Однако действительно ли дело обстоит столь радужно? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо проанализировать истоки бюджетного кризиса стран зоны евро и предпринимаемые сегодня Евросоюзом меры по его устранению.

Бюджетный кризис в еврозоне стал прямым следствием мирового финансового кризиса 2008 года и тех шагов, которые предприняли европейские государства для выхода из него в 2008-2009 годах.

Мировой финансовый кризис 2008 года был вызван накоплением критической массы "плохих кредитов", то есть кредитов с высоким уровнем риска, и практически нулевыми шансами на их возвращение. Крах пришел из США после падения финансовой группы "Леман бразерс". Однако, последовавший за этим банкротством всемирный "эффект домино" показал, что остальные лидеры мирового банковского сектора находились примерно в такой же ситуации. Лопнул гигантский кредитный пузырь.

Наукообразно кредитный пузырь можно описать следующим образом: когда в обществе накапливается критическая задолженность по кредитам, нормальный цикл "доходы – покупки" может смениться на кризисный "доходы – возвращение долгов". Возвращение кредитов, накопленных в "тучные" годы, ощутимо сокращает потребительский спрос. А поддержать спрос новыми кредитами уже не получается – у должников слишком много долгов, процентная ставка, которую они могут "потянуть", слишком мала для компенсации риска невозвратов.

Когда лопнул "Леман бразерс", потеряли ценность все его ценные бумаги, которые входили в капиталы других ведущих банков США и мира. Поскольку эти банки действовали по той же рискованной схеме, что и "Леман бразерс" одного этого толчка оказалось достаточно для их падения, что потянуло за собой другие финансовые структуры по всему миру. Это эффект домино. Он возможен только в том случае, если доверие рынков к банкам серьезно подорвано. Если трейдеры перестают доверять банкам, то начинают спешно избавляться от их ценных бумаг, которые, независимо от их видов, по своей сути, всегда остаются свободно продающимися на рынках долговыми обязательствами. Тогда на фондовых биржах начинается повальная распродажа ценных бумаг проблемных банков, ведущая к обвалу всех котировок. Самостоятельно выжить в этой ситуации могут только самые стабильные финансовые структуры, да и то не всегда.

В теории из этой ситуации могло быть два выхода – частичное или полное банкротство большинства мировых финансовых структур или поддержание их на плаву при помощи внешней поддержки, которую в силу глобального характера кризиса могли оказать на некоммерческой основе только государства.

Оба пути имели свои позитивные и негативные моменты. Всеобщее банкротство привело бы к мощнейшей встряске всей мировой финансовой системы. Более миллиарда банковских вкладчиков и акционеров потеряли бы значительную часть своих капиталов. Последствия кризиса для мировой экономики, разом лишившейся источников инвестиций, также стали бы чрезвычайно тяжелыми – массовое сокращение рабочих мест, уменьшение социальных пособий, резкое падение покупательской способности населения – все это могло вызвать социальный взрыв. Люди бы вышли на улицы, требуя от власть имущих отчета за катаклизм. Однако у этого апокалиптического сценария могла быть и позитивная сторона – в результате кризиса пострадали бы все, но за счет этого была бы уничтожена /путем банкротств и списания невозвратных кредитов/ пустая кредитная масса, и после него мировая экономика могла бы взять новый старт. Кроме того, такой катаклизм стал бы окончательным свидетельством необходимости кардинального реформирования всех механизмов мировой финансовой системы. Своеобразная финансовая революция.

Альтернативный путь можно было бы назвать эволюционным. Его идея – поддержать на плаву те финансовые структуры, которые еще можно спасти, избежать всеобщих потрясений и катаклизмов, а параллельно заняться латанием и ретушированием финансовой системы.

В целом, план действий, который в 2008 году предприняла Европа, был ближе к такому эволюционному подходу. Государства ЕС и зоны евро, чтобы остановить эффект домино, приняли решение поддержать доверие рынков к своим банкам. Как? Выдав им все те же долговые расписки, только от своего имени. По научному – государственные финансовые гарантии. Их суммарный объем превысил 1 триллион евро. Конечно, не все эти гарантии пришлось превращать в реальные кредиты банкам, однако несколько сотен миллиардов евро были в Европе потрачены на выкуп ценных бумаг банков в целях их частичной национализации, на предоставление банкам прямых государственных кредитов и на другие финансовые меры. Кризис залили новыми кредитами. Собственно кредитный пузырь был ликвидирован лишь частично, за счет реструктуризации и частичных банкротств отдельных структур, однако его большая часть просто была перенесена из частного финансового сектора в государственный.

