В ХVII веке Опера стала частью религии. Не только пение в церкви, но также и в театре воспринималось, как общение с Богом

Квинтэссенция оперы

 В столице каждой европейской страны и большинстве крупных европейских городов появились оперные театры, места в которые состоятельные горожане бронировали на весь год - так же, как в Церкви.

Словосочетание БОЖЕСТВЕННЫЙ ГОЛОС - стало стандартным на всех европейских языках. Великие исполнители оперных арий - Фредерико Карузо, Марио Ланца, Федор Шаляпин, Мария Каллас - почитались во всем цивилизованном мире почти как святые церкви. И это закономерно. Потому что Великие Исполнители так же отличаются от профессиональных, хороших, как великие композиторы: Бах, Моцарт, Чайковский, Шопен, Шостакович, Лист - от просто хороших.

Отношение к оперному театру и классическому пению как к святые продолжалось вплоть до второй половины XX века, когда под напором электронного распространения звука священное отношение к операм начало исчезать. Сначала голос оторвался от исполнителя, когда можно было услышать его, приобретя грампластинку. А с появлением интернета для того, чтобы услышать великих певцов и даже целиком оперы, не обязательно идти в оперный театр и даже что-то приобрести. Достаточно найти соответствующий адрес в интернете: кликнули - и вот вам Карузо, Каллас, Паваротти уже поют. В любое время. И совершенно бесплатно.

Доступность увеличилась многократно. Но священнодействие оперы исчезло. Надеемся, временно.

Журнал Новых Концепций открывает коллекцию лучших оперных голосов первой четверти XXI века. Благодаря которым Опера в мире остается Божественной. 

Смотрите и слушайте.

Мария Каллас - женщина, изменившая оперу

https://youtu.be/EseMHr6VEM0

 Чечилия Бартоли (колоратурное меццо-сопрано), Италия.

Это звезда, которая движется по своей индивидуальной орбите: у неё особая вокальная техника (к которой прилагается только ей свойственная мимика), вулканический темперамент, организаторский талант (она успешно руководит Троицким фестивалем в Зальцбурге) и исследовательский азарт: она расширяет свой репертуар, раскапывая в нотных архивах забытую музыку.

Её главная страсть - музыка барокко, но при этом она много поёт в операх Россини и Моцарта. Любую свою роль она заряжает энергией своей неуёмной натуры. Она из тех редких харизматичных артистов, которые влюбляют в себя прежде всего обаянием личности.

Пария Золушки в опере Россини - коронная в репертуаре Бартоли.

 Джойс Дидонато (колоратурное меццо-сопрано), США

Джойс Дидонато - идеальное, на пять с плюсом меццо.

Голос у неё не очень большой, но великолепно выстроенный, ровный, аккуратный, с четкими и легкими колоратурами. По сравнению с Бартоли, которая мужественно преодолевает все вокальные трудности, Дидонато поёт шутя. Слушать её - одно удовольствие!

Знаменитая каватина Розины из "Севильского цирюльника" - отточена до последней нотки и при этом абсолютно живая.

 Ольга Бородина, Россия.

Прима Мариинского театра, любимица маэстро Гергиева сделала себе блестящую карьеру на Западе.

Она много поёт в итальянском репертуаре, но её вокальная природа (густой, наполненный тембр), глубокая человеческая натура в сочетании с характерной русской внешностью сделали её незаменимой в русских операх.

Звучание её голоса в арии из кантаты Прокофьева "Александр Невский"завораживает своей мощной красотой.

Этот номер называется "Мёртвое поле" и звучит в кантате сразу после "Ледового побоища".

 Анита Рачвелишвили, Грузия.

Родители Аниты заложили свою квартиру в Тбилиси, чтобы отправить дочь учиться в Италию. А спустя два года она открыла сезон "Ла Скала" в роли Кармен.

С тех пор прошло десять лет, и недавно она покорила американскую публику и критиков исполнением партии Амнерис в "Аиде" на сцене Метрополитен. Ей пророчат великое будущее, и, скорее всего, так и будет. У неё роскошный большой и звучный голос, и она потрясающе талантлива.

