Мировая экономика. Нечестная игра: кто инвестирует миллиарды в оборот спортивного допинга

Канун XXXI летней Олимпиады, которая стартует 5 августа в Рио-де-Жанейро, ознаменовался грандиозным допинговым скандалом вокруг спортсменов России. Допинг – безусловное зло и огромная проблема мирового спорта. Его применение искажает результаты спортивного состязания и несет вред здоровью спортсменов. При этом допинг представляет собой глобальный рынок, который оценивают в $  50 млрд ежегодно.

Все для победы

Современный спорт высших достижений – это большие деньги. Ради них недобросовестные спортсмены и тренеры нередко идут на применение допинга – природных, синтетических и наркотических веществ, которые способны улучшить работу организма спортсмена и оптимизировать результаты. Ежегодно на применении допинга попадаются до 2% спортсменов, сдавших пробы.

Основные виды допинга: стимуляторы, пептидные гормоны (гормоны роста), анаболические стероиды, диуретики (мочегонные), анальгетики (обезболивающие). Их применение зависит от задач, связанных с видами спорта. Так, в циклических видах (бег, велоспорт, лыжные гонки) важна выносливость – поэтому используются допинги типа эритропоэтина, который улучшает доставку кислорода к мышцам. Именно в применении эритропоэтина в 2012 году был уличен и пожизненно дисквалифицирован легендарный американский велогонщик Лэнс Армстронг. Анаболические стероиды применяют для наращивания мышечной массы, а диуретики – для сгонки веса, а также для вывода из организма других запрещенных средств.

В списке запрещенных препаратов Всемирного антидопингового агентства (ВАДА) сегодня находится свыше 200 наименований. Некоторые средства спортсменам запрещают принимать только во время соревнований, но разрешают в период тренировок.

Если в организме спортсмена допинг-тест обнаруживает запрещенные препараты, то виновного дисквалифицируют. В первый раз – на 2 года, а при повторном нарушении – от 4 лет и пожизненно.

Собственно, большинство веществ, относящихся к допингу, являются медицинскими средствами, лекарствами. Но переходя в плоскость спорта, они попадают под запрет – официально после достаточно длительного мониторинга со стороны ВАДА, когда выясняется, что препарат оказывает на организм такое действие, которое может дать спортсмену преимущество во время соревнований.

Яркий свежий пример – злополучный мельдоний (милдронат). Препарат, который поддерживает энергетический метаболизм сердца, был синтезирован в Латвии в конце 1970-х годов, в 1984 – разрешен к применению, в 2012-м включен в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов. А с 1 января 2016 года запрещен ВАДА как допинг. Самой знаменитой жертвой мельдония стала российская теннисистка Мария Шарапова. Признание в употреблении мельдония, помимо двухлетней дисквалификации, стоило ей 0 млн – после разрыва рекламных контрактов с крупными брендами. Зато продажи мельдония в аптеках после скандала выросли в 20 раз.

Допинг – бич мирового спорта. Ставки высоки, а возможности человеческого организма не безграничны. И в борьбе за результат постоянно идут попытки искусственного стимулирования. Фармакологическая наука ведет поиски все новых и новых препаратов, пытаясь играть с ВАДА на опережение: пока препарат неизвестен, он не может быть запрещен. Также ведутся разработки методов заблаговременного выведения допинга из организма перед соревнованиями – чтобы не попадаться на тестах. Заочное соревнование производителей и потребителей допинга с антидопинговыми службами идет с не меньшим упорством, чем состязания атлетов на аренах. (См. таблицу «Топ-10 стран по допинг-случаям»).

История вопроса

Допинг по сути ровесник спорта. Известно, что еще во времена античных Олимпиад участники гонок на колесницах подкармливали своих лошадей травами, обладавшими возбуждающими свойствами.

Современная история подтвержденных случаев применения допинговых средств ведется с 1865 года, когда британские мастера спортивной ходьбы признались в использовании опиатов. На Олимпиаде 1904 года в Сент-Луисе еле спасли победителя-марафонца Томаса Хикса, который «заправился» смесью бренди, кофеина и стрихнина.

