Мировая экономика. Мировая финансовая система после шока

Системе тяжело, но она выходит из кризиса. Сейчас она начинает подпитываться от средств населения, которое сократило с началом кризиса свои расходы в большей степени, чем уменьшились доходы. Сам факт, что мировая система финансов выдержала такой мощный удар, свидетельствует о ее стойкости, отмечает президент Института экономики и финансов Леонид Григорьев.

Доклад «Кризис и мировые финансы» был представлен на профессорском семинаре, организованном факультетом мировой экономики и мировой политики НИУ-ВШЭ и Клубом мировой политической экономики

Большой круг денежного обращения

Особенность мировой финансовой системы состоит в том, что она пропускает через себя все деньги мира. Вне ее остается лишь сфера натурального обмена на каких-нибудь далеких островах в Тихом океане. Даже налоговые платежи или те денежные потоки, которые обслуживают самые простые трансакции и выходят сразу в потребление и личные расходы, обычно проходят через банки — сегодня никто не носит золотой в кулаке, а старается обзавестись кредитной картой.

Финансовая система мира включает в себя сбережения домохозяйств, деньги, которыми оперируют фирмы, а также правительства (налоги). Сбережения и инвестиции перераспределяются через финансовую систему внутри национальных экономик и между странами. Это примерно 22% мирового ВВП, который быстро растет. В 2000 г. мировой ВВП равнялся лишь 32 трлн долл., в 2009 г. стало 58 трлн, к 2050-му он может составить 150 трлн долл. (см. Табл. 1).

Таблица 1. Объем ВВП мира, отдельных стран и блоков, трлн долларов, 2000-2009

Источник: IMF, UN, Euromonitor, национальная статистика, расчеты коллег автора

Россия занимает в этом списке довольно скромное место со своим ВВП порядка 1,2 трлн долл. в 2009 г., хотя еще годом ранее ее ВВП равнялся 1,7 трлн долл. Частично падение связано с сокращением выпуска в реальном выражении (минус 8%) , остальное — эффект девальвации в начале 2009 года. Мировой лидер — США с их 14 трлн долл. валового внутреннего продукта.

Но финансовый сектор США — это более 60 трлн долл.активов. То есть по активам и пассивам он превосходит мировой ВВП (см. диагр. 1). Обязательства американских домохозяйств при этом равны ВВП, а их активы превышают размер последнего в 3,5 раза. Это означает, что американские семьи дали в долг финансовому сектору, вложили в него — тем или иным образом — 2,5 объема американского ВВП.

Тем, кто сегодня готов прогнозировать «похороны американского империализма» из-за высокого внешнего долга США, стоит помнить эти основополагающие цифры. Хотя чистая госзадолженность страны и составляет примерно половину ее ВВП, однако американский долг профинансирован во многом и американскими домохозяйствами, и иностранными инвестициями (не правительствами) на добровольной основе — они купили облигации американского казначейства, а проценты сейчас низкие.

Диаграмма 1. Посекторный финансовый баланс США, трлн долл., доли и % к ВВП, 2007 г.

Источник: Federal Reserve, расчеты коллег профессора Леонида Григорьева

Удивительнее всего, что ждущие «смерти» доллара не учитывают и того, что финансовая система мира вообще отличается чрезвычайной устойчивостью. Она устояла даже в 2008-2009 гг., получив колоссальный удар, который, если учесть географию охвата и синхронность шока, был куда сильнее того, что случился на старте Великой депрессии в 1929 г. Тогда банковский кризис, который «добил» американскую экономику, произошел все же не синхронно, а в 1931 г.

Российский бюджет выдержал кризис благодаря резервам и достаточно быстрому восстановлению цен на нефть. Если бы нефти в России не было, то ситуация была бы много драматичнее (см. Диагр. 2).

Диаграмма 2. Дефицит федерального бюджета РФ, 2004-2010 гг.

Источник: Минфин, расчеты ИЭФ

Если в США деньги есть и у населения, и у компаний, то у нас фактически есть один серьезный экономический агент — Минфин.

Конец эпохи

Удар кризиса по ВВП был сродни тому, что был нанесен в свое время Второй мировой войной. В ходе нынешнего кризиса в 2009 г. реальный мировой ВВП впервые в период после начала Второй мировой войны показал отрицательную динамику (см. Диагр. 3).

Диаграмма 3. Динамика ВВП по группам стран, 1990-2010 гг. и прогноз на 2011-2020 гг., % к предыдущему году

Источник: IMF, UN, Euromonitor, национальная статистика, расчеты коллег Леонида Григорьева

Это говорит о том, что в мировой экономике закончилась целая эпоха, а сегодня мир стоит на пороге новой. Мир пережил и угрозу полной остановки финансовой системы, об этом говорит динамика потоков капитала из развитых в развивающиеся страны, показывающая резкий провал осенью 2008 г. (см. диагр. 4). К счастью, эта угроза миновала, во многом благодаря действиям лидеров G20.

Диаграмма 4. Потоки капитала на развивающиеся рынки, 2008-2010, млрд долл.

Источник: Всемирный Банк

Значение банкротства инвестиционного банка Lemon Brothers, основанного в 1850-х гг., трудно переоценить — оно запустило триггер распада, остановившего американскую систему розничных продаж и банковской розницы. В два раза упали продажи автомобилей. На предкризисном максимуме американцы покупали в год примерно 20 млн. новых автомобилей по цене 30–35 тысяч, 40 миллионов подержанных автомобилей примерно по 20 тысяч долларов. Отказ от подобных приобретений означал удар по автомобильной промышленности, экспорте запчастей из многих стран (Японии) и паралич для мелкой банковской розницы. Сработал эффект мгновенной передачи информации по изменению контрактов — кризис охватил весь мир с огромной скоростью.