"Тяжеловесы" зоны евро, такие как Германия, Франция или государства Бенилюкса, смогли самортизировать эту новую бюджетную тяжесть, причем сделано это было не только с опорой на собственную реальную экономику, но и путем переориентации на эти нужды фондов на непервоочередные бюджетные программы.

Увы, у "южных" стран ЕС, которые всегда отличались большим популизмом и меньшей бюджетной дисциплиной, чем их северные соседи, этого сделать не получилось. Слабым звеном зоны евро оказались Греция, Испания, Португалия, Италия. Отношение к административным и бюджетным традициям этих стран в Европе лучше всего характеризует уничижительная аббревиатура, которую придумали для их обозначения англоязычные СМИ, – PIGS /Portugal, Italy, Greece, Spain/, что в переводе означает "свиньи". Пытаясь избежать непопулярных социальных мер, таких как сокращение госаппарата, замораживание зарплат и социальных выплат, правительства этих государств допустили значительный перерасход бюджетных средств. Объем их бюджетных дефицитов в 2009 году, по данным Еврокомиссии, составил 13,6 проц. от национального ВВП у Греции, 11,2 проц. у Испании, 8 у Португалии и 5,3 у Италии.

Это при том, что базовый документ ЕС и зоны евро требует поддерживать дефицит госбюджета на уровне не более 3 проц. ВВП. Здесь надо отметить, что в 2009 году этот документ нарушили 20 из 27 стран ЕС и 13 из 16 стран зоны евро. Однако не для всех последствия оказались столь катастрофическими как для государств PIGS, которые не смогли отбалансировать чрезмерный бюджетный дефицит стабильной ситуацией в реальном секторе экономики или четкими программами правительств, которые бы разъяснили рынкам, опираясь на какие средств и методы правительства намерены вернуть финансовую ситуацию в нормальное русло к приемлемым показателям дефицитов бюджета.

Что такое бюджетный дефицит в реальности? Это деньги, которых не хватает на государственные расходы, и которые приходится занимать на финансовых рынках. И вот тут кредитный круг снова замкнулся. Выдавая одной рукой гарантии банкам и другим финансовым структурам, правительства оказались вынуждены другой рукой брать у них же кредиты.

Бюджетный кризис зоны евро – это все тот же кризис доверия, только на сей раз доверие утратили не отдельные финансовые структуры, а правительства. Снижение доверия к ним финансовых рынков вылилось в падение их кредитных рейтингов, что в свою очередь привело к росту ставки процента, под которую рынки готовы выдавать этим странам кредиты. На пике этого кризиса с начала года оказалась Греция. К концу апреля ситуация стала драматичной, поскольку стало ясно, что без внешней некоммерческой поддержки эта страна обречена на дефолт.

В начале мая сначала на встрече Еврогруппы, а потом и на экстренном саммите зоны евро было принято решение о трехлетней стабилизационной программе для Греции, в которой принимают участие остальные 15 стран зоны евро и Международный валютный фонд . Общий объем этого механизма достиг 110 млрд евро. Из них 30 млрд евро должен предоставить МВФ, а еще 80 млрд европейские страны в виде межгосударственных кредитов под гораздо более низкие чем рыночные ставки процента. Все эти средства Греция может получить исключительно под программу жесточайшей бюджетной экономии. Это очень недвусмысленно прокомментировала канцлер ФРГ Ангела Меркель: "Наша задача не прокормить Грецию, а помочь ей стабилизировать ситуацию и вернуть ей способность прокормиться самостоятельно".

Вся эта программа оказалась очень продуманной и добротной. Однако с ее принятием Европа опоздала по меньшей мере на 3 месяца. Большинство экспертов сходится во мнении, что если бы такое решение было принято в начале февраля на первом посвященном Греции внеочередном кризисном саммите ЕС, евро бы вернул себе доверие инвесторов уже тогда и развитие кризиса было бы остановлено.

Однако к 7 мая, когда в Брюсселе собрался экстренный саммит зоны евро, ситуация выглядела уже принципиально по- другому.