Первый официальный запрет на использование искусственных стимуляторов в спорте приняла в 1928 году Международная федерация легкой атлетики. В «достероидную» эпоху нечестные спортсмены преимущественно пользовались широко доступными тогда кокаином и стрихнином. В 1935 году был изобретен синтетический тестостерон, благодаря которому нацистская Германия блестяще выступила на домашней Олимпиаде 1936 года в Берлине. В годы Второй мировой войны в спорт пришли из армии разработки врачей для повышения выносливости солдат – стимуляторы нервной системы амфетамины.

В 1958 году американский врач Джон Зиглер синтезировал первый анаболический стероид – дианабол, который стали применять тяжелоатлеты и бодибилдеры. В 1960 году была зафиксирована первая смерть, связанная с допингом: датский велосипедист Кнут Йенсен упал на 100-километровой гонке в Риме, в его крови нашли следы амфетамина. А в 1967 году состоялась самая резонансная смерть от допинга: британский велосипедист Томми Симпсон скончался во время 13-го этапа гонки «Тур де Франс». Причина смерти: амфетамины с коньяком.

После смерти Симпсона в 1967 году при Международном олимпийском комитете (МОК) была создана комиссия по борьбе с допингом, которую возглавил бельгийский принц Александр де Мерод. На первых порах эта комиссия не имела ни средств, ни аппаратуры, ни дисциплинарных прав, и занималась только мониторингом случаев применения допинга. Поводов было немало: американские, советские и немецкие (ГДР) специалисты наперегонки разрабатывали новые стимуляторы. Начало работы комиссии ознаменовалось примечательной историей: американцы предоставили ей аппаратуру, которая могла определять в пробах крови и мочи популярный тогда допинг – метандростенол. Добрая воля специалистов из США объяснялась тем, что они уже разработали для своих атлетов новый анаболик – станозолол, а их главные конкуренты тренировались на метандростеноле.

На Олимпиаде 1968 года в Мехико впервые были введены проверки на допинг, и случилась первая дисквалификация (шведская сборная по пятиборью лишилась бронзовых медалей). В 1972 году начались широкие проверки олимпийцев на наркотики и стимуляторы. В 1975 году МОК запретил анаболические стероиды.

На Олимпиаде 1988 года в Сеуле случился самый громкий допинговый скандал того времени: канадский спринтер Бен Джонсон был лишен золотой медали в беге на 100 метров за применение станозолола.

Всего, начиная с 1968 года, олимпийских медалей из-за допинга были лишены 63 спортсмена. В их числе есть и украинцы: в Афинах-2004 – Юрий Белоног (толкание ядра, золото) и женская четверка в академической гребле; в Пекине-2008 – Людмила Блонская (легкоатлетическое семиборье, серебро). (См. таблицу «Топ-5 видов спорта – лидеров по отобранным из-за допинга олимпийским медалям»).

Из-за системного применения допинга и последующих скандалов понятия «болгарские штангисты» и «легкоатлеты ГДР» в свое время стали нарицательными. Но в канун игр в Рио 2016 года все предыдущие скандалы своим масштабом перекрыло разоблачение массовых фальсификаций допинг-проб российских спортсменов на зимней Олимпиаде 2014 года в Сочи. Причем главным криминалом стало участие в этой афере государственных структур РФ – Министерства спорта и ФСБ.

Пойман – вор

В 1999 году было создано агентство ВАДА, которое стало главным международным органом по системной борьбе с допингом. По словам бывшего председателя комитета спортсменов ВАДА Вячеслава Фетисова, причиной создания агентства стало то, что МОК, как общественная организация, уже был не в состоянии бороться с допингом прежними методами. Требовалась поддержка государственных органов, в том числе – Интерпола и других полицейских структур. Потому что иметь дело приходится с организованной преступностью аналогичной наркоторговле.

Сегодня ВАДА объединяет около 600 различных структур, включая международные и национальные федерации по видам спорта, а также правительственные организации различных стран. С 2002 года штаб-квартира ВАДА находится в Монреале (Канада), президентом ВАДА с 2014 года является британец Крейг Риди.

В 2004 году во время Олимпиады в Афинах был принят действующий Всемирный антидопинговый кодекс. На его основе в октябре 2005 года на Генеральной ассамблее ЮНЕСКО в Париже была принята Международная конвенция против допинга в спорте, которую подписали представители 191 страны мира.

