Украина. Гривня: между прогнозами и программированием в 2012

Василий Пасочник«Зеркало недели. Украина» №25, 27 июля 2012

Традиционное летнее затишье на валютном рынке в нынешний отпускной сезон будоражат многочисленные комментарии-прогнозы о неизбежности ослабления курса национальной валюты уже нынешней осенью и, вероятнее всего, после предстоящих парламентских выборов. Насколько обоснованы эти прогнозы? Учитывая важность валютной темы в нынешних украинских реалиях, ZN.UA продолжает отслеживать ситуацию с курсом в ее развитии.

О реальных рисках и фантомах

Как признают и участники рынка, и представители регулятора, основной риск для гривни на сегодняшний день — это девальвационные настроения населения, которые могут усилиться с приближением парламентских выборов и ожиданием политической нестабильности.

По результатам последнего опроса GfK Ukraine, в июне индекс девальвационных ожиданий украинцев ухудшился на 2,1 пункта, до 133,9. Отрицательная динамика была зафиксирована второй месяц подряд: в мае по сравнению с апрелем этот индикатор вырос на 9,1 п.

«Поведение населения определяющее, — констатирует директор генерального департамента денежно-кредитной политики НБУ Елена Щербакова. — Есть выборы или их нет, турбулентность осенью у нас всегда присутствует. Население будет создавать спрос на валюту, если будет чувствовать неуверенность в экономической политике. Что-то должно это спровоцировать. Но сейчас таких факторов нет».

По словам же народного депутата, члена совета НБУ Василия Горбаля, нынешние статистические показатели (в частности, о росте ВВП и инфляции) не дают оснований сомневаться в стабильности национальной денежной единицы. Поэтому связывать будущее курса гривни с выборами, по мнению представителя правящей партии, абсолютно нецелесообразно.

Не выглядят ли подобные заявления как попытка жизнеутверждающим (и не совсем обоснованным) оптимизмом нивелировать пессимизм граждан? Не выдается ли при этом желаемое за действительное?

Больше всего поводов сомневаться в прочности гривни дает нынешнее состояние счета текущих операций — собственно, дефицит баланса торговли товарами. Так, за пять месяцев 2012-го (данные за первое полугодие пока не обнародованы) он увеличился на 15% по сравнению с этим же периодом 2011-го, до 5,58 млрд. долл.

Кроме того, не слишком утешительные сигналы были зафиксированы и по финансовому счету. Так, за январь—май его профицит сократился на треть — до 3,029 млрд. долл. В относительных величинах почти на столько же уменьшилось и сальдо прямых иностранных инвестиций — до 1,787 млрд. долл.

Подслащивает эти пилюли в отчете за первые пять месяцев нынешнего года разве что улучшение сальдо по статье «кредиты и облигации»: если за пять месяцев 2011-го был дефицит 0,422 млрд. долл., то за этот же период 2012-го — профицит
0,963 млрд. долл.

И все же с конца мая, когда подбивались последние статистические показатели платежного баланса, появилось и несколько позитивных сигналов. Так, Украина прошла достаточно сложный период выплат по внешним долгам. В июне правительство погасило кредит и проценты на 1,1 млрд. долл. перед VTB Capital, еще на 600 млн. долл. — по евробондам-2007. Компенсировать эти валютные потери помогли привлечение на внутреннем рынке 990 млн. долл. посредством валютных ОВГЗ, а также 2-миллиардный аванс от «Газпрома» за транзит газа. Кроме того, в июле Минфин достаточно успешно вышел на внешний рынок, разместив 5-летние еврооблигации на 2 млрд. долл. под 9,25% (среди инвесторов — крупные американские, арабские, азиатские фонды).

В среднесрочной перспективе способствовать укреплению платежного баланса может привлечение от Эксимбанка Китая 3 млрд. долл. на реализацию проектов в агросекторе и еще 3,6 млрд. долл. — проектов по замещению природного газа углем отечественной добычи. Кроме того, теоретически снизить давление на валютный курс гривня—доллар может уже подписанное соглашение о двустороннем свопе между НБУ и Народным банком Китая (в эквиваленте — на 2,36 млрд. долл.), а также вероятное заключение подобного договора с Россией (о такой возможности сообщал глава НБУ С.Арбузов).

По логике вещей, кроме платежно-балансовой составляющей, подкосить гривню могли бы проблемы с наполнением госбюджета с возможным включением печатного станка, раскруткой инфляции. Но на данный момент такая угроза вроде бы неактуальна. Несмотря на охлаждение экономики, госказна, хоть и с определенным скрипом, но наполняется в соответствии с бюджетным планом, а инфляция находится на рекордно низких отметках.

