Украина. Как изменит страну национализация ПриватБанка

Национализация крупнейшего ПриватБанка может стать точкой отсчета для кардинальных изменений на финансовом рынке страны. Доля государства в банковской системе за один день выросла с 30% (407 млрд гривен чистых активов) до почти 50% (после покупки «Привата» этот показатель составил более 676 млрд гривен). В наблюдательный совет «Привата» вошли представители Европейского банка реконструкции и развития и Международного валютного фонда, получив доступ к информации обо всех операциях в банке, включая определенную неформальную часть.

К тому же «Приват» был активным игроком на неорганизованном рынке ценных бумаг, участвуя во множестве сфер жизни страны. Куда зачастую не впускали официальных представителей государств, тем более – международных партнеров или контролеров. Анализ главных последствий национализации ПриватБанка – в материале Forbes.

Сама по себе национализация банка не является событием, выходящим за рамки привычного. В кризисные 2008-2009 годы Украина уже входила в капитал банков, выкупив Укргазбанк, «Киев» и «Родовид». Из этих учреждений самый успешный – «Укргаз», оставшийся после национализации полноценным игроком на рынке как банковских услуг, так и платежных технологий. В договорах между Украиной и международными донорами время от времени появляется рекомендация продать национализированные учреждения, благо в мире есть примеры очень удачных сделок.

Например, во время кризиса 2008-2009 годов Великобритания национализировала Northern Rock, Bradford & Bingley и Bank of Scotland, а Германия купила 25% акций Commerzbank. После кризиса и падения фондового рынка начала 1980-х в Израиле государство национализировало большинство банков. Это спасло учреждения, которые со временем были приватизированы. Один из крупнейших банков Израиля – «Апоалим», что в переводе с иврита означает «банк трудящихся», был выкуплен семьей американско-израильских бизнесменов Арисон, и контролируется Шери Арисон (329-е место в глобальном рейтинге Forbes и 1-е место в списке Forbes самых богатых израильтян) и ее братом Мики Арисоном (61-я строка в списке Forbes 400).

Управляющий директор Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) в странах Восточной Европы и Кавказа Франсис Малиж, назначенный в новый наблюдательный совет ПриватБанка, в эксклюзивном интервью Forbes рассказал, что сейчас новое правление и набсовет будут анализировать положение вещей в банке, а до возможной перепродажи банка новому частному инвестору может потребоваться 4-5 лет. Главный вопрос – будет ли к этому времени, что продавать?

Корпоративные кредиты и суды в Лондоне

Бизнес ПриватБанка состоит из нескольких весомых частей. Корпоративные кредиты, розница, «Приват24», сеть терминалов, деньги инсайдеров и так далее. Каждая из этих частей играет свою роль в истории «Привата» и может быть интересна разным игрокам.

На 1 декабря кредитный портфель банка превышал 200 млрд гривен, тогда как все кредиты банковской системы на эту дату – свыше 966 млрд гривен. Это означает, что у «Привата» сконцентрирована почти 1/5 всех кредитов, выданных в Украине.

Наиболее спорным и скандальным является корпоративный кредитный портфель – 175 млрд гривен на 1 декабря 2016 года (для сравнения – кредитный портфель всей системы превышал 810 млрд гривен). За последние полгода было высказано несколько официальных заявлений об этом портфеле. Сначала в Wall Street Journal со ссылкой на НБУ было озвучено, что доля займов связанным лицам составляет 40%. В дни накануне вхождения Фонда гарантирования вкладов в «Приват» уже озвучивалось, что 97% кредитов юрлицам выданы на компании, связанные с акционерами самого банка.

«Мне хотелось бы увидеть баланс банка, который будет сформирован новым правлением. Но если через некоторое время в балансе, с учетом сформированных резервов, мы не увидим подтверждения словам НБУ, у очень многих возникнут вопросы к природе обвинения в сторону «Привата». На такой баланс нужен максимум месяц, от силы – время до конца первого квартала, – отмечает экс-член Совета НБУ Василий Горбаль. – У НБУ на сайте опубликованы безнадежные кредиты «Привата» – это 23 млрд гривен. Не 146 млрд гривен, как говорят в НБУ же».

Forbes проверил информацию по текущему состоянию некоторых из уже озвученных в СМИ крупных клиентов «Привата», получавших кредиты от 1 млрд гривен и больше. Оказалось, что такие компании, как ООО «Натель», ООО «Зебрина», ООО «Пальмира Трейдинг», получавшие кредиты от 1 млрд гривен и выше, начали процедуру банкротства.