Её исполнение песни Любаши из "Царской невесты" Римского-Корсакова в берлинской постановке - сильное впечатление даже для тех, кто слышал эту песню сто раз.

Любовница опричника Григория Грязного Любаша чувствует, что счастливые дни в её жизни кончились навсегда. Григорий смертельно влюбился в другую. Она предчувствует, что всё это закончится кроваво, и поёт народную песню - что-то вроде панихиды по самой себе.

Любаша тут не в сарафане, а в офисном костюме, поскольку действие перенесено в наше время (постановка Дмитрия Чернякова).

 Элина Гаранча, Латвия.

У неё красивый бархатный тембр голоса, привлекательная внешность и сильный характер.

После первого же удачного выступления на Зальцбургском фестивале в 2003 году перед ней открылись все двери. Теперь она очень востребована и любима публикой.

У Элины огромный репертуар, включющий даже камерную музыку 20 века. В этом году она дебютировала в роли Далилы (опера Сен-Санса "Самсон и Далила").

Анна Нетребко исполняет арию Джудитты из одноименной оперетты Легара так, как никто и никогда ранее

Австрийцы утверждают, что Анна Нетребко стала любимицей Вены, так, как никто не был после Йогана Штрауса.  И можно даже сказать царицей Вены впервые после падения династии Габсбургов - и всеми любимой жены императора Франца Иосифа, которую и близкие, и народ звали любовно и фамальяно Сисси.

Шокировала ли русская примадонна мировой оперной сцены "чопорных немцев" (которые давно уже перестали быть чопорны)? Вряд ли. Скорее своей неожиданной выходкой привела в очередной восторг! Так же, как поразила (и поражать продолжает) ее появление (точнее исчезновение) в роли Татьяны в постановке Евгения Онегина в Метрополитен Опере Нью-Йоркцев. Где в последней сцене оперы и романа, покидая Онегина после свидания готовая за кулисой исчезнуть, Анна-Татьяна вдруг оборачивается, бежит через всю громадную сцену самой знаменитой оперной сцены мира и взасос целует - не Гремина, а Евгения, с разбегу бросаясь ему на шею!!! После чего всю всем известную оперу - и даже роман в стихах Пушкина - можно переосмысливать. И ставить начиная с этой вот сцены - так, как никто не ставил!!!...

Что же касается того, что Анна во время концертного исполнения арии Джудитты подходит к скрипачу и гладит его - автор этих строк видел нечто подобное, когда Нетребко еще только восходила, в малом зале Филармонии Санкт Петербурга, где во время концерта совсем еще молодая Нетребко, известная только музыковедам,  устроила целый любовный спектакль с аккомпанировавшим ей пианистом (который не прерывал аккомпанимента - хотя и с трудом). Тогда - к ужасу действительно чопорной публикой Санкт-Петербурга, еще не приученным Анной к ее проказам. Но не сейчас. Когда Анной Нетребко перевоспитан - или воспитан заново - весь оперный мир.

Итак, ария Джудитты в исполнении Анны Нетребко. Слушайте и смотрите, веселитесь и наслаждайтесь  

Юрий Магаршак, редактор журнала Новых Концепций, музыковедом, разумеется, не являющийся 

Чтобы выйти на первую линию оперного вокала, недостаточно просто хорошо петь. Надо пройти огонь, воду и медные трубы - то есть иметь безупречную вокальную технику, большой опыт, репертуар и контракты с лучшими сценами мира.

Ещё нужно сделать успешные записи на главных звукозаписывающих студиях мира, заслужить серьёзные международные награды и иметь свою восторженную публику. Поэтому в этот список попали только те, кто с этим справился.

Лучано Паваротти. Который настолько велик и известен, что в похвалах не нуждается. 

 Пласидо Доминго, Испания

Пласидо Доминго займёт в нашем списке место свадебного генерала, потому что, во-первых, его блестящий зенит пришёлся на 20 век, и, во-вторых, потому что он уже поёт не теноровые, а баритоновые партии.

