Такие разные Центробанки. Как регулируют экономику в Европе и Америке и где это делают эффективней?

Леонид Альшанский, главный аналитик ABLV, 17 марта 2017 г. 

Мартовские заседания 2016 года двух ведущих Центробанков мира ещё раз подтвердили исторический факт: ФРС быстрее реагирует на изменение ситуации и проводит более гибкую (а потому и более эффективную), чем ЕЦБ, политику. Это касается и нестандартных мер, и стандартных циклов ослабления и ужесточения кредитно-денежной политики, которые в Европе всегда начинаются и заканчиваются с опозданием. И это упущенное время может стать критическим по отношению к результату, получаемому в финансово-экономической системе.

Особенно хорошо это высветили действия ФРС и ЕЦБ в течении и после финансово-экономического кризиса 2007-2009 годов (см. рис. 1).

Рис.1. Динамика ключевых ставок ФРС и ЕЦБ за последние 20 лет

ФРС начал ослаблять ставки ещё в 2007 и резко снизила ключевую ставку до 0% при обострении кризиса в 2008-м. В том же году ФРС начала запуск ряда крупномасштабных программ скупки облигаций с рынка (QE), резко увеличив свои активы и банковскую ликвидность. ЕЦБ при этом выступил против проведения QE, ссылаясь на экономическую теорию, согласно которой эта мера могла привести к гиперинфляции. Более того, уже в разгаре кризиса в 2008-м и дважды в 2011-м ЕЦБ поднимал ставки, объясняя свои действия наблюдавшимся ростом инфляции, сдерживание которой значится в мандате Центробанка. Но такой формальный подход во время серьёзной нестабильности в финансово-экономической системе вряд ли был правильным.

К крупномасштабному стимулированию экономики через QE европейский Центробанк также приступил с большим опозданием, лишь в 2014 году. И, на наш взгляд, во многом из-за этих различий в политике Центробанков американской финансово-экономической системе удалось быстрее и благополучней выйти из кризиса. Хотя именно она испытала в кризис наиболее сильный удар. Так, американской экономике после рецессии 2008-2009 гг. удалось вернуться на докризисный уровень ВВП уже в 2011-м и продолжить затем рост. В то время как экономика еврозоны в 2012-2013 гг. опустилась в повторную рецессию и вышла на докризисный уровень лишь в конце 2015 года (см. рис. 2).

Рис. 2. Динамика изменения объёмов ВВП и внутреннего спроса в США и еврозоне (в процентах к 2008 году)

Источник информации: Financial Times

То же касается и безработицы, которая в США уже в 2015 вернулась на докризисный уровень, а в еврозоне всё ещё почти в 1.5 раза превышает его (см. рис. 3).

Рис.3. Динамика безработицы в США и еврозоне

Источник информации: Thomson Reuters

Новым вызовом для обоих Центробанков стал стремительный рост инфляции в начале 2017 года.  В феврале в еврозоне она достигла 2%, а в Америке 2.7%. При том, что ещё полгода назад еврозона страдала от дефляции (см. рис. 4), и по прогнозам ЕЦБ индекс цен должен был приблизиться к 2% лишь к концу 2018 года.

Рис. 4. Динамика инфляции в США и еврозоне

Согласно декларациям самих Центробанков, ФРС целевым уровнем инфляции считает 2%, а ЕЦБ «чуть ниже 2%». При этом ФРС больше ориентируется на стержневую инфляцию (без учета продовольствия и энергоносителей), которая в феврале в Америке составила 2.2%.

И на своём заседании 15 марта ФРС, находящаяся сейчас уже в цикле повышения ставок, решила повысить ключевую ставку ещё на 0.25%. Повышение стало вторым за последние 3 месяца, и ставка сейчас оказалась в диапазоне (после кризиса ФРС таргетирует диапазон ставки) 0.75%-1%.

В то же время ЕЦБ, ещё недавно обещавший длительное время держать низкие ставки, на прошедшем 9 марта заседании не предпринял никаких шагов. Все ставки и программа выкупа облигаций с рынка остались без изменений. Правда, риторика Центробанка несколько поменялась, и на пресс-конференции глава ЕЦБ Драги заявил, что «необходимость в мерах стимуляции уменьшается».

При этом ключевая ставка ЕЦБ находится сейчас на 0%, а депозитная ставка для коммерческих банков вообще отрицательна: -0.4%! И здесь мы видим ещё на одну разницу в подходах двух ведущих мировых ЦБ. Как известно, одной из ключевых задач Центробанка является поддержка стабильности банковской системы.Однако после начала «эксперимента» ЕЦБ с введением негативных ставок в 2014 году (на что до этого не осмелился ни один крупный Центробанк) ситуация в банковской системе зоны ухудшилась.

Взимание со стороны ЕЦБ «штрафов» за хранение денег коммерческих банков вместе со скупкой облигаций с рынка, привело к тому что объём гособлигаций зоны, торгующихся с отрицательной доходностью, измеряется уже в триллионах. А гособлигации традиционно являются самым популярным и самым надёжным средством вложения денег для банков.

Европейские банки фактически вынуждены сегодня платить за предоставление друг другу краткосрочных кредитов и выдачу даже многолетних ссуд государствам зоны. Что при наличии инфляции просто противоречит здравому смыслу. Деньги и так дешевеют, и платить при этом за предоставление кредитов, - это, как модно сейчас говорить, всё равно что стрелять себе в ногу.

Конечно, сама идея введения негативных ставок была продиктована закономерным желанием ЕЦБ стимулировать кредитование стагнирующей экономики. Но своих целей она не достигла. Кредитование в еврозоне по-прежнему растёт медленнее, чем в Америке, где оно подстёгивается не Центробанком, а экономическим ростом. Европейские банки даже при негативных ставках не бросились раздавать кредиты ввиду сохраняющейся слабой конъюнктуры: слабого спроса на кредиты и слабой надёжности заёмщиков.

Свободные средства банки по-прежнему предпочитают направлять на денежный рынок и на рынок ценных бумаг. Несомненно это стало благом для государств еврозоны, размещающих сейчас облигации с отрицательной доходностью, т.е. зарабатывающих на взятии денег в долг (в основном у европейских банков).

Но при этом депозитная ставка ФРС для американских банков, после последнего повышения ставок 15 марта, составила уже +1% (!), и доходности американских госбумаг имеет нормальные, позитивные значения. Т.е. ФРС не стремится наказывать банки за пассивность в кредитовании, предпочитая сохранить надёжность в секторе.

Это ставит европейские и американские банки в неравные позиции, и состояние американской банковской системы сегодня на порядок стабильнее, чему её европейского конкурента. Что хорошо проиллюстрировали и отчёты за последний квартал 2016 года. У ведущих американских банков из индекса S&P 500 квартальная прибыль за год в среднем выросла почти на 10%, а у европейских банков из сравнимого индекса ВЕ 500 упала на 81%(!). Конечно, определённую роль здесь сыграли и разовые штрафы, наложенные на несколько крупнейших банков Европы, но главный источник падения прибыли всё-таки отрицательные ставки.

При этом банковские системы целых стран зоны (Италии, Греции, Испании) находятся в состоянии близком, к кризисному. А что бывает в случае полномасштабного кризиса банковской системы, хорошо показали последствия падения Lehman Brothers в 2008.Поэтому, чем раньше ЕЦБ «догонит» ФРС и начнёт подъём ставок (или хотя бы отменит взимание штрафов за хранение денег), тем меньше риск дальнейшего ослабления стабильности банковской системы еврозоны.

db

Опубликовано на сайте: 2017-03-22