"Речь больше не идет о Греции. Перед нами системный кризис зоны евро, на который будет дан немедленный ответ", – заявил по итогам саммита президент Франции Николя Саркози. "Все европейские институты, Совет ЕС, Еврокомиссия, Европейский центральный банк объединились для отражения атаки на евро. План ответа Европы единогласно поддержан всеми государствами. Это всеобщая мобилизация, – сказал Саркози. – Зона евро – это единая Европа, и мы не позволим спекулянтам разрушить то, что создавалось десятилетиями".

Саммит действительно принял беспрецедентные решения – впервые в 11-летней истории было объявлено о создании постоянно действующего стабилизационного механизма в зоне евро, который позволит в оперативном порядке оказывать содействие государствам сообщества, испытывающим бюджетные финансовые проблемы.

Европейский центробанк также объявил о готовности предпринять немедленные монетарные действия для подавления кризисных тенденций.

Страны зоны евро обязались ужесточить соблюдение Пакта стабильности и роста, который лимитирует бюджетный дефицит государств сообщества 3 проц. национального валового внутреннего продукта, и госдолг – 60 проц. ВВП. Наконец, в итоговом заявлении саммита объявлено об усилении "регулирования и контроля за финансовыми рынками". Саммит также объявил о необходимости усиления финансовой дисциплины в зоне евро и Евросоюзе.

Помимо принятых 7 мая решений, сам факт проведения третьего с начала года кризисного саммита зоны евро стал важнейшим сигналом об усилении роли стран зоны евро внутри ЕС. Фактически речь идет о постепенной институционализации нового европейского органа. Его можно условно назвать экономическим правительством ЕС, в которое войдут руководители 16 государств зоны евро во главе с президентом Европейского совета Херманом Ван Ромпеем. На сегодня, базовые соглашения Евросоюза не предусматривают созывов саммитов зоны евро. Существует лишь Европейский совет – главный орган принятия решений в Евросоюзе в который входят лидеры всех 27 стран сообщества, тогда как зона евро управляется Еврогруппой – то есть советом министров финансов государств зоны евро. Увы, в условиях финансовых кризисов стало ясно, что у глав финансовых ведомств просто не хватает полномочий для оперативных принятием решений "весом" в сотни миллиардов евро.

Однако конкретным содержанием утвержденный 7 мая план действий удалось наполнить лишь через два дня по итогам встречи министров финансов 27 государств Евросоюза, которая прошла 9 мая. Размах принятых решений потряс экспертов и рынки.

В ответ на кризис евро 16 стран, пользующихся единой европейской валютой, объявили о создании крупнейшего в мировой истории стабилизационного механизма, объем которого достигает 750 млрд евро. Пока создание этого механизма носит временный характер – он утвержден на период до конца 2012 года. Именно к этому времени, согласно национальным стабилизационным программам, страны зоны евро должны полностью вернуться к соблюдению норм Пакта стабильности и роста.

Важно понимать, что стабилизационный механизм – это не фонд на счетах которого помещена готовая к использованию сумма в 750 млрд евро. Это именно механизм, который позволит обеспечить в экстренном режиме "накачку" средств в экономику любой из стран зоны евро для быстрого подавления кризисных явлений. Этот механизм основан на привлечении кредитных средств под приемлемые ставки процента. Таким образом сумма в 750 млрд евро – это объем суммарный финансовых гарантий, под которые в случае необходимости будут привлекаться кредиты.

Схема его действия очень похожа на функционирование программы помощи Греции, однако здесь помимо стран зоны евро и МВФ участвует еще и Еврокомиссия. Она, имеющая наивысший кредитный рейтинг ААА, должна собрать до 60 млрд евро. Еще до 440 млрд евро должны предоставить остальные 15 стран зоны евро /государство которому оказывается помощь, естественно не в счет/. В сумме это составляет 500 млрд евро. Сверх этого МВФ пообещал в случае необходимости обеспечить государства зоны евро суммой в половину от европейской части вклада – т.е. еще 250 млрд евро.

750 млрд евро – это предельный объем гарантий на всю зону евро до конца 2012 года. Этот пакет не включает программу помощи Греции на 110 млрд евро, являющуюся отдельным пакетом, активация которого уже одобрена. Его первый транш Греция получит до 19 мая.

