги крупных клиентов. Но все крупные клиенты имеют кредиты не только в здоровых, но и в проблемных банках. Проблемные долги в ФГВФЛ почти не продаются. И для решения проблемы, нужно чтобы банк целевым образом отдал часть проблемных долгов в проблемный банк”, – согласен с такой позицией совладелец Агрокомбанка Евгений Березовский.

Простить все

Одним из футуристических сценариев является списание долгов проблемных заемщиков – массовое прощение части задолженности. Например, так в свое время внешние кредиторы простили часть долгов Польши. Учитывая масштабы долгов перед украинской банковской системой, речь вполне может идти о массовых решениях.

“Такое списание очень позитивно с позиции макроэкономики. Потому что списание кредитов уменьшает количество денег в обращении, перестраховывая страну от инфляции. И, грубо говоря, позволяет государству выпустить еще другие деньги. Но при этом не только банки должны простить долги клиентам, но и центробанк должен простить часть долгов по рефинансированию банкам”, – считает финансовый эксперт Дмитрий Тарасенко. По его прогнозам, это создаст даже эффект укрепления гривны, и позволит оживить реальный сектор экономики.

Чтобы банки пошли на списание, им нужно создать условия, позволяющие провести эту процедуру. “Если мы создаем специальную институцию, которая получит плохие активы, банки взамен этих активов могут получить от этой институции специальные облигации, которые должны признаваться НБУ в своем регулировании, например, как бумага инвестиционного уровня с нулевой вероятностью дефолта”, – предполагает председатель правления Укргазбанка Кирилл Шевченко.

Однако, часть долгов была сформирована из денег, выданных материнскими структурами иностранных банков. Но материнские структуры в Венгрии, Австрии, Франции, России и т.д. не готовы просто так простить такие серьезные суммы. “В теории, для возможности такого списания центробанки в ЕС должны сказать своим финучреждениям: “Вы прощаете долги в Украине, а мы даем вам под это рефинансирование”. Тогда европейские банки с удовольствием пойдут на такое списание, ведь им выгоднее иметь живую ликвидность дома, чем груз проблемных кредитов в Украине”, – рассуждает Дмитрий Тарасенко.

Чтобы сценарий был реализован, наднациональные организации: Всемирный банк, ЕБРР, МВФ – должны принять решение о выделении денег на поддержку национальных банков в материнских странах. В свою очередь, эти средства получат местные банки в ЕС, которые затем смогут реализовать механизм “списания” долгов своих дочек в Украине.

Законодательная помощь

Пока глобальные сценарии с решением проблем долгов перед банковской системой не рассматриваются, банкиры ожидают принятия законов, которые могу упростить их работу с должниками.

Так, в Укргазбанке говорят о необходимости внесения правок в закон “О моратории на взыскание имущества граждан Украины, предоставленного как обеспечение по валютным кредитам”. “Этот закон фактически приостановил все процессы взыскания задолженности по валютным кредитам физических лиц. Таких кредитов у Укргазбанка – почти 88 %. Необходимо вносить изменения в данный закон, либо урегулировать порядок взыскания отдельным законодательным актом. Нужно принять закона “О реструктуризации валютных кредитов” для решения проблем валютных вкладчиков и банков”, – настаивают в Укргазбанке.

Вместе с ним, банкиры говорят о своевременности отмены моратория на принудительную реализацию ипотеки. “Это мораторий не решает вопросов должника. Поскольку право требования остается, задолженность по процентам растет, неустойки тоже растут. Все это приводит к тому, что, теоретически, подлежащий урегулированию в течение года вопрос становится невозможным к добровольному урегулированию из-за неподъемной суммы долга”, – рассказывает Юрий Грачев из Альфа Банка.

Банкир также уточнил, что причины введения моратория очевидны – отсутствие платежей по этим договорам, необходимость увеличения резервов под кредитные потери и списание безнадежных кредитов, являющиеся прямыми убытками банков. “И, наконец, мораторий негативно влияет на инвестиционную привлекательность государства – давайте подумаем, кто готов развивать финансовый бизнес в стране, где права кредитора имеют нулевой уровень защиты?”, – уточнил Грачев.

Решение проблемы банкиры видят и в отмене отдельных норм закона “О восстановлении платежеспособности должника или признания должника банкротов” – в части лишения обеспеченных кредиторов права влияния на процедуру банкротства путем участия в комитете кредиторов. В Укргазбанке объясняют, что такое положение дел фактически лишает банки возможности влияния на защиту их прав при банкротстве должников и реализации их имущества.

Уже несколько лет рынок рассчитывает на появление законодательства по защите прав кредитора. Председатель правления банка “Кредит Днепр” Елена Малинская считает, что действенным методом в работе с проблемной задолженностью может стать принятие специального законодательства, защищающего кредиторов. “По состоянию на сегодня, банки крайне ограничены в своих правах, а у недобросовестных клиентов в свою очередь есть множество возможностей уйти от своих обязательств. Например, путем ухода в ликвидацию или банкротство, признания поручительства недействительным и так далее”, – говорит Малинская. До изменения этой картины непросто говорить о комплексных или эффективных решениях растущего портфеля проблемных долгов украинских банков.

Маргарита Ормоцадзе

По материалам РБК-Украина

finance

Опубликовано на сайте: 2016-06-03