Относительно многих инсайдерских кредитов могут возникнуть вопросы с платежами по долгам. Может начаться конфликт, вплоть до разбирательств в Лондонском суде. От такого развития событий в убытках будет сам банк, поскольку «инсайд» нужно будет списать – если иное не предусмотрено договором, по которому «Приват» перешел из собственности Игоря Коломойского, Геннадия Боголюбова и других акционеров Министерству финансов Украины. В случае скандалов дело может дойти аж до привлечения к ответственности нынешних высокопоставленных чиновников.

Валюта и девальвация

Одним из самых жестких последствий вхождения государства в акционеры ПриватБанка может стать резкая девальвация. Уже в конце прошлой недели клиенты «Привата» не могли нормально получить или даже заказать валюту: в банке говорили, что она выдается по мере появления в отделениях. Ввиду того, что многие из депозитов украинцев в банке были размещены именно в валюте, часть их могут конвертировать в гривну принудительно.

Как писал в материале для Forbes финансовый аналитик Анатолий Дробязко, «пассивы и активы юридических лиц в валюте в целом у ПриватБанка эквивалентны, а владельцы бизнесов закрыли валютные обязательства и перешли в гривну. Такое бывает только тогда, когда бизнес в ближайшей перспективе ожидает резких девальвационных рывков. В активах банка $2,5 млрд кредитов были заменены на 67 млрд грн, что почти эквивалентно по обменному курсу».

Огромная докапитализация, которая, по словам руководства НБУ, нужна банку, станет одним из факторов, оказывающих негативное давление на курс гривны. Франсис Малиж говорит, что так как due diligence банка еще не проводился, говорить о точных масштабах денег, которые потребуются «Привату», преждевременно.

Глава совета НБУ Богдан Данилишин уверил Forbes, что пока не видит предпосылок для девальвации гривны, а совет НБУ будет детально изучать вопрос, связанный с «Приватом», в феврале.

До конца января банки закрывают годовые отчеты, и банковское лобби будет удерживать текущий курс всеми силами. То есть очередной скачек с обесцениванием гривны Украина может ощутить уже в феврале 2017-го.

Мышеловка для тени

Некий «банк П» много лет был притчей во языцех в налоговой полиции как активный участник разнообразных схем. Ни для кого не секрет, что «Приват» всегда был вовлечен и в неорганизованный рынок торговли ценными бумагами. Миллионы украинцев, которые занимаются разнообразной деятельностью – от мелкого незарегистрированного домашнего бизнеса до сбора пожертвований – получают потоки кэша на свои карточные счета в «Привате». Как минимум логично, чтобы у всех международных доноров, таких как МВФ, возникли требования «разобраться», и «привлечь к ответственности» всех «виновных».

Болезненными могут стать и социальные последствия, если налоговая решит проводить показательные процессы с теми, кто не имеет возможности себя защитить. Поскольку в своей политике МВФ не руководствуется социальными интересами граждан, то в сложной ситуации могут оказаться наиболее незащищенные слои населения, которые использовали «Приват» как расчетный банк.

Отметим, что во время фискальной реформы в Грузии доходило даже до арестов пенсионерок, торговавших на базаре, и давления на самые малоимущие слои населения. Разумеется, исключения будут делаться высокопоставленным коррупционерам, которые имеют шансы и компетенции, необходимые международным донорам при работе с финансовыми потоками в таких странах, как Украина.

Франсис Малиж на вопрос о тени заявил, что в ЕБРР ничего не знают об этой проблеме. «Но очевидно, что вся Украина хочет перейти в другую систему взаимоотношений, где все люди платят налоги, в которой государственный административный аппарат и чиновники не коррумпированы, и где банковская система не используется для отмывания денег», – рассказал Малиж в интервью Forbes.

Напомним, «Приват» был активным участником схемы по докапитализации через альпийские банки, и держал счета в таких банках, как EastWest и Winter. ПриватБанк владеет также филиалом на Кипре, и банком в Латвии. Например, на 1 декабря на кипрском филиале «Привата» числились активы в 23,7 млрд гривен и кредитный портфель в 9,8 млрд гривен.

