Роботизация производства, foodtech и AR

Технологии сейчас формируют любую отрасль — от медицины и образования до производства еды и создания компьютерных игр. Растущая скорость обучения нейросетей и обработки больших массивов данных ведет к изменениям в повседневной жизни.

Мы спросили экспертов из разных областей, на какие направления обратить внимание и чего ждать через 10-15 лет.

Развитие foodtech-индустрии

Сергей Кравец, инвестиционный директор венчурного фондаGR Capital

«Все, что связано с питанием человека, всегда будет востребованным. Сейчас рынок foodtech-компаний включает многое — от сервисов доставки и бронирования до выращивания искусственного мяса или изготовления экологичного детского питания.

По данным BIS Research, к 2022 году мировой рынок пищевых технологий составит более 0 млрд, а значит, приток инвестиций в подобные проекты будет расти. Многообразие и востребованность foodtech-сервисов заставляют делать ставку на мобильность, скорость и персонализацию решений.

Подтверждение активности рынка — тот факт, что портфельная компания GR Capital — сервис доставки продуктов из ресторанов Deliveroo (Великобритания) — в мае 2019 года привлекла 5 млн в инвестиционном раунде, который возглавил Amazon.

Сервисы доставки оптимизируют затраты, экономят время и упрощают логистику. Так, шведская компания Einride запустила беспилотные электрогрузовики T-Pod на коротких маршрутах между терминалом и супермаркетом в индустриальной зоне. Они доставляют товары, используя дороги общего пользования. Это снижает расходы на транспортировку на 60%.

Также foodtech-сервисы помогают следить за здоровьем. Например, стартапы, предлагающие экологически чистое детское питание по подписке. Так, Yumi позволяет выбрать свежие и полезные блюда и оперативно получить их. В этой же нише работают Nurturme (питание для детей с чувствительной пищеварительной системой) и Once Upon a Farm (органические детские смеси из овощей и фруктов). Искусственные животные продукты (включая мясо) разрабатывает сейчас более 6 компаний (по данным Next Big Future). Самая большая из них — Memphis Meat. Она выращивает в лаборатории мясо, в том числе — стейки и куриные грудки.

Будущее — за решениями, которые заботятся об экологической обстановке, а также берегут время пользователей, упрощая приготовление еды, ее доставку и покупку».

Роботизация промышленности

Илья Кенигштейн, основатель и CEO сети бизнес-пространствCreative States

«Сейчас мы переживаем четвертую промышленную революцию — объединение производителей, распределителей и потребителей товаров. А если говорить проще — мы становимся машинами.

Посудите сами: “беспилотники”, 3D-печать, дополненная реальность, генная инженерия и робототехника. Технологии в этих сферах совершенствуются с каждым днем, о чем мы регулярно читаем в новостях и соцсетях.

Ведущие международные компании уже автоматизировали свои процессы и «наняли» роботов. И речь сейчас не только о производстве, но и медицине, образовании, юриспруденции и журналистике, где, как считалось, заменить человека невозможно.

Учитывая это, через 10 — 15 лет мир столкнется с глобальным трудовым кризисом: безработицей и большим количеством ненужных профессий.
Только вдумайтесь — в Китае под угрозой сокращения окажется более 70% рабочих мест. А если верить данным World Bank, в ближайшие 10 лет мировой рынок труда сократится на 60%. То есть, из миллиарда молодых людей работу найдут только 400 миллионов.

Конкуренция за право работать будет возведена в абсолют. Бороться за рабочие места мы будем не друг с другом, а в первую очередь с машиной. Главной ценностью станет востребованность, а деньги отойдут на второй план».

Создание нейроинтерфейсов

Сергей Данилов, нейробиолог, СЕО Beehiveor

«Нейроинтерфейсы — это устройства, которые способны оценивать и менять активность мозга, помогая человеку взаимодействовать с миром. Они могут быть инвазивными и неинвазивными. Большинство современных нейроинтерфейсов построены на основе анализа электрической активности мозга. Хотя любые методы визуализации мозговой активности можно использовать в таком качестве.

В современных разработках стараются не только снимать данные мозговой активности, но и транслировать информацию в мозг напрямую. Но разрабатывать такие технологии намного сложнее. Рекомендую следить за проектами Теодора Бергера — он занимается созданием электронного протеза гиппокампа (структуры мозга, отвечающей за ориентацию в пространстве и переход краткосрочной памяти в долговременную — Ред.).

В Украине тоже есть разработки в этой сфере — стартап Ultimate Robotics занимается технологией бесконтактных электродов. Нейроинтерфейсы уже давно применяют в медицине. Например, для стимуляции мозга при болезни Паркинсона, восстановлении больных после инсульта или с другими повреждениями мозга. Такими технологиями занимаются десятки тысяч рабочих групп в мире.

Говоря о нейроинтерфейсах, нельзя забывать о проекте Neuralink Илона Маска. Один из ведущих ученых проекта Ди Джей Сео предложил интерфейс «нейронная пыль». Это кремниевые сенсоры (примерно равные ширине волоса), которые должны впрыскиваться прямо в кору мозга. Звучит как фантастика, но это серьезная разработка.

В будущем с помощью нейроинтерфейсов будет реально, например, расширять возможности памяти или резко повышать концентрацию внимания. Но пока не будет доказано, что эти процедуры безопасны, такое использование нейроинтерфейсов будет неэтичным».

Дополненная реальность в работе и играх

Игорь Пятницкий, Head of Business DevelopmentNullgravity, digital partner and product development company:

«Впервые о дополненной реальности (AR) заговорили в 2012 году — с появлением Google Glass. Тогда никто не знал, где и зачем дополненную реальность применять.

Внедрение AR в iPhone и Google удешевило стоимость технологии. У AR есть потенциал для использования в медицине, химии, при работе с металлами, на нефтяных платформах, а также в робототехнике. Проблема неточного измерения пространства и объектов пока не позволяет использовать технологию в полной мере.

Сейчас самая востребованная сфера для AR — game-индустрия. Это понимают и Google, и Apple. Например, есть стол, или любой другой объект. Его можно зафиксировать в определенных рамках с определенной площадью. Дальше с ним можно просто играть. В игровой форме не обязательно должна быть точность, последовательность. Но и здесь есть проблема, которая замедляет развитие, — объем приложения. Приложение может или само весить 200-300 МВ, или тянуть нужную информацию из бэкенда. Это сложно и дорого.

Еще одно перспективное направление AR связано с 3D-измерением. Одесситы запустили приложение 3DLook, которое строит 3D-модель человека по фотографии (учитывая реальные размеры тела) и может “примерить” на него костюм. Технология «примерки» с помощью AR — это уже ритейл. Но снова есть проблема — все эти модули нужно отрисовывать, что повышает затраты производителей.

Также у AR есть перспективы в маркетинге. Сегодня нужно не просто написать JavaScript-приложение, но и помнить о возможностях дополненной реальности — где и как выгодно ее применить, на какую возрастную группу рассчитывать, чем еще привлечь клиента».

В будущем нас ждет все большая персонализация сервисов, трансформация маркетинговых подходов и рынка труда, изменение способов обработки и потребления информации. Появятся новые технологии, в синергии с существующими или отдельно от них. Чего еще ждать — покажет время.

Опубликовано на сайте: 2019-07-06