Представители ВАДА осуществляют системные проверки атлетов на допинг – как во время соревнований, так и в любой другой период времени. Уклонение от сдачи пробы влечет за собой самые суровые последствия – дисквалификации и штрафы. Список запрещенных препаратов постоянно мониторится и пополняется. Существуют различные исключения и процедуры для применения лекарств спортсменами в случае медицинской необходимости (например, астматики). Вообще вся деятельность ВАДА тщательно регламентирована и расписана до мельчайших деталей.

Бюджет ВАДА, который сегодня составляет около млн в год, наполовину формирует МОК, и наполовину – правительства стран-участниц. В частности, взносы крупных стран – основателей ВАДА составляют $  750 тыс. Совместную структуру МОК и ВАДА – Фонд антидопинговых исследований (Anti-Doping Research Fund) также финансируют МОК ($  10 млн) и правительства стран-участниц ($  6 млн).

Президент МОК Томас Бах провозгласил борьбу с допингом одним из главных приоритетов в своей работе. Хотя МОК принял компромиссное решение по поводу допуска на Олимпиаду в Рио спортсменов России – по усмотрению профильных международных федераций, ВАДА продлило мандат на работу независимой комиссии Ричарда Макларена, которая расследовала махинации с допинг-пробами на играх в Сочи-2014. Работа будет продолжена, как только комиссия найдет необходимые средства для обеспечения своей деятельности – $  1,3 млн.

Цена вопроса

Если цифры финансирования ВАДА являются открытыми и корректными, этого невозможно сказать, когда речь идет об оборотах допинга. Допинг – это абсолютный криминал, явление того же порядка, что наркоторговля или коррупция, с тем же градусом конспиративности, когда все суммы являются оценочными. И, разумеется, никакие аудиторские компании, ведущие оценку мирового спортивного рынка, не включают в нее тему допинга.

Примерный объем мирового розничного рынка допинга, по оценке итальянского эксперта Алессандро Донати, находится в районе $  50 млрд (см. таблицу «Структура мирового рынка допинга»).

Для сравнения, розничный рынок кокаина, по оценке Управления ООН по наркотикам и преступности, равен $  85 млрд, а рынок опиатов – $  68 млрд. То есть, порядок цифр вполне сопоставим.

В силу больших денежных объемов и нелегального характера производства, доставки и дистрибуции, допинговым бизнесом занимаются глобальные криминальные структуры. Значительная часть сырья (химических порошков), необходимого для производства запрещенных препаратов, поступает из Азии. Основной рынок делят между собой Китай, Индия и Таиланд – страны, где хорошо развита фармацевтическая промышленность при наличии дешевой рабочей силы.

По данным экспертов ВАДА, сырье для допинга как правило изготавливают не в промышленных, а в лабораторных масштабах – на небольших частных фабриках. Прибыль таких производств в десятки раз превышает затраты на выпуск продукции. В среднем норму прибыли производителей сырья для допинга оценивают в 900%.

Производство и фасовка непосредственно препаратов осуществляется в подпольных лабораториях в разных странах мира. Принцип производства и распространения практически такой же, как у наркодилеров. Правда, допинг, в отличие от тяжелых наркотиков, можно легально приобрести в интернет-магазинах – когда речь идет о спортсменах-любителях, которые не участвуют в соревнованиях, а тренируются для себя и, соответственно, не подпадают под внимание ВАДА. Годовой доход одного интернет-магазина, продающего допинг-препараты, может достигать $  40 млн. Кроме того, нередко точками распространения допинга выступают фитнес-центры. Именно любители, прежде всего – бодибилдеры, составляют основной контингент потребителей допинга.

Сегмент профессиональных спортсменов на рынке допинга Алессандро Донати оценивает в $  15 млрд. Здесь активную роль в распространении играют так называемые «черные врачи». Они представляют своего рода премиум-сегмент рынка – небольшое число дистрибьюторов и высокие цены для состоятельных клиентов. Самыми известными из таких персонажей стали Виктор Конте («Дело BALCO») и Эуфемиано Фуэнтес («Операция Пуэрто»).

