Украина. Мозги на вывоз: куда и за сколько продают свой интеллект украинцы

. За рубеж выезжают высокообразованные люди, об иммиграции все больше задумываются предприниматели. За последние годы на треть увеличилось количество украинцев, которые учатся в вузах преимущественно Европы. Особенно много из них сейчас получают образование в Польше. Именно здесь украинцы заняли первое место среди иностранных студентов.

Из страны также выезжают уже сформированные и практикующие научные сотрудники – за последние несколько лет Украина потеряла около 20 тыс. таких профессионалов. Наука сейчас держится на горстке энтузиастов, выживающих на гранты, назад в страну из длительной иммиграции из ученых возвращаются единицы. В свою очередь, на порталах по поиску работу иностранные компании больше ищут украинцев рабочих специальностей. Но эксперты утверждают: намечается тенденция роста спроса на интеллект украинцев, а не только на их руки.

Иностранные вузы как первый шаг к эмиграции

В надежде получить хорошую работу за границей после окончания европейского вуза несколько лет назад в Болонский университет в Италии поступила Юлия Кузь. Она уже третий год изучает экономику. Решение это было не спонтанным – еще с 7-8 класса она и ее родные начали размышлять о том, как Юлии попасть на обучение. Она иногда навещала свою бабушку, которая работает в Италии. Ей понравилась страна, язык и Юлия даже забрала свою мать в Италию. Хотя ей всегда хорошо давались языки – знает пять языков и сейчас учит уже шестой, а будущую карьеру она хочет связать с экономикой. Из Римини, где она сейчас живет, через год она планирует переехать в Милан – там больше шансов хорошо трудоустроиться. На ее экономическом факультете украинцев не так уж и много – из 200 человек около семи.

При этом только она и еще один парень сразу поступили в итальянский вуз из Украины. Все остальные долгое время проживали в Италии и окончили местные школы.

“Наверное, в Украину возвращаться не буду, – говорит Юлия. – Я переехала сюда в таком возрасте, когда ещё нечего особо терять, у меня тут есть и новые друзья, и новые возможности. Тем более в Украине, насколько я знаю, европейский диплом не имеет никакого значения. Было бы очень жаль потратить столько сил на обучение, чтобы потом уехать обратно”.

Украинцы в других странах в большинстве случаев заняты на низкоквалифицированных работах, даже если у них есть высшее образование и достаточный трудовой опыт. Доля миграции людей из страны на работу в высокоинтеллектуальной сфере по масштабу мала. По словам заведующего отделом миграционных исследований Института демографии и социальных исследований Алексея Позняка, она сопоставим с погрешностью при проведении анализа. Однако по последним исследованиям, в Украине – опять новый всплеск миграции, который начался с 2014 года. Чаще всего страну покидают высокообразованные люди. Также с каждым годом все больше украинских студентов уезжают на обучение в иностранные вузы. Именно они с высокой степенью вероятности могут остаться в других странах на постоянное место проживания.

“Все страны считают студентов одним из наиболее привлекательных категорий мигрантов. Пока они проучатся в другой стране пять-шесть лет, то за это время они “вживаются” с обществом, знают язык и законы этого государства, к выходу на работу они полностью адаптированы к новому окружению”, – отметил Позняк.

Директор Государственного фонда фундаментальных исследований Борис Гринев рассказал, что если раньше говорили об отъезде в конце 80-х – начале 90-х именно ученых, то сейчас “отток мозгов идет не из ученой среды, а из вузов”. Особенно часто выезжают и интересуют зарубежные вузы и научные центры студенты по специальностям естественного профиля – физико-технические специальности, математики, биологи и химики, а также программисты. При этом особо “охотиться” на них не приходится – студенты сами с удовольствием выезжают в страны “первой двадцатки”. По словам Гринева, абитуриенты, изначально выбирая такие направления, практически на 100% готовы к иммиграции – работу с достойной зарплатой они в Украине найти практически не могут.

“Отток мозгов – вопрос государственной безопасности и должен быть рассмотрен на Совете национальной безопасности и обороны, – считает Гринев. – Наше государство понимает, как продать нефть, газ, землю, но оно теряет нематериальный актив – людей. Оно его не ценит, и этот актив просто убегает из Украины. В Европе уже целые конгломераты украинских ученых, ведь спрос на науку в мире есть”.