«На следующие четыре года наш усредненный прогноз роста производства — более 4% в год, — отмечает председатель правления «Райффайзен Банка Аваль» Владимир Лавренчук. — Это дает сигнал, что инфляция будет в пределах одноразрядной цифры — до 10%. А если такие инфляционные ожидания, то экономических оснований для девальвационных ожиданий тоже нет».

Кому выгодно?

Теоретически источником валютной нестабильности могут стать финансисты, расшатывая курсовую лодку, чтобы подзаработать на спекуляциях. Однако возможности для курсовых манипуляций у банков достаточно ограничены из-за не слишком «щедрой» монетарной политики НБУ. Проще говоря, из-за нехватки свободной гривни в системе ее стоимость на межбанковском рынке перекрывает потенциальную выгоду от игры на курсе. «Играют ли банки на FOREX? Нет, потому избыточная ликвидность активно выбирается регулятором, — уверяет председатель правления одного из крупнейших системных банков. — Да и избыточная ликвидность сама по себе не нужна. Она давит на банки, у них могут формироваться убытки, поскольку нужно платить проценты по вкладам. Лучше, если Нацбанк экономическими методами эти деньги выбирает из оборота».

Именно из-за жесткого контроля над гривневой ликвидностью в обращении многие аналитики полагают, что нынешняя стабильность гривни — искусственная. По мнению же Владимира Лавренчука, это не совсем корректное утверждение, ведь ресурса для кредитования реального сектора банкам хватает. Другое дело, что и потребности в нем невелики из-за недостатка качественных заемщиков и общей высокой закредитованности отечественной экономики.

«Ликвидность, которая есть на рынке, позволяет нормально функционировать системе, проводить платежи. Да, ставки моментами поднимаются высоко, но как поднимаются, так и падают вниз. Рынок должен сам работать и устанавливать ставки. НБУ же — это орган, который может добавлять ликвидность, чтобы при необходимости усмирить ситуацию, — подчеркивает Е.Щербакова. — Мы проводим не жесткую, а сдержанную монетарную политику. И планируем придерживаться такой линии, пока не активизируются реальные кредитные программы».

Согласно публично декларируемым оценкам, большинство участников рынка склонны полагать, что если до конца года гривня и ослабнет, то несущественно. Усредненный прогноз — 8,15—8,2. Говоря же о таком «экстремальном» (в украинском восприятии, но не в мировом) сценарии, как девальвация, например, на 10% (до примерно 9 грн. за доллар), В.Лавренчук отмечает, что «в наших консервативных прогнозах нет такой величины». Если же вдруг этот вариант сработает, то, как отмечает член совета Независимой ассоциации банков Украины Виктор Лисицкий, «переживем»…

Но не лучше ли заранее начать готовиться к подобному сценарию? Тем более что экспортному лобби девальвация гривни принесла бы, как принято считать, несомненные выгоды? Однако для Украины (и не только для нее) проблема заключается в том, что попытка даже морально подготовиться к худшему (с соответствующим широкомасштабным анонсированием) выливается в нагнетание напряжения, что в итоге и приводит к «худшему». На языке финансистов-профессионалов это называется «самосбывающийся прогноз».

Ведь если, например, вкладчики банков решат, что девальвация неизбежна, они начнут массово переводить свои гривневые вклады в валютные, создавая тем самым серьезное увеличение спроса на иностранные денежные знаки, а значит, провоцируя ослабление гривни. Круг замыкается…

При этом, правда, граждане привычно теряют. Владимир Лавренчук обращает внимание, что люди, которые в октябре 2011-го «отоваривались» валютой на фоне общего роста спроса на нее, потеряли 25—30% (если учитывать потери на разнице процентных ставок по вкладам плюс потери на курсе при валютном обмене)…

А нагревают руки на этом традиционно спекулянты. Так, уже несколько месяцев по Интернету гуляют регулярно вбрасываемые туда якобы прогнозы МВФ относительно снижения курса гривни на текущий и следующий годы. Это при том, что представители фонда неоднократно публично заявляли, что никаких курсовых прогнозов не дают. «И это — достаточно логично, — считает Е.Щербакова. — Один из пунктов нашей программы сотрудничества — постепенный переход Украины к гибкому курсу. Если мы переходим к нему, то как можно гарантировать, что курс будет именно такой? Очевидно, что за раскруткой девальвационных ожиданий стоят определенные игроки, которые на этом зарабатывают».

Пока, как свидетельствуют официальные цифры, вклады в банках растут. Причем гривневые быстрее валютных (+13,4% в целом по системе с начала года против прироста валютных вкладов на 7%).