Но его не может не быть на первом месте, потому что без его голоса и личности трудно представить себе мировую оперу, фестивальную и концертную жизнь последних пятидесяти лет.

Конечно, он звезда и титан вокала и музыки вообще, и кроме того - очень тёплый, симпатичный человек и неутомимый труженик. Всё, что он спел в своей жизни - это высочайший уровень вокала и драматической игры. Особая ему благодарность за то, что продвигает молодых певцов и любит Чайковского.

Это запись 2006 года, Доминго 65, и его голос в полном порядке. Он поёт испанскую сарсуэлу. Вот что он сам говорит об этом жанре:

Для меня слово сарсуэла означает нечто очень особенное — это мои колыбельные, которые мои родители пели мне с первых дней жизни, когда нежно качали меня на руках.

 Хуан Диего Флорес, Перу

Перу будет до скончания веков гордиться этим самородком с великолепным белькантовым тенором. Просто счастье слушать, как легко и свободно льётся его голос в самых головоломных партиях.

В арии из оперы Доницетти "Дочь полка" он легко и звонко берёт 9 раз максимально высокую для диапазона тенора ноту ("до" второй октавы). А потом может ещё повторить этот трюк на бис.

 Йонас Кауфман, Германия

Когда слушаешь драматических теноров, невольно переживаешь - как он, бедняга, вынесет эти сверх нагрузки, и вытянет ли в конце верхний си-бемоль? За Кауфмана можно быть спокойным - он не подведёт. Споёт и Вагнера, и Верди, и Пуччини с полной отдачей, красиво, мощно и выразительно.

В его голосе есть мужественный баритональный тембр, но высокие ноты очень хороши. Да и сам он неплох)

Кауфман долго был рядовым немецким тенором, пока в 2006 году его не выбрала в качестве своего партнёра в "Травиате" Анджела Георгиу вместо заболевшего Роландо Вильясона (№4 этого списка) для спектакля в Метрополитен. Успех был оглушительный. В этот вечер взошла его звезда. Но ему пришлось ещё порядком потрудиться, чтобы закрепить свою репутацию лучшего лирико-драматического тенора.

Монолог Отелло из оперы Верди.

 Роландо Вильясон, Мексика

Очень, очень! горячий тенор Роландо Вильясон идеально подходит для вердиевских ролей. Но постоянное пение на надрыве уже привело его к операции на связках. К счастью, он восстановился, но по прежнему совершенно себя не бережёт. Возможно, такая форсированная манера - способ скрыть серьёзные проблемы с голосом.

Его звёздный час - партия Альфреда в "Травиате" в паре с фантастической Анной Нетребко в зальцбургской постановке 2005 года. Здесь концертный вариант дуэта. Это, конечно, высший класс.

 . Роберто Аланья, Франция-Италия

Аланья блестяще начал свою карьеру в 80-годы, и с тех пор твёрдо держит свои позиции на оперной сцене. Правда, той свежести и свободы типично итальянского сладкого тембра его голоса, которым он потряс самого Паваротти, уже не осталось (се ля ви!), но на твёрдую четвёрку с плюсом он поёт с завидной стабильностью. Поэтому главный театр мира - Метрополитен-опера, кажется, вообще не может без него обойтись.

Как многие оперные звёзды, Аланья стремится охватить более широкую аудиторию, и поёт много чего кроме оперной музыки. К примеру, недавно вышел его альбом с сицилийскими песнями (Аланья - сицилиец по происхождению), где он очень душевно поёт итальянские тарантеллы и конечно же - бессмертную песню из "Крёстного отца":

 Пётр Бечала, Польша

Пётр Бечала находится в передовом отряде современных теноров, и недавно получил "International Opera Awards" (престижная международная оперная премия) как лучший тенор 2018 года.

У него мягкий, грустный, с матовым оттенком лирический тенор. Он часто поёт в паре с Анной Нетребко (они друзья). Например, в этой венской постановке "Богемы" Пуччини ( популярная ария Родольфо "Che gelida manina..." ).

Опубликовано на сайте: 2019-01-05