Виктор Конте – основатель и владелец скандально известной лаборатории Bay Area Laboratory Cooperative (BALCO), которая на бумаге продавала пищевые добавки, а на деле обеспечивала запрещенными препаратами известных спортсменов. Среди клиентов Конте была спринтер Мэрион Джонс, лишенная на Олимпиаде в Сиднгее-2000 трех золотых и двух бронзовых медалей. По результатам расследования Конте был приговорен к четырем месяцем тюрьмы (2007 год). Сегодня он помогает ВАДА выявлять случаи применения запрещенных препаратов.

Испанский доктор Эуфемиано Фуэнтес скандально прославился после «Операции Пуэрто» – расследования испанской полиции в отношении допинговой системы в велоспорте. В 2006 году в лаборатории Фуэнтеса полиция обнаружила тысячи доз анаболиков, пакеты с кровяными препаратами – для последующих переливаний и аппаратуру для их синтезирования и переливания. Клиентами Фуэнтеса оказались многие ведущие велогонщики мира. В частности, итальянский велогонщик Иван Бассо впоследствии признался, что в 2005 году заплатил за допинг доктору Фуэнтесу 94 тыс. EUR.

Средний годовой доход «черного врача» с одного элитного спортсмена Алессандро Донати оценивает в $  30 тыс.

Украинский допинг – не только сало

Украина присоединилась ко всем международным документам, направленным на борьбу с допингом: в 2001 году наша страна ратифицировала Антидопинговую конвенцию Совета Европы, а в 2004 – Дополнительный протокол к ней. В 2006 году Украина одной из первых ратифицировала Международную конвенцию о борьбе с допингом в спорте ЮНЕСКО.

Для имплементации вышеназванных документов Украина в 2001 году приняла Закон «Об антидопинговом контроле в спорте», вследствие которого в 2002 году был создан Национальный антидопинговый центр (НАДЦ). В силу ограниченных средств, о которых только говорят (никаких открытых данных о бюджете НАДЦ обнаружить не удалось. – Ред.), но нигде не приводят, центр преимущественно занимается просветительской работой. В структуре НАДЦ находится лаборатория антидопингового контроля, которая пока еще не имеет аккредитации ВАДА. В 2015 году НАДЦ разработал и согласовал с ВАДА Антидопинговые правила, к которым присоединились все спортивные федерации Украины.

Украинские спортсмены сегодня находятся в таких же отношениях с допингом, как и все остальные. Кто-то применяет на свой страх и риск, кто-то попадается и лишается завоеванных медалей и прав участвовать в турнирах. Помимо упомянутых выше Юрия Билонога и Людмилы Блонской, на ОИ-2012 в Лондоне на разных допингах попались четыре украинских спортсменки (пловчиха Ольга Береснева, легкоатлетки Анжелика Шевченко и Светлана Шмидт, семиборка Людмила Йосипенко), в Сочи-2014 – двое: лыжница Марина Лисогор (триметазидин) и биатлонист Сергей Седнев (эритропоэтин).

Украинцы оказались и в числе жертв мельдония, в частности, на Олимпиаду в Рио не были допущены борцы Ален Засеев, Андрей Квятковский и Оксана Гергель.

Крайне скептически оценивает работу НАДЦ президент Федерации спортивного права Украины Александр Кошевой, который отмечает полное институциональное несоответствие борьбы с допингом в Украине требованиям ВАДА. В частности, он указывает на устаревшую норму Уголовного кодекса, предусматривающую ответственность за применение допинга – ст. 323, которая уже более десяти лет апеллирует к несуществующему антидопинговому кодексу Олимпийского движения. То есть, имеет отсылку к акту, которого не существует.

«Министерство спорта финансирует лабораторию, результаты которой заведомо неприемлемы и не имеют абсолютно никакого значения с точки зрения WADA, — говорит Кошевой. – Тем не менее, в отсутствие собственной, аккредитованной ВАДА, лаборатории, рудиментарная система борьбы с допингом в Украине финансируется с размахом даже по нынешним временам. По сути, в отсутствие механизмов и процедур в Украине происходит имитация борьбы с допингом за счет госбюджета, а авторитет и престиж страны чиновники умудряются разменивать на дешевый собственный пиар».

По мнению Александра Кошевого, изменить ситуацию можно, начав выстраивать механизмы и институты борьбы с допингом, работающие в обществе, которое признает спортивную конкуренцию по правилам честного соперничества.

Игорь Левенштейн

finance

Опубликовано на сайте: 2016-08-05