Оба эти бизнеса – как кипрский, так и латвийский – штрафовались иностранными финансовыми регуляторами по обвинению в отмывании денег. Теперь эти бизнесы, а также информация об их клиентах стала доступна Украине. Детально о том, как развивался PrivatBank в Латвии и почему его оштрафовали на 2 млн евро, читайте в январском номере журнала Forbes.

Розница и платежи

Одним из самых привлекательных бизнесов у «Привата» является розница. Это тысячи зарплатных проектов, около 20 млн держателей карт, крупнейшая технологичная сеть терминалов. Свои сбережения в банке хранят миллионы украинцев, которые благодаря высоким процентам по вкладам (около 10% годовых в валюте, 21% в гривне), на эти самые проценты жили. На 1 декабря украинцы доверили «Привату» срочные вклады на более 114 млрд гривен.

Портфель кредитов физлицам в «Привате» – 30 млрд гривен, и это наиболее работоспособный портфель. По оценкам экспертов Forbes, проблемы с платежами могут возникнуть у около 30% физлиц-заемщиков – как по психологическим причинам, когда люди могут решить просто не отдавать деньги, так и по экономическим, например, если проценты погашались с валютного депозита в «Привате» же, выплата процентов по которому в валюте под вопросом.

К розничному бизнесу «Привата» всегда проявляли интерес многие другие банки. Так, среди конкурентов на этом рынке – государственные Ощадбанк и Укргазбанк, венгерский ОТП. По данным Forbes, интерес к рознице «Привата» могут проявить и в Альфа-Банке. В Ощадбанке, относительно которого озвучивался сценарий слияния с «Приватом», пока что не комментируют происходящее.

Еще один игрок, который может проявить интерес к ПриватБанку – экс-глава правления этого банка и экс-глава Национального банка Украины Сергей Тигипко. Сейчас он развивает свой Таскомбанк и может выкупить часть портфеля «Привата».

«Мы давно работаем на рынке покупки как корпоративных, так и розничных портфелей, активно сотрудничаем с Фондом гарантирования вкладов, внимательно изучаем предложения на рынке и всегда готовы рассматривать новые, – говорит первый заместитель председателя правления Таскомбанка Владимир Дубей. – Cамые ценные активы ПриватБанка – это профессиональный менеджмент, современные технологии и уникальные каналы продаж».

Для улаживания вопросов с ІТ, в том числе, на работу могут пригласить Дмитрия Дубилета, бывшего руководителя ІТ-департамента «Привата». Впрочем, корифеем приватовского ІТ является Александр Витязь, а сами легендарные ІТ-системы банка изначально выстраивались Никитой Волковым, который после ухода с поста CIO «Привата» перешел развивать ІТ к Герману Грефу в Сбербанк.

Деолигархизация

Установление государственного контроля над ПриватБанком, который был основной бизнес-империи двух богатейших украинцев – Геннадия Боголюбова и Игоря Коломойского – эксперты также называют частью процесса деолигархизации.

Процесс, о котором говорили представители США и Великобритании после Революции достоинства, с сокращением доли влияния олигархов на процессы в Украине, мог начаться с одного из самых агрессивных украинских предпринимателей, экс-губернатора Днепропетровской области Игоря Коломойского. Именно уменьшение влияния таких людей, как Коломойский, на украинскую политику и экономику напрямую озвучивалось как важное пожелание наших иностранных доноров.

«Основная концепция деолигархизации – в системе одинаковых правил. Это система, в которой одинаковые правила применяются и к Ринату Ахметову, и к парню, который работает в магазине «Продукты» через дорогу от посольства. Каждый должен иметь равные возможности работать и конкурировать. Политика не должна зависеть от больших бизнес-групп, которые просто пытаются защитить свои привилегии и ресурсы», – объяснял в интервью Forbes бывший посол США Джеффри Пайетт.

Банки много лет были центральными звеньями и расчетными центрами в бизнесах большинства украинских олигархов. За минувшие два года своих банков, ранее входивших в группу крупнейших финансовых учреждений страны, лишились такие видные украинские бизнесмены, как Константин Жеваго и Олег Бахматюк. Теперь к ним присоединились Коломойский и Боголюбов. В СМИ уже появились прогнозы о том, что работа банков других украинских олигархов – лишь вопрос времени.

Андрей Онистрат, Маргарита Ормоцадзе

По материалам Forbes.ua

finance

Опубликовано на сайте: 2017-01-04