По результатам исследования аналитического центра CEDOS, в прошлом учебном году в иностранных вузах обучалось около 60 тыс. украинцев. В этом учебном году, по предварительным оценкам, их число может увеличиться до 68 тыс. человек. Резко расти доля украинских студентов за рубежом начала в последние два года – за это время количество обучающихся увеличилось почти на треть. Наиболее популярными среди молодежи остаются вузы Польши, Германии, России, Канады, Италии, Чехии, США, Австрии, Франции и Венгрии. Примечательно, что наши студенты чаще всего выбирают польские вузы. Именно в Польше украинцы составляют 53% от всего числа иностранных студентов. Также постоянно растет их интерес к итальянским, канадским и чешским вузам.

Эксперт по вопросам миграции центра CEDOS Александра Слободян отметила, что в основном студенты выезжают в те страны, в которых уже проживает много украинцев. Это могут быть и трудовые мигранты, которые, например, забирают из Украины своих детей для воссоединения семей. Также на решение о переезде могут повлиять и так называемые студенческие мигрантские сети. То есть, выехавшие раньше люди могут подсказать своим друзьям и знакомым, как лучше устроиться, как поступить в университет и найти деньги на его оплату, а также укажут на многие подводные камни.

“В Евросоюзе понимают, что надо упрощать бюрократические процедуры и доступ молодежи после окончания вуза к их рынку труда, давать больше времени на поиск работы, – говорит эксперт. – Во многих странах существует тест рынка труда – во время приема на работу иностранца чиновники проверяют, нет ли претендентов на эту должность среди своих граждан. Но в части стран этот тест не применяют к людям, которые обучались в местных вузах”.

К слову, европейские страны с низким уровнем безработицы предоставляют определенные льготы для иностранцев, которые закончили их вуз. Например, Австрия и Франция разрешают выпускникам магистерских программ искать работу в их странах на протяжении шести месяцев, Польша и Германия – год и полтора соответственно. Однако рабочее место должно отвечать полученной квалификации студента, а работодатель должен предоставить данные, что на это место не могут взять гражданина этой страны. В то же время Евросоюз и дальше пытается привлечь к себе умных студентов – весной этого года Европарламентом была принята специальная директива. Все страны ЕС через два года должны разрешать иностранным студентам оставаться не менее 9 месяцев в своих странах с целью поиска работы.

Стремление Евросоюза получить лучшие таланты, а также отсутствие в Украине качественных рабочих мест и роста экономики дальше будет заставлять выезжать украинцев, в том числе и студентов, говорит Александра Слободян. “Пока государство не будет ничего делать в этом направлении, мы и дальше будем терять наши мозги. Конечно, если люди выезжают и привозят необходимые украинской экономике новые навыки и знания, то это неплохо. Но государство ничего не делает в этом плане, новый опыт не интегрируется в нашу экономику и жизнь, следовательно, отток мозгов не перерастает в преумножение достатка страны”, – заявила эксперт.

Ученые на чемоданах

“Утечка мозгов” как выезд непосредственно научных сотрудников задела Украину напрямую. Даже сейчас, по оценкам экспертов, большинство тех, кто может уехать и помоложе, покидает страну. Также в приграничных областях наблюдается частичная иммиграция ученых, особенно в западных регионах – они могут работать в вузе или научном центре две недели в Польше, а две недели – в Украине. Внутри страны все больше остается пожилых ученых, кому за 70 лет.

В Национальной академии наук также постоянно идет отток людей. По словам главы профсоюза сотрудников НАН Украины Анатолия Широкова, в этом году уволились около 5 тыс. сотрудников – научные и инженерно-технические кадры. Примерно каждый десятый планирует или уже выехал за границу. “Около 17% сотрудников ушло из Академии наук за 2015-2016 годы, в то время как тенденция в мире, по данным ЮНЕСКО, наоборот: свидетельствует об увеличении числа ученых. За последние пять-шесть лет количество людей, которые работают в науке, увеличилось на 20%. Государство тратит деньги на подготовку ученого, но мы бесплатно его отдаем в другие страны, потому что не можем ему дать здесь ни условий для жизни и работы, ни зарплаты. У нас и холодно, и голодно в Академии наук в прямом смысле слова”, – сетует глава профсоюза. Широков напомнил, что в прошлом году депутаты приняли закон, который гарантирует увеличение финансирование науки в размере 1,7% ВВП к 2020 году. Но в этом году финансирование составило всего 0,18% ВВП. В цифрах это составило на всю науку Украины около 100 млн евро. В Европе такая сумма – бюджет университета средней руки.