Внешние факторы

На текущей неделе в отечественном информ-пространстве появился очередной девальвационный прогноз. Эксперты российского «Центра развития» сообщили, что в 2012 году курс украинской валюты может ослабнуть до 9,2 гривни за доллар.В череде негативных оценок, озвучиваемых в последнее время особенно активно, прогноз вышеупомянутого «Центра развития» все же выделятся. Дело в том, что центр связан с авторитетной Высшей школой экономики — одним из ведущих научно-исследовательских институтов в России. Заподозрить такую солидную структуру, например, в попытке подыграть отечественным валютным спекулянтам через разогревание девальвационных настроений, сложно. Однако определенные предостережения относительно чистоты помыслов «Центра развития» все-таки есть.

Так, оценка 9,2 грн./долл. содержится в комплексном прогнозе макропоказателей стран-участниц Единого экономического пространства (Беларуси и Казахстана) и Украины, который готовился по заказу Минэкономразвития РФ. Статус заказчика вроде бы не должен настораживать, учитывая еще и авторитет ВШЭ. Но категорически сформулированная рекомендация, что в контексте развития внешнеторговой кооперации для Украины «Россия выглядит предпочтительнее по отношению к Европе», наталкивает на определенные размышления.

Ситуация в Европе действительно вызывает сейчас много вопросов. И не исключено, что дальнейшее обострение долговых проблем в еврозоне может спровоцировать дополнительную напряженность на украинском валютном рынке. Среди прочего, это может привести к уменьшению валютной выручки экспортеров и притока валюты по финансовому счету. Помня горький опыт 2008 года, не следует исключать возможности, что в случае дестабилизации международных рынков профицит финансового счета может очень быстро испариться вовсе. Учитывая туманную перспективу решения вопроса госдолгов в Европе, задуматься действительно есть над чем.

В связи с этим все актуальнее становится вопрос повышения гибкости гривни, чтобы уберечься в будущем от возможных резких и масштабных шоков, если негативные сценарии сработают. Кроме того, в этом контексте не стоит игнорировать и тот факт, что конкурентные позиции отечественных товаров могут ухудшаться из-за девальваций нацвалют многих важных торговых партнеров и конкурентов украинских экспортеров на мировых рынках.

Постепенно от власти поступают сигналы, что гривня в обозримой перспективе может стать более гибкой. О целесообразности такого подхода говорится даже в ежегодном президентском послании к Верховной Раде. Но как быстро этот подход будет реализован — большой вопрос. А решится ли властная команда пойти на расширение границ колебаний валютного курса до парламентских выборов — еще больший. В то же время банкиры обращали внимание, что НБУ, хоть и очень осторожно, но уже тестировал нацвалюту на ее волатильность, следствием чего и стали недавние, хоть и очень незначительные, но изменения курса.

Вместе с тем к внешним форс-мажорам Нацбанк уже готовится. Так, на текущей неделе в парламент был внесен законопроект, которым предлагается предоставить центробанку право вводить на срок до шести месяцев требование обязательной продажи валютной выручки экспортерами. Кстати, подобное предложение было в начале прошлого года и у Минэкономразвития. Но тогда эта идея не прошла. Удастся ли НБУ протолкнуть ее сегодня — тоже вопрос, учитывая сильные позиции экспортеров в парламенте в целом и в Партии регионов в частности. Без поддержки Банковой здесь, очевидно, не обойтись.

Анализируя же иностранную валюту как альтернативное средство сохранения сбережений, не помешает учитывать монетарную политику ключевых эмиссионных центров мира — американской ФРС и Европейского центробанка. На фоне осложнения состояния дел в Испании, неустойчивого равновесия в Греции и т.д. не исключено, что ЕЦБ снова может включить печатный станок, способствуя фактически эмиссионному финансированию проблемных стран и банковского сектора. Что касается США, то и там динамика экономики не слишком радует Федеральную резервную систему. Ее представители все чаще намекают на возможность реализации очередного этапа так называемого количественного смягчения.

«Мы ожидаем глобальную инфляцию в следующие три-пять или даже десять лет, — заявили недавно в глобальном инвестиционном фонде PIMCO. — В развитых странах инфляция — одно из немногих средств, которые, по нашему мнению, будут применены для решения проблемы долгов».

С учетом вышесказанного вряд ли для кого-то станет откровением, что стопроцентно надежной валюты нигде в мире сегодня, увы, нет.

Что в таких условиях делать? Циники сказали бы — «расслабиться и получить удовольствие». Ведь прямой возможности повлиять на столь глобальные тренды (впрочем, как и на наши внутренние) у простых граждан нет. В любом случае, ни одно решение в отношении собственных сбережений нельзя принимать, руководствуясь «горячими» нервами и эмоциями. Зачем кому-то давать возможность заработать на своих фобиях, если риски могут и не сработать? Ведь такой вариант тоже остается…

Опубликовано на сайте: 2012-08-14