Важнейшим элементом европейского механизма является согласие всех стран сообщества, что предоставление финансовой помощи в его рамках возможно только под конкретную программу оздоровления финансового сектора, сокращения расходов и повышения доходов госбюджетов.

Свою роль в подавления кризиса вокруг евро сыграл и Европейский центральный банк /ЕЦБ/, который в соответствии с договоренностями на министерской встрече 9 мая объявил о решении прибегнуть к механизму прямых интервенций на рынках облигаций. ЕЦБ начал приобретать на рынках суверенные и частные облигации с целью снять угрозу кризиса долговых обязательств в зоне евро. Согласно заявлению банка, он стремится "снять напряженность в некоторых сегментах рынка, которые мешают механизмам монетарной политики и тем самым эффективности ее проведения".

Кроме того, ЕЦБ вновь ввел механизмы, которые были запущены им для поддержания ликвидности в период кредитного кризиса 2008 года. Он вновь предложил банкам неограниченный доступ к наличным средствам сроком от 3 до 6 месяцев. Первые подобные операции будут проведены на этой неделе.

Все эти решения дали практический результат – хотя курс евро в течение последней недели продолжал снижение, большинство финансовых площадок Евросоюза впервые за долгое время демонстрировали стабильный рост до пятницы, когда торги завершились обвалом в связи с появившейся информацией о возможном понижении агентством "Фитч" кредитного рейтинга Франции. Информация была немедленно опровергнута, но в условиях настороженного внимания инвесторов к кризисным тенденциям в Европе, даже кратковременный слух такого рода привел к падению основных фондовых площадок ЕС на 300-600 пунктов /4-6 проц./.

Эта ситуация иллюстрирует еще одну проблему – усиление подозрений со стороны Еврокомиссии и европейских правительств к непредвзятости решений независимых рейтинговых агентств. По мнению Саркози, которое разделяют ряд других лидеров континентальных государств Европы, их "неожиданные и не всегда понятные решения лишь подливают масло в огонь кризиса, порождая нестабильность". По имеющейся информации, Еврокомиссия уже приступила к рассмотрению возможностей усиления контроля над рейтинговыми агентствами и повышения их транспарентности, а также возможностей создания собственного европейского рейтингового агентства. Однако пока неизвестно, к чему эти изыскания приведут.

Зато Еврокомиссия уже сделала сенсационное предложение о возможных путях реализации решений саммита зоны евро. направленных на усиление финансовой дисциплины. Она предложила давать оценки проектам бюджетов стран зоны евро еще на стадии их формирования.

Еврокомиссия 12 мая озвучила революционный проект реформы системы финансового контроля в зоне евро, направленный на ужесточение финансовой дисциплины. Документ наделяет Еврокомиссию целым рядом новых полномочий, создавая дополнительные возможности для контроля национальных правительств 16 стран зоны евро со стороны Брюсселя.

План включает три основных направления: создание постоянного механизма реагирования на финансовые кризисы, введение превентивного наблюдения за формированиями национальных бюджетов стран зоны евро, а также ужесточение мер по соблюдению базового финансового документа ЕС – Пакта стабильности и роста. Еврокомиссия, в частности, предлагает увязать получение странами сообщества средств из фондов ЕС с соблюдением Пакта стабильности и роста.

"Без санкций не может быть дисциплины", – заявил в этой связи Баррозу.

Что же касается реагирования на кризисы, то здесь Еврокомиссия предлагает превратить временный трехлетний механизм объемом в 750 млрд евро в постоянно действующую систему.

Самой неординарной мерой в этом плане является предложение передавать для согласования проекты госбюджетов стран зоны евро в Брюссель до их утверждения национальными парламентами. Еврокомиссия предполагает "проводить оценку основных векторов бюджета в общеевропейском контексте", пояснил Баррозу. Таким образом, пока Еврокомиссия намерена взять на себя лишь консультативную роль в обсуждении национальных бюджетов стран зоны евро и ввести эту практику уже с 2011 года.

"Последнее слово в утверждении бюджетов, конечно, останется у национальных парламентов, – подчеркнул Баррозу. – Но, утверждая бюджет, парламент должен иметь анализ ситуации в общеевропейском контексте". "Необходимо понимать, что в рамках единого валютного союза бюджет Греции – это не только национальное дело Греции, а бюджет Франции – не только национальное дело Франции. Это также вопрос стабильности и взаимосвязанности европейской финансовой системы", – сказал он.