До сих пор наука в стране финансируется по остаточному принципу, рассказала исполнительный директор “Украинского научного клуба” Наталия Шульга. Это непосредственно влияет на выезд научных сотрудников за рубеж – только за несколько последних лет страну покинули около 20 тыс. исследователей. Если раньше выезжали кандидаты и доктора наук, то сейчас “вымыв” научной интеллигенции, которая могла бы стать в будущем высококлассными учеными, происходит еще на уровне магистров, говорит эксперт. “Еще 10 лет назад мы предупреждали, что если к науке и самим ученым так будут относиться, то мы получим “дыру поколений”. Это означает, что с 25 до 50 лет у нас не будет достойных исследователей. Просто некому будет учить студентов потому, как проводить качественные исследования”, – подчеркнула Шульга.

По оценкам заместителя главы парламентского комитета по вопросам науки и образования Алексея Скрыпника (“Самопомич”), практически весь научный потенциал уже утрачен, а украинская наука еще держится на “горстке ученых, работающая вопреки всему”, которые самостоятельно ищут себе гранты на исследования. Для страны полезен был бы в этом вопросе опыт Эстонии, Польши, считает Скрыпник. Среди его плюсов – создание так называемых центров концентрации усилий. Роль государства была бы в открытии высокотехнологических лабораторий, а бизнес мог бы запускать предприятия, которые уже бы выпускали продукцию на основе разработок этих центров наук. “Есть в черных дырах такое понятие, как горизонт, когда вы в него попадаете, то за рамки этой черной дыры вы уже выйти не сможете. Вот подобное сейчас у нас с наукой – она еще существует, но для государства она – бремя”, – констатировал депутат.

Несмотря на это некоторые ученые все-таки возвращаются после длительной миграции в страну. Сама Наталья Шульга – биолог, после финансовых трудностей и бесперспективности развития как ученого в начале 90-х ушла из своего родного Института молекулярной биологии и генетики НАН Украины. В 1992 году она переехала в Рочестер (США) проводить там исследования и осталась на 13 лет, добившись больших результатов в своей карьере. Уже после Помаранчевой революции она осознанно решила вернуться в Украину и попытаться реформировать сферу науки. Быстрого результата добиться не удалось. Скажем, закон о науке и научной деятельности, которые долго лоббировался многими учеными, был принят только в прошлом году. А запуск работы инструментов, которые должны были остановить стагнацию, например, Национальный фонд исследований, до сих пор блокируется, поэтому работать с начала 2017 года, как это предусмотрено принятым законом, он не начнет. Есть и внутреннее сопротивление в научной среде. Борис Гринев считает, что всем реформам в этой сфере оказывают сопротивление со стороны многих пожилых ученых. По его словам, они удовлетворены своей позицией и “сторожат свой огород”. “А молодежь – романтики, им не хватает прагматичного подхода в вопросе отстаивании своих интересов и прав”, – считает Гринев.

Подобное “топтание на месте” не будет стимулировать выехавших ранее ученых возвращаться в Украину, такие примеры будут единичны, говорит Шульга. Например, она за это время трижды пыталась открыть современную лабораторию для исследований в стране, даже были найдены грантовые средства. Но так ничего не получилось – столичные чиновники не нашли места для строительства такого центра. “Когда я вернулась в 2005-м из США, мои доходы уменьшились в 20 раз, сейчас – в 40 раз. Энтузиасты от науки готовы на то, что зарплата в Украине у них будет меньше, чем за рубежом. Но не в 40 раз, это точно”, – констатирует Шульга.

Голова вместо рук

Основными причинами добровольной миграции всегда выступают экономические факторы, все остальные – второстепенны. Алексей Позняк отметил, что как раз всплеск числа выезжающих из страны после 2014 года произошел не столько из-за начала военных действий, сколько из-за спада экономики и падения курса гривны. Та же зарплата в Польше или Чехии когда-то рассматривалась украинцами как недостаточная. Сейчас, после обвала гривны зарплата в этих странах уже кажется многим приличной, несмотря на то, что она практически там не выросла.

