Украина. Налоговая реформа: фискалам – неограниченные полномочия, налогоплательщикам — ответственность

В комитете ВР по вопросам налоговой и таможенной политики до сих пор не принято решения относительно двух правительственных законопроектов о внесении изменений в Налоговый кодекс — №5132 и №5368. В этой связи в комитете договорились в ближайшие пару недель поработать над законопроектами в рабочих группах.

Новое в законопроектах

В законопроекте №5132 добавился немалый блок изменений, связанных с повышением вдвое минимальной зарплаты. Например, предлагается в два раза сократить размеры штрафов за неподачу или несвоевременную подачу налоговой отчетности или невыполнение требований о внесении требований в налоговую отчетность о трансфертном ценообразовании, выраженные в минимальных зарплатах. То есть с учетом роста минималки, штрафы предлагается оставить на прежнем уровне. Странно, но эта норма гармоничнее смотрелась бы в законопроекте №5368 – раз уж Кабмин решил подавать 2 отдельных законопроекта. Однако это и ряд других изменений, связанных с минимальной зарплатой, почему-то решено было «втюхать» именно в проект №5132.

Согласно еще одной, явно административной норме, предполагается ограничить 60 календарными днями срок документальных проверок налогоплательщика, подавшего декларацию с заявкой на бюджетное возмещение по операциям до 01.07.15 г. и/или по операциям с сельхозпроизводителями до 01.01.17 г.

Что касается собственно повышения налоговых ставок, под что этот законопроект был «заточен» изначально, то новинкой является рост на 12% ставок экологического налога, на 10,4% — ряда ставок рентной платы за пользование недрами, а также водой и лесом, чего не было в предыдущей версии – видимо, по техническим причинам. Ряд позиций платы за пользование радиочастотным ресурсом пересмотрен в сторону повышения в сравнении с сентябрьской версией. Двукратное повышение рентной платы за транзит аммиака, которое принимается явно с целью занижения приватизационной стоимости ОПЗ, сохранено.

Ну а тот факт, что пояснительная записка «ресурсного» по своей сути законопроекта не содержит не только расчетов, но даже приблизительной оценки ожидаемых дополнительных поступлений, многое говорит о качестве подготовки документа. Равно как и то, что некоторые нормы прописаны сразу в двух законопроектах, подготовленных Минфином (например, возобновление действия пп. 200.11 и 200.14 Налогового кодекса о документальных проверках бюджетного возмещения)! Похоже, в министерстве левая рука не знает о том, что пишет правая…

А вот из законопроекта №5368 неожиданно выпала норма об ускоренной амортизации основных средств групп 3, 5-8 и 16, она оставлена только для группы 4. Исчезновение странное не только с той точки зрения, что Кабмин как бы поддержал полную версию ускоренной амортизации, но и с той, что при продвижении законопроекта именно эта норма активно использовалась Минфином в целях PR.

Операции с металлоломом и макулатурой в последний момент решили освободить от НДС – очевидно, в целях сохранения хоть какого-то сырья для отечественных производителей. Плюс появилась норма об освобождении от НДС операций по поставке (в т.ч. импорту) оборудования, определенного ст.7 Закона «Об альтернативных видах топлива».

Чего нет

Однако более важным является то, почему в представленных законопроектах так и не появились (особенно на фоне вводимых новаций) изменения с целью нормализации ситуации в администрировании налогов.

Во-первых, нет норм, предусматривающих ответственность должностных лиц ГФС и материальную ответственность государства за неправомерные действия (неправомерно принятые решения) и/или бездействие контролеров. Именно это сегодня помогает фискалам творить полнейший беспредел: не выполнять законодательно установленные нормы по возврату переплат и возмещению НДС (хотя бы нормального порядка начисления и выплаты пени за несвоевременный возврат таких сумм нет и не предвидится; а вот Нина Южанина, председатель комитета ВР по вопросам налоговой и таможенной политики, утверждает, что многие предприятия ее получают — но только в отношении несвоевременного возмещения НДС и только по специальным решениям судов), в ручном режиме вмешиваться в работу системы электронного администрирования (СЭА) НДС, массово расторгать договора о подаче электронной отчетности, принимать абсурдные решения по итогам проверок и т.п. Теперь же предлагается узаконить право фискалов останавливать регистрацию налоговых накладных в Едином реестре (ЕРНН). При отсутствии ответственности государства и мытарей это может привести к фантастическому увеличению и без того немалого объема незаконных действий с их стороны – коррупции, препятствованию работе добросовестных субъектов хозяйствования и т.д.

Стоит также добавить, что авторы этой дивной инициативы поставили во главу угла для определения рисковости налоговой накладной код УКТВЭД товара и/или код классификатора услуг, что само по себе является абсурдом: значительная часть компаний никак не связана с УКТВЭД и просто непонятно, как будет определять код – это непросто сделать и самим участникам ВЭД, и даже таможенникам. Дело усугубляется еще и «древностью» классификатора услуг. А возражения авторов о том, что указание неправильного кода не будет приводить к штрафам, не выдерживают никакой критики: во-первых, штрафов не будет только до 01.01.18 г., во-вторых, хватит и того, что якобы неправильный код станет основанием для блокирования налоговой накладной, проверки т.п.

