Шесть мифов об инвестициях в Украину

Официальная статистика не отражает достоверных данных о поступлении и оттоке иностранного капитала, создает условия для политических спекуляций на темы инвестиций. На самом деле, внутренние инвестиции всегда в разы превышали иностранные, поэтому государству нужно привлекать инвестиции не в области или отдельные предприятия, а в инновации и производство продукта с высокой добавленной стоимостью.

Согласно первому мифу, в Украине якобы в течение последних двух лет произошел существенный отток прямых иностранных инвестиций (ПИИ): в 2014 – 11,3 млрд долл., в 2015 гг. – 3,2 млрд долл. На самом деле, эти цифры включают как реальные объемы поступлений и утечки капитала, так и курсовую разницу при девальвации гривны.

А статистика ПИИ у нас ведется по накопительному принципу. Каждый раз Госстат переоценивает весь иностранный капитал, который поступил в Украину за весь период независимости, по текущему курсу гривны к доллару США. Из отчета Госкомстата видно, что наибольшее влияние на эти показатели имеют именно курсовые разницы: по 12,4 и 5 млрд долл. соответственно.

Однако в течение этих двух сложных лет происходило и поступление иностранного капитала: в 2014 – 2,5 млрд долл. и 3,8 млрд долл – в 2015-м. Реальные оттоки же были незначительными: в 2014-м – 1,2 млрд долл. и 0,9 млрд – в 2015-м. В то же время, статистические данные этого не отражают ни по отраслевому, ни по региональному разрезам.

Сколько на самом деле поступает и уходит иностранного капитала, оценить почти невозможно. Объективно Украина остается привлекательной для иностранного бизнеса – как потребительский рынок и рынок квалифицированной недорогой рабочей силы. Кроме прямого инвестирования, инвесторы находят другие способы заводить сюда свои деньги. Например, предоставляют кредиты, обходя ограничения Национального банка о движении капитала.

Отчеты Госкомстата оказываются совершенно непригодными для анализа инвестиций, особенно в годы значительных курсовых колебаний. Государственные органы не в состоянии проанализировать, где состоялся реальный приток, а где – отток, и, как «слепые котята», не понимают ни последствий принятых решений, ни проблем инвесторов. А не можешь измерить – не сможешь и повлиять.

Недостатками статистической отчетности пользуются политики, которые спекулируют на теме иностранных инвестиций и манипулируют общественным мнением. На политических заявлениях и выросли мифы об инвестициях.

Совершенствование отчетов Госстата должно стать одной из задач для власти. Целесообразно подавать информацию по привлеченным ПИИ в отраслевом и региональном разрезе за отчетный период, в дополнение к накопленным объемов. И отдельно нужно показывать акционерный капитал, поступивший и убывший, а также изменения объемов капитала в соответствии с курсовой разницей.

Второй миф – иностранный инвестор является главным инвестором для Украины. Общее состояние капиталовложений в Украине определяют не ПИИ, а внутренние капитальные инвестиции, которых ежегодно вкладывается в среднем в 3-7 раз больше.

Так, за все годы независимости ПИИ поступило 45,2 млрд долл. (по состоянию на 01.10.2016). А в основной капитал только в одном 2008 г. было инвестировано 51,7 млрд долл. (272,1 млрд грн по курсу 5,27), из которых только 3% были средства иностранных инвесторов. И доля иностранного капитала в инвестициях в основной капитал остается неизменной – 2-3%. При более привлекательном инвестиционном климате в Украине поступления иностранного капитала ни разу не превышали рекордных 10,9 млрд долл. США, привлеченных в 2008 году.

Представители власти постоянно апеллируют именно к показателю ПИИ, отчитываясь о платежном балансе. Однако положительное внешнеторговое сальдо не означает, что валюта, которая зашла в страну, работает в экономике этой страны. Например, в 2016 году в основном средства иностранных инвесторов поступили в финансовый и страховой секторы в связи с требованиями НБУ по докапитализации банковской системы.

Государственная политика привлечения инвестиций должна больше внимания уделять созданию условий для внутреннего инвестирования в основной капитал. Тогда «подтянутся» и иностранные инвесторы.

Третий миф – большинство ПИИ в Украину являются кипрскими и имеют украинское происхождение. По статистике по состоянию на 1 октября 2016 инвестиций поступило из 125 стран мира. Из них 24,4% – с Кипра, 13,1% – из Нидерландов, 12,1% – из Германии, из России – 10,2%, из Австрии – 5,8%, из Британии – 4,2% и 4,0% – из оффшорных Виргинских островов. Действительно, с Кипра инвестируется в Украине больше, но не большинство, а треть всех ПИИ.

Смысл четвертого мифа заключается в том, что приватизация является эффективным инструментом привлечения иностранных инвестиций. По украинскому законодательству, действительно, иностранные граждане могут инвестировать через приобретение незапрещенного законом недвижимого или движимого имущества, в том числе через приватизацию. Однако уже сейчас можно констатировать, что ожидаемого от приватизации «повышения социально-экономической эффективности производства и привлечения средств для осуществления структурной перестройки национальной экономики» не произошло.