Тогда же, 12 мая, Еврокомиссия сделала еще одно сенсационное заявление, поддержав присоединение к зоне евро с 2011 года Эстонии, которая "удовлетворяет всем критериям для вступления". Таким образом, Еврокомиссия опровергла распространенное среди экспертов мнение, что кризис приведет к замедлению расширения зоны евро. Это решение имеет свою логику. Финансовая система Эстонии сегодня стабильнее чем у многих стран зоны евро, а ее незначительный ВВП не окажет серьезного влияния на сообщество. С другой стороны ее прием является сигналом, что зона евро жизнеспособна и европейские страны стремятся вступить в нее, а не покинуть.

В целом, анализируя ситуацию вокруг принятых и разрабатываемых в странах зоны евро мер, можно сделать ряд выводов. Во-первых, все без исключения государства зоны евро в полной мере осознали угрозу бюджетного кризиса и продемонстрировали готовность и заинтересованность бороться за сохранение единой европейской валюты.

Распада зоны евро, равно как выхода или исключения из нее отдельных государств не будет. В то же время, и это подтверждают события последних дней, дальнейшее ослабление евро вполне возможно, и для перелома этой тенденции от Европы потребуются дополнительные усилия.

Во-вторых, взгляд европейских государств на ситуацию в зоне евро стал более прагматичным. Они перестали рассматривать себя как элитный клуб стран с высшей финансовой стабильностью, что накладывало отпечаток на европейские антикризисные стратегии 2008 года. Сегодня на этой основе страны евро готовы создавать предохранительные финансовые механизмы и продумывать практические меры, которые позволят не на словах, как это было все последние 10 лет, а на деле обеспечить соблюдение Пакта стабильности и роста. Сегодня для всех стали очевидны возможные последствия пренебрежения этим документом, на разработке которого, кстати, при формировании зоны евро особенно настаивала дисциплинированная Германия. Это должно в долгосрочной перспективе усилить единую европейскую валюту. Что до третьего вывода, то он – менее оптимистичный. Антикризисная программа помощи Греции и стабилизационный механизм ЕС в основе своей предусматривают одну и ту же стратегию – тушение кредитного кризиса при помощи кредитов. Это уже однажды было сделано в 2008-2009 годах и привело ко второй волне финансового кризиса, переносу бремени "плохих кредитов" с банков на бюджеты. Эффективность нынешних механизмов будет определяться двумя ключевыми факторами – насколько эффективными окажутся сопровождающие их национальные программы оздоровления экономики и насколько продуманными будут долгосрочные меры поддержки бюджетной дисциплины в Евросоюзе.

Однако самый главный вывод, который можно сделать, анализируя результаты кризиса 2008-2010 годов, заключается в необходимости глубоких реформ не только мировой финансовой системы, но и мировой экономики. Эта идея была популярна в начале кризиса и обсуждалась на саммитах "двадцатки", однако по мере прохождения пика кризиса интерес к ней стал угасать, тем более, что ни у кого не оказалось действенных предложений по такому реформированию. Между тем, поиск путей перестройки мировой финансовой системы необходим, и эта работа должна, несомненно, вестись на общемировом уровне. По мнению европейских экспертов, кризисы запрограммированы в современной мировой экономической модели, построенной на стимулировании потребления.

Периоды подъема и благополучия ведут к повышению доходов и спроса, а также к повышению доверия к финансовым институтам. Увеличение спроса постепенно приводит к перепроизводству, и тогда спрос приходится поддерживать все более рискованными кредитными программами, поскольку рост реальных доходов не позволяет обеспечить достаточное для экономического роста потребление. Со временем набирается критическая масса плохих кредитов, которая приводит к взрыву "кредитного пузыря". По мере глобализации экономики и увеличения ее объема растут и масштабы кризисов.

Масштабы кризиса 2008-2010 годов в силу их глобального характера уже превзошли по своим результатам американскую Великую депрессию 30-х годов прошлого века, став беспрецедентными в мировой истории. Таким образом, по мнению многих экспертов, сегодня вопрос стоит так: реформировать мировую экономическую модель сверху, или ждать, когда ее взорвет изнутри. Источник: "Компас" ИТАР-ТАСС

Источник: rodon.org

#