Еще один «анекдот» от авторов изменений – принцип коллегиальности принятия решения относительно заявления налогоплательщика о прекращении блокирования накладной, которое должно приниматься некоей комиссией органа ГФС. Для людей, не прибывших с Марса и не занимающихся выращиванием «сферических коней в вакууме», очевидно, что эта комиссия будет ширмой для принятия решения руководителем. Именно такой смысл в ее функционирование на самом деле и закладывается.

Не выдерживает критики аргумент авторов, что новая система в системе создается для защиты невиновных налогоплательщиков – мол, к ним не будут приходить с проверками и их не будут пытаться подвергать санкциям по цепочке поставщиков. На самом деле как раз добросовестный плательщик, в случае блокирования регистрации налоговой накладной его контрагента, автоматически попадает под запрет на налоговый кредит по соответствующей операции. То есть заплатит не НДС, а налог с оборота по ней по ставке 20%!

Во-вторых, среди изменений появилась вполне прогрессивная норма о внедрении единого открытого автоматического реестра заявлений о возврате сумм бюджетного возмещения НДС. Данные этого реестра и должны стать основанием для проведения возмещения органами Госказначейства. Коррупционный же механизм подтверждения права на такое возмещение путем выписки заключения органа ГФС должен кануть в лету.

Но при ближайшем рассмотрении и тут все не так радужно. Прежде всего, единый реестр — не совсем единый. Авторы предлагают создать еще один реестр – сумм, заявленных к возмещению до 01.02.16 г. (почему именно до этой даты – загадка) и не возмещенных по состоянию на 01.01.17 г. Для возмещения по этому реестру предлагается использовать суммы, заложенные в бюджет на соответствующий год. Можно не сомневаться – это означает заморозку указанных сумм к возмещению на неопределенный срок.

Возникает вопрос: если авторы решили бороться с коррупционной системой выписки заключений на возмещение НДС, почему они не пошли аналогичным путем в отношении не менее коррупционной системы возврата переплат?

Ведь там ровным счетом то же самое –тоже можно было бы создать единый открытый автоматический реестр заявлений на возврат переплат и перечислять ошибочно и/или излишне уплаченные суммы на счета плательщиков именно на его основании. То же самое в равной степени касается и вопроса введения подобного реестра судебных решений в спорах ГФС и налогоплательщиков.

В-третьих, выше уже было указано, что ГФС в течение этого года активно применяет незаконную практику одностороннего расторжения договоров о подаче электронной отчетности. Кроме того, ГФС в ручном режиме вмешивается в работу СЭА. Наконец, у ГФС постоянно возникают технические проблемы с приемкой электронной отчетности и регистрацией налоговых накладных – иногда сервера «висят» неделями. В этих условиях «прекрасно» действует норма, согласно которой налогоплательщику безапелляционно начисляется штраф за несвоевременную регистрацию налоговой накладной.

Причем немаленький – в размере 10-40% от суммы НДС в несвоевременно зарегистрированной накладной. Но ведь при расторжении договора плательщик при всем желании не может зарегистрировать накладную! Подобное может случиться и по другим вышеописанным причинам, но главной проблемой является именно практика незаконного одностороннего расторжения договоров со стороны ГФС.

Видится абсолютно логичным однозначно запретить фискалам делать подобные фокусы – а лучше вообще отказаться от практики заключения таких договоров, дабы не создавать им соблазн для незаконных действий. А до тех пор отменить штрафы за несвоевременную регистрацию налоговых накладных. То есть, например, если изменения в Налоговый кодекс каким-либо образом лишат фискалов возможностей для вышеописанных действий с 01.01.17 г. — перенести срок начала применения этих штрафов именно на эту дату.

В-четвертых, авторы не озаботились реформированием существующих абсурдных налогов: в частности, на недвижимое имущество и розничного акциза. Налог на недвижимое имущество, привязанный к квадратным метрам площади, а не к оценочной стоимости недвижимого имущества, абсурден изначально. Тут и обсуждать нечего. Розничный же акциз, который вводился как некий налог с продаж для подакцизных товаров, также себя явно не оправдал.

Даже фискалы признают фантастические объемы уклонений от уплаты этого налога – особенно в части его взимания с топлива. Куда логичнее было бы отказаться от него, а поступления заменить повышением «обычных» акцизов на топливо. Расчеты экспертов, работающих на этом рынке, показывают, что замена розничного акциза в размере EUR0,042 евро за 1 литр на поднятие «обычного» акциза на EUR 0,02625 евро за 1 литр с лихвой перекроет бюджетные поступления. Эти расчеты демонстрируют, что объемы уклонения от уплаты розничного акциза достигают 40%!

В пользу такой идеи говорит и введение дорогой и сложной системы электронного администрирования «обычных» топливных акцизов – разумно использовать ее на полную катушку. В плюсы можно записать и выравнивание конкуренции на рынке.

Что же касается того, что розничный акциз является источником поступлений для местных бюджетов, то эта проблема легко решается путем введения, например, расщепления между бюджетами «обычных» акцизов.

Сергей Саливон

Опубликовано на сайте: 2016-12-01