Выделить страны, куда чаще всего едут высококвалифицированные украинцы, трудно. “В отличие от массовой трудовой миграции, где есть явные страны-лидеры, для интеллектуальной миграции это не проходит. Наши украинцы есть практически во всех развитых странах, везде понемногу”, – заявил ученый. В то же время среди сфер, представители которых чаще всего выезжают на работу за границу, эксперты называют ІТ, медицину и фармацевтику. “Едут в основном в страны Европы – Италию, Германию, Бельгию и Австрию, а также в Израиль. Например, если украинский врач в центральных больницах страны может получать в лучшем случае 10 – 15 тыс. гривен, то за рубежом он может рассчитывать на зарплату и в 70 – 100 тыс. гривен в месяц”, – рассказывает руководитель экспертно-аналитического центра Международного кадрового портала “HeadHunter Украина” Екатерина Мащенко. По ее словам, за последнее время количество предложений по работе от иностранных компаний увеличилось в полтора раза. Но с высококвалифицированными работниками сложнее – от них требуют обязательное знание языка, подтвержденный диплом и достаточный опыт работы. Мащенко подтверждает – если два года назад в основном переезд был связан с нестабильной политической ситуацией и чувством опасности, незащищенности, то сегодня в качестве причин снова лидируют низкий уровень жизни, рост цен и инфляция. И только потом украинцы рассматривают переезд ради карьерного роста и участия в международных проектах.

Каждый шестой украинец думает о переезде на работу за рубеж, рассказывает HR-эксперт Татьяна Пашкина портала rabota.ua. В то же время уедут за границу на работу из всех желающих единицы. Особенно сейчас начали размышлять снова об иммиграции все больше предприниматели, а не наемные работники. Этому способствует и легкость открытия и ведения бизнеса, в чем Украине даже соседние государства “дадут фору”. “Желание переехать у украинцев колеблется волнами. Например, как только прошли обыски в IT-компаниях, сразу программисты начинают шарить глазами в поисках работы в других странах. Если все тихо и спокойно, то у нас цифры остаются на уровне 16-17% людей, которые в принципе могли бы уехать. Но как только у нас начинается разброд и шатание, резко возрастает интерес к переезду”, – сообщила Пашкина. Хотя представитель портала по трудоустройству говорит, что из более 2 тыс. вакансий в другие страны на их портале большинство составляют рабочие специальности.

Но Александра Слободян рассказала о тенденции, что украинцев все больше за границей “рассматривают не только как руки, но и видят потенциал в применении их мозгов”. По ее словам, сейчас и Евросоюз начинает все активнее рекламировать и продвигать так называемую Голубую карту – программу на облегчение миграции именно высококвалифицированных профессионалов.

Подобной возможностью воспользовался инженер-программист Владислав, который проживает в Великобритании с конца 2009 года. В этой стране в середине 2000-х действовала программа миграции высококвалифицированных специалистов, основанная на бальной системе. В 2008-м Владислав набрал необходимое количество баллов и получил разрешение на работу. К тому же по этой же программе уже жил и работал в Великобритании его друг, который рассказывал о жизни там, а также поддерживал Владислава. Еще работая в Украине, мужчина ездил в загранкомандировки и к друзьям за границу. Увиденная разница в образе и уровне жизни подтолкнули его попробовать пожить в другой стране. Этому шагу способствовала и коррупция, отсутствие уважения к правилам, законам и просто к окружающим в украинском обществе на тот момент, рассказывает он. По его мнению, люди, которые надеются на существенный рост дохода при эмиграции, будут разочарованы.

“Для меня экономический фактор был в поле зрения, но не был решающим, тут не должно быть никаких иллюзий. Возможно, ввиду более высокого уровня жизни в другой стране будут более доступны некоторые вещи. Как, например, мобильные телефоны в начале 90-х были доступны очень ограниченному количеству людей в Украине, а сейчас – у каждого. Но это не значит, что мы стали очень богато жить. К тому же ІТ-сфера очень специфическая еще в том плане что, например, в 2000-х большинство работали на иностранных заказчиков и получали зарплаты, например, в пять раз выше средней зарплаты по стране. При переезде в Европу зарплата становилась, например, всего в 1,5 раза выше средней местной, при этом, естественно, стоимость жизни гораздо дороже”, – говорит инженер-программист.

Пока что назад в Украину Владислав возвращаться не собирается. Все то, от чего он уезжал из страны, все еще повсеместно остается в жизни и украинском обществе, считает он.

Полностью решить проблему “утечки мозгов” ни одна страна решить не может. По словам Алексея Позняка, в перечень стран, которые теряют интеллектуальный капитал, входит и Великобритания. Например, с США у них один и тот же язык, но заработать в Штатах люди могут больше. Поэтому после окончания вуза часть англичан покидают родную страну. В то же время пока Украина ни для массовой иммиграции, ни для узкого круга интеллектуальной миграции не является привлекательной страной.

Ирина Лопатина

По материалам РБК-Украина

finance

Опубликовано на сайте: 2017-01-11