Во-первых, часто на приватизированных предприятиях, кроме смены собственника, или ничего в производстве не менялось, или, как в первые годы приватизации, производственные мощности «резались на металл», и промышленное предприятие превращалось в торговую площадку или склады для аренды.

Во-вторых, объемы инвестиционных обязательств владельцев приватизированных объектов за 21 год (с 1995-го) являются «каплей в море» по сравнению с инвестициями в основной капитал предприятий Украины 33,2 млрд грн против 3 трлн грн.

Добавьте к этому то, что объекты приватизировались преимущественно по заниженной цене вне конкурсов или аукционов – это третий фактор. На начало октября 2016 приватизировано 124 022 объекта, и только 20,9% из них – по конкурсу или на аукционах. Большинство – 55,7% предприятий – покупались по другим схемам. Пока ничего не изменилось.

В 2016 76,4% предприятий, выставленных на приватизацию, были выкуплены, 22,0% проданы на аукционах и только 1,7% – по конкурсу.

Четвертый фактор – деньги от приватизации не инвестируются в экономику: в создание новых активов или модернизацию других стратегических госпредприятий. По Бюджетному кодексу (ст.15), средства от приватизации направляются на покрытие дефицита бюджета. За период 1995-2015 гг. от приватизации поступило 63,8 млрд грн., которые каждый раз «проедались» в тот самый год, когда и поступали в госбюджет.

В этом году на экономику никак не повлияло то, что провалился план Министерства экономического развития и торговли привлечь 5 млрд долл. ПИИ от приватизации. Однако, может так и лучше, чем продавать активы за бесценок в условиях кризиса.

Вследствие «проедания» средств от приватизации, вместе с активами государство потеряло возможность влиять на развитие экономики. Ведь государство, пренебрегая другими формами привлечения частного хозяина (концессия, государственно-частное партнерство), не создало новых институтов для эффективного регулирования экономической деятельности и привлечения инвестиций.

Для того чтобы средства от приватизации работали на экономику, нужно их вкладывать в основной капитал предприятий, например, через спецфонд, но не покрывать ими дефицит бюджета.

Пятый миф – в госбюджете на 2016-2017 гг. предусмотрены средства на реализацию государственных инвестиционных проектов.

Действительно, в бюджете-2016 предусмотрен 1 млрд грн на десять государственных инвестиционных программ. Однако, этот миллиард государственных инвестиций утопает в расходах госбюджета в 676,9 млрд грн. В проекте бюджета-2017 заложен тот самый миллиард гривен на финансирование тех самых десяти проектов. Однако, их общая сумма – 9,5 млрд грн, а реализация рассчитана на 10 лет. К тому же, среди них нет ни одного в оборонно-промышленном секторе, инновационной деятельности, то есть способных генерировать добавленную стоимость, рост ВВП, увеличение экспорта – все, что поможет вывести экономику из кризиса.

По факту финансирование государственных инвестиционных проектов замораживается на 10 лет, а предусмотренные для них бюджетные средства направляются на социальную и культурную сферы – 70,5%, на развитие автомобильных дорог – 23,2% и на охрану окружающей среды – 6,2%.
 
Государственные инвестиции в социальные проекты могут себе позволить только развитые экономики с высоким уровнем жизни. В Украине же ВВП, по данным Всемирного банка, на душу населения в 2015 составил 2115 долл. Для сравнения, в США – 56 115,7 долл., Франции – 36 205,6 долл., Польше – 12 554,5 долл.

Пример других стран показывает: экономика начинает расти, когда инвестиции вливаются в производство. Например, по расчетам, чтобы достичь уровня развития экономики, который сегодня имеет Польша, Украине необходимы в течение 10 лет вдвое большие объемы инвестиций, чем они были в последние 5 лет. И вкладывать нужно в экспортоориентированные отрасли, где производится продукт с высокой добавленной стоимостью.

Шестой миф – в рыночной экономике государство в инвестиционном процессе должно только создавать условия для равной конкуренции. На самом деле сегодня постулаты экономического либерализма подвергаются сомнению в мировых экспертных кругах и даже на уровне международных финансовых институтов. Что касается Украины, то уровень развития экономики свидетельствует не в пользу господствующей во власти позиции, что государство должно быть наблюдателем, а не участником в экономических процессах.

Именно благодаря такой позиции невмешательства у нас до сих пор отсутствует государственная стратегия привлечения инвестиций, а потому и не созданы инвестиционные стимулы. Польша, Словакия, Турция, Китай и многие другие страны успешно используют для привлечения инвестиций такие инструменты, как специальные экономические зоны, промышленные и индустриальные парки, налоговые рычаги и тому подобное.

Возможно ли, чтобы при равных конкурентных основах создать действенные инвестиционные стимулы, и при этом не нарушить наших международных обязательств по торгово-экономическим соглашениям?

В Украине государственная инвестиционная политика должна предусматривать стимулы не для отраслей или субъектов хозяйствования, а по принципу инновационности продукции, востребованности на мировых рынках, внедрению высоких технологий.

_Светлана Ковалевская, Институт общественно-экономических исследований (ИСЕД) _

Опубликовано на сайте: 2017-01-05