Можно было бы предполагать, что и восстановление пойдет быстрее, чем в прошлые кризисы. Однако пока эмпирических свидетельств этому нет. В том числе, очевидно, и потому, что на финансовую систему легло новое бремя банковского регулирования, требующее новых страховых покрытий рисков, появились также новые системные наблюдатели и ряд других ограничений. Мировая банковская система до сих пор от кризиса не оправилась.

Корпоративный сектор в этой ситуации проявил готовность делиться контролем, то есть обратился к выпуску акций. В нынешний кризис провал в коммерческом корпоративном кредитования в США оказался даже более глубоким, чем в кризис 1973–1975 гг. (см. Диагр. 5). И это еще раз доказывает, что нынешний кризис серьезнее всех послевоенных.

Диаграмма 5. Коммерческий и корпоративный кредит в США – динамика, 1970-2010 гг.

Источник:: Federal Reserve, IEF estimations

Банки во всем мире списали 3 трлн долл. капитала в убытки. Сегодня они судорожно накапливают капитал, но делают это медленно и с трудом. В том числе и потому, что государство вынуждено вытягивать свободные ресурсы из финансовой системы на покрытие бюджетных дефицитов, фактически лишая бизнеса частный банковский сектор. Финансовая система подпитывается за счет семейных сбережений. Домохозяйства в кризис не просто перестают тратить в прежнем объеме, но сокращают расходы в большей мере, чем сократились их доходы, вырастает норма личных сбережений. Это плохо для мировой экономики, и затягивание этого процесса несет в себе угрозу стагфляции и длительной депрессии.

Так что последний финансовый кризис это не только большой шок на старте, но и не меньшие мучения на этапе выхода из него. Мировая экономика сегодня остается в крайне тяжелом положении, и это проблема не только экономическая, но и социально-политическая. Развитые страны не могут сегодня финансировать решение проблем климата и оказывать помощь другим странам в больших масштабах. По мере перехода к политике снижения дефицитов госбюджетов, расходы развитых стран будут и далее снижаться. Связанное с этим процессом сокращение заработных плат госслужащих, снижение различных надбавок, повышение пенсионного возраста и прочее обрекает на поражение правящие партии тех стран, где выборы пришлись на кризисные годы или первые послекризисные. Именно так, за очень малым исключением, это и происходит в действительности.

Выводы для России

Чистый кредитор в нормальной рыночной экономике — всегда население. Когда-то это были компании, но налоги, недостаток свободного капитала при росте инвестиционных потребностей — эти факторы сделали бизнес, как и государство, основными заемщиками. Финансовый сектор — только посредник, но гигантский.

Развитие мира сегодня определяют такие ключевые параметры, как нормы накопления и сбережения. В российском варианте между ними существует гигантский разрыв, который стал важнейшим экономическим провалом нашей страны в 2000-е годы. Государственные резервы были использованы на выплаты долгов, а частные средства — для инвестиции в мировую экономику. Интересно, что из России утекает прямой предпринимательский капитал, а занимаем мы портфельные бумаги, т.е. у нас схожая с американцами система, только существенно меньших размеров.

В кризис Россия потеряла значительную часть нефтяной ренты, сбережения упали, норма накопления в минувшем году также снизилась, причем заметно. Россия до 2009 г. сберегала более 30% в год, меньше Китая, но больше Индии, но не реинвестировала накопленное в свою экономику. Затем норма накопления начала снижаться, в 2009 г. она составила 21%, видимо, в силу инерции, а в 2010 г. опустилась примерно до 18%. Много это или мало?

В мире норма накопления для развитой страны, как правило, составляет около 20%, для развивающейся — свыше 20%, для быстро растущей — более 25%. Предельная норма инвестиций на ВВП, в нормальной обстановке, в развитой стране, такова: рост ВВП на 1% в течение 10 лет требует 3–4 процентных пункта нормы накоплений. То есть при норме накоплений в 20% экономика страны может расти примерно на 4–5%. Вот примерно таким темпом российская экономика сегодня и растет.

Можно ли заставить ее расти быстрее за счет иностранных инвестиций? Этих инвестиций не может быть уж очень много — какая-то доля от национальных. И чтобы привлечь иностранные инвестиции, необходимо сначала для собственного бизнеса и капитала создать хороший климат. Утопична и идея создания изолированной зоны для бизнеса иностранцев. Она может быть реализована, но лишь для нескольких компаний-фаворитов. Спокойная работа таких структур в «идеальном» мире без преступности и коррупции для экономики страны в целом ничего не меняет, пока не распространена на всю экономику.

Низкая норма накоплений, например, 17–20% при огромных сбережениях, с академической точки зрения — приговор инвестиционному климату страны. Использовать операции с акциями как серьезный инструмент инвестиций на длительный период также невозможно. В американских капиталовложениях на этот источник средств приходится всего 1–2% инвестиций на длительных исторических периодах.

Пока наша финансовая система не научится эффективно «перерабатывать» собственные, то есть внутренние сбережения, не стоит говорить о серьезном экономическом росте и широком доступе к ресурсам мировой финансовой системы.

Леонид Григорьев

opec

Опубликовано на